это всего лишь слухи, — ответил мой собеседник.
А я вот вполне мог поверить в подобное развитие событий. Если вояка прав, и эти самые магические монстры, помимо того, что сильнее своих обычных представителей, еще и обладают интеллектом, то вполне существовала вероятность, что они поддаются тренировкам. Интересно, на что эти монстры способны и какие секреты таят их тела.
«Нет, пока рано», — сразу же внушил я себе. Если этот Варгар так опасен, то соваться к нему пока слишком рано.
Для начала хотя бы нужно было окончательно выздороветь и привести хилое тело Люка в форму, а уже потом думать о таких вещах. Плюс забот у меня и помимо этого монстра хватало. С теми же Рошфорами еще нужно было придумать, что делать.
Пока я шел и был погружен в свои мысли, сам не заметил, как тропинка, по которой мы шли по лесу, привела нас на небольшую полянку, где и стоял фамильный склеп семьи Кастельморов, а рядом с ним было еще и небольшое кладбище, на котором, видимо, хоронили слуг.
— Будете заходить внутрь? — спросил меня Фредерик, когда мы остановились у старинного родословного склепа, который когда-то точно представлял собой величественное каменное строение. Сейчас же он выглядел немного забытым из-за мха и лишайника, обильно покрывающих его каменные стены.
— Нет, — покачал я головой. — Не думаю, что я имею право, — сказал я слуге, который и сам прекрасно понимал, что сейчас перед ним совершенно другой человек, хоть и в теле одного из семейства Кастельморов.
Я закрыл глаза и про себя прочитал небольшую молитву за упокой, которую было принято произносить перед усопшими.
— Можно возвращаться, — сказал я Фредерику, который молча стоял у меня за спиной.
— Хорошо, господин, — слуга вежливо склонил голову и мы уже собрались уйти, когда я вдруг заметил едва заметное в сумерках мягкое белое свечение, источник которого явно был на крыше склепа.
— Ты это видишь? — указал я вояке на крышу и сначала пристально присматривался, а затем снова кивнул. — Что это может быть?
— Понятия не имею, господин, — развел руками в стороны слуга.
— Надо проверить, — я подошел к склепу и внимательно осмотрел фасадную часть.
Нет, тут залезть будет проблематично. Можно, конечно, было заморочиться и притащить сюда лестницу, которая наверняка была в поместье, но, признаться честно, делать этого не хотелось. Поэтому я обошел склеп по кругу и, наконец, нашел место, где я мог бы забраться наверх.
— Фуу-х, — я сделал глубокий вдох и, размяв руки, взял небольшой разбег, а в конечной его точке, выбросил свое тело вверх, зацепившись руками за край выступающего камня, а затем подтянулся и схватился второй рукой за другой камень.
Разумеется, проделать все это я мог лишь благодаря разогнанной по энергетической паутине мане, так как тело Люка было просто не способно осуществить подобное.
Будь я прежним собой, мне бы понадобилось несколько секунд, чтобы оказаться наверху. В теле же молодого Кастельмора я буквально пересиливал себя, превосходя допустимые границы тела Люка благодаря магии.
В итоге, когда я оказался на крыше, с меня успело сойти семь потов, а дыхание было настолько неровное, что мне пришлось даже сесть на край, свесив ноги вниз, чтобы отдышаться.
— Все в порядке, — крикнул я Фредерику, который обеспокоенными глазами смотрел на меня снизу вверх.
После пары минут, когда дыхание, наконец, пришло в норму, я встал и аккуратно начал заползать по скатной крыше склепа наверх.
— Это еще что такое, — буркнул я себе под нос, когда оказалось, что ровное и теплое свечение издавал белоснежный цветок, похожий на лотос из моего мира.
Хм-м, такого я у Люка в его записях не видел. Я приблизился к цветку поближе и сразу же ощутил магический фон, исходящий от него и он был гораздо сильнее, нежели тот, который исходил от растения в палате.
Но была между этими цветами еще одна кардинальная разница. Если первый, хоть и немного, но увеличивал регенерацию, то это незнакомое мне растение, наоборот, излучало энергию смерти. Или, как ее называли в моем родном мире — некротическую.
— Интересно, — задумчиво произнес я, смотря как вокруг этого растения, которое каким-то непонятным образом решило пустить корни в небольшой трещине, образовавшейся за время существования склепа, находилась настоящая мертвая зона из тел многочисленных насекомых, которые слетались на пряный и сладкий запах этого цветка.
Гнилое мясо и что-то наоборот, живое и легкое — выделил я два разительно отличающихся друг от друга запаха, наблюдая за тем, как часть насекомых, которыми была усеяна крыша, уже успели превратиться в прах, часть которого наверняка попала в щель, где произрастал белоснежный цветок, став его удобрением.
— Господин, у вас все хорошо? — послышался с земли голос Фредерика.
— Да, — не спуская глаз с цветка, ответил я слуге.
Да уж, фауна этого мира не могла меня не удивить.
«Интересно, какими свойствами обладает это растение?» — подумал я, а буквально через несколько секунд ощутил какую-то легкую слабость, которая начала быстро распространяться по моему телу. Не иначе как это был эффект от белоснежного цветка.
Я вновь заставил магическую энергию заполнить каналы, и слабость вмиг исчезла. У насекомых такой возможности, разумеется, не было, поэтому все они сейчас лежали вокруг растения. Думаю, чтобы убить их, растению нужно было всего несколько секунд, а затем некротическая энергия просто превращала их тела в прах, пожирая жизненные силы.
«Обязательно вернусь сюда завтра днем», — твердо решил я. Затем аккуратно спустился на карниз крыши и ловко спрыгнул с него, уйдя в простенький перекат.
Ноги сразу же отозвались неприятной болью, но что поделать. Не заберись я туда, то не увидел бы это чудо. А это дорого стоило.
— Что там нашли, господин? — поинтересовался у меня Фредерик, когда я оказался на земле.
— Цветок, — ответил я и внимательно посмотрел на слугу, который выглядел не так, как обычно. — С тобой все в порядке? — спросил я.
— Голова раскалывается, — ответил он. — А так нормально, — вояка пожал плечами.
Ничего себе у этого цветка радиус действия.
— Давай возвращаться, — сказал я Фредерику, и тот молча кивнув, пошел вперед. Я последовал за ним, попутно размышляя о том, что я только приехал в поместье, а уже успел найти что-то настолько необычное.
Эх, поскорее бы осмотреть все остальное!
