семью было совершено покушение? — попытался изобразить удивление Рошфор.
— Думаю, да, — кивнул я. — И клянусь честью, те, кто это сделал, сильно пожалеют о содеянном, — добавил я и сделал еще один глоток, после чего встал и подошел к окну.
— Может, вы кого-то подозреваете? — вежливо поинтересовался мой собеседник. — Я все же угощусь, — добавил он, и я заметил, что когда он потянулся к стакану, перстень на его руке открылся, и в мой бокал попал какой-то порошок.
Дилетант… И идиот. Какой же тупой идиот! Повторно отравить меня в моем доме? Здесь стража что, совсем мышей не ловит? Или Рошфоры купили всех давно и плотно? Нет у меня пока объяснения этой неимоверной наглости. Ну, да ладно…
— Есть определенные догадки, — ответил я, возвращаясь к столу.
— Поделитесь? — поинтересовался Габриэль.
— Не сегодня. Не хочу никого скомпрометировать, — ответил я, беря в руки бокал с вином.
«Ишь, как загорелись глаза», — отметил я про себя непрофессиональное поведение Рошфора.
— За то, чтобы справедливость была восстановлена! — молодой человек поднял свой кубок.
«О, в этом ты даже можешь не сомневаться», — подумал я и тоже поднял свой бокал.
— До дна! — радостно произнес Габриэль.
— До дна, — повторил я его слова и разом выпил содержимое своего бокала.
Стоило отраве попасть в мой организм, как магическое сердце сразу же активировалось.
«Хм-м, какой интересный яд», — подумал я, когда мое магическое ядро разложило его на составляющие.
В этот раз Рошфоры не поскупились. Мало того, что яд был магическим, так он еще и не сразу убивал свою жертву. Если верить моим ощущениям, то штука, которой меня «угостил» Габриэль, должна была убить меня в течение нескольких дней. Отрава воздействовала на нервные окончания, убивая их, поэтому уже завтра мне должно было стать плохо. Я должен был перестать чувствовать тело, затем лишился бы зрения и слух. Таким образом мое состояние ухудшалось бы до тех пор, пока все нервные окончания не умерли бы, как, впрочем, и я. И да, первые симптомы отравления должны наступить довольно быстро, не слишком опасные пока, но узнаваемые.
Вот только молодой Рошфор не знал, с кем связался. Перед ним был Василиск, который окончательно убедился в том, что все козни исходили именно от этой семьи. Убедившись, что я все выпил, Габриэль тем временем произнес.
— Ну, вижу, что у вас все хорошо, а значит, мне пора, — выпалил он и пошел к выходу из кабинета.
Я не стал ему мешать, благо за дверью уже ждал Фредерик, который должен был проводить гостя до кареты. Проводив гостя взглядом из окна, я вытянул руку и, закрыв глаза, воспользовался своим ядовитым ядром, с помощью которого без труда воссоздал капельку яда, которым меня пытались отравить, на кончике указательного пальца. На моих губах появилась хищная улыбка. Теперь я точно знал, как умрет Габриэль Рошфор.
Глава 9
Когда я вернулся в столовую, слуг за столом уже не было. Признаться честно, садиться обратно уже не хотелось. До появления одного из отпрысков Рошфоров мне наконец-то удалось получить то, чего у меня никогда не было.
И это у меня снова отняли. Как и у Василиска. Я сел за стол и, взяв в руки кувшин, наполнил стакан вином.
— Господин Габриэль Рошфор уехал, — произнес Фредерик, стоя в дверях.
— Присядь, — произнес я, кивая на стул справа от себя и вояка сел рядом.
Я наполнил его чарку вином.
— Выпьем, — я вытянул руку.
Управляющий тяжело вздохнул.
— Господин, так нельзя, — покачал он головой. — Вы же видели реакцию…
— Да плевать на него, — спокойно ответил я, махнув рукой. — Кстати, сегодня я убедился в том, что именно Рошфоры виновны в смерти остальных Кастельморов, — добавил я, и мой собеседник удивленно посмотрел на меня.
— Откуда вы знаете, господин? — спросил Фредерик, машинально взяв в руки кружку.
— Снова пытался меня отравить, — усмехнулся я, а Фредерик резко встал.
— С вами все в порядке, господин⁈ — всполошился он.
— Успокойся и сядь, — сказал я ему, кивнув на стул. — Как видишь, да, — добавил я и, взяв в руки чарку, отхлебнул из нее вина.
Я до сих пор ощущал легкое покалывание в теле от яда, которым решил угостить меня Габриэль Рошфор, но при этом я видел, как мое ядовитое ядро медленно и верно поглощает этот яд и становится крепче и сильнее.
Так было и в моем родном мире. Каждый поглощенный мною яд усиливал меня и понятное дело, что из-за подобной специфики магического сердца, как оно называлось в этом мире, я скупал всю отраву, до которой только мог дотянуться. Со всех стран, со всех континентов, со всех городов и со всех рынков, как обычных, так и черных. Разумеется, и в этом мире я собирался заниматься тем же. Благо удача оказалась на моей стороне, и я попал в семью, которая специализировалась на алхимии.
Да, Кастельморы в основном производили лекарства. Но, судя по записям Люка, он собирался заниматься совершенно другим. И в этом я его полностью поддерживал. За яды, особенно магические, можно было выручить куда больше золотых луидоров, и коль уж на мою душу выпала честь восстановить былое величие этой семьи, то я с удовольствием это сделаю и, может, в этом мире наконец-то буду счастлив и обрету покой.
Может, даже, заведу семью и детей…
— В общем, теперь мы точно знаем, кто стоит за покушением, — подытожил я, смотря на Фредерика. — И в скором времени эта семья пожалеет о том, что в момент первого их покушения им не удалось убить всю семью Кастельморов.
И еще больше они пожалеют о том, что в тело Люка Кастельмора попал именно я. Я улыбнулся своим мыслям и разом осушил бокал с вином.
— Что будете делать, господин? — спросил меня Фредерик, который сидел рядом и явно не без удивления взирал на меня.
— Много всего, — задумчиво ответил я. — Для начала нужно как минимум освоиться. Где Кастельморы хранили ценные бумаги? — спросил я.
— В кабинете, господин, — ответил мой собеседник. — Но они в сейфе и…
— За это можешь не волноваться, — я махнул рукой, так как взлом защит, как механических, так
