Отражая этот удар ногой, Весли схватил молотящие его руки. «Кто же это?» — удивился он. Это был явно не тяжеловесный, широкоплечий Логан Рафферти.
Они кувыркались и катались по земле, тяжело дыша, пытаясь дотянуться до упавшего оружия. Находящийся недалеко от них костер превратился в ревущее, бущующее пламя. Огонь охватил спину Весли и опалил концы его волос. Крики ирландцев и топот ног позади него быстро приближались к ним. Он швырнул противника назад. Из-под шлема доносилось неровное дыхание. Шелковая вуаль, спускающаяся со шлема, зацепилась за рукавицу Весли. Он услышал звук рвущейся ткани и увидел, как шлем воина слетел с его головы и откатился в сторону. Весли поднял руку. Один удар по горлу и…
— Всемогущий Боже! — в изумлении воскликнул он, увидев милое лицо, обрамленное рыжевато-каштановыми волосами. Под ним лежала, ожидая смертельного удара, Кэтлин Макбрайд.
Глава 5
Она недоверчиво уставилась на Хокинса, замерев от страха и изумления. Ее глаза, отражающие пламя костра, засветились бешенством. Губы безмолвно шевельнулись, затем из них вырвался яростный крик:
— Хватайте его!
Сильные руки резко оттянули его от Кэтлин, затем кто-то ударил тупым предметом. Руку пронзила резкая боль. Чьи-то пальцы схватили его за волосы и запрокинули голову, обнажив горло.
— Отойдите, миледи, — произнес кто-то, — а то испачкаетесь кровью англичанина.
В свете костра угрожающе блеснуло лезвие.
Сухожилия на горле Весли напряглись в ожидании удара.
— Нет! — Кэтлин с трудом поднялась на ноги и схватила руку, державшую Весли за волосы. — Мы пощадим его. Временно. — Грациозно наклонившись, она подняла шлем и встряхнула вуаль.
Захват на шее Весли ослаб, это дало ему возможность оценить обстановку. Англичане были разгромлены. Часть из них барахталась в воде. Трое солдат неуклюже растянулись на земле. Он узнал Ледимена, безлошадного, пытающегося улизнуть в тень. Остальные, по-видимому, спаслись бегством. Несколько ирландцев ходили по освещенному кострами полю, собирая разбросанное оружие, пытаясь поймать оставшихся без всадников лошадей и снимая ценные вещи с трупов.
— Пощадить его? — удивился захвативший его в плен мужчина. Это был Рори Бреслин, Весли узнал его низкий и громкий гэльский голос.
— Какого дьявола мы будем щадить английского шпиона? — спросил этот громадный воин. — Мы никогда раньше этого не делали. А этот презренный англичанин обманом проник в нашу крепость и пытался выведать наши секреты.
Кэтлин сунула под мышку шлем. На своих длинных ногах, изящно обтянутых кожаными штанами, которые были видны из-под короткой туники, она неторопливо обошла вокруг Весли, разглядывая его, словно торговец, определяющий размер куска плохой конины.
— Он интересует меня, — заявила она. — Я хочу знать, почему он проник обманом в мой дом и лгал нам.
— Но этот человек чуть не убил тебя.
— Тем не менее, я думаю, он принесет нам больше пользы живой, чем мертвый. Такой смелый шпион, как этот, возможно, представляет ценность для Хаммерсмита.
Кто-то бросил ей поводья черного коня.
— Свяжите его и дайте мне конец веревки, — приказала она. Затем впервые обратилась к Весли. — Впереди у вас большой переход, мой дорогой друг, — ее слова прозвучали насмешкой над тем, что они испытали друг к другу в Клонмуре. — Надеюсь, вы будете поспевать.
Его пальцы занемели, так как Рори слишком сильно связал запястья. Несмотря на боль, Весли отвесил ей изысканный поклон:
— Миледи, ваше желание для меня закон. — Она недовольно поджала губы, но в ее сверкающих глазах он заметил мелькнувшее сожаление.
— Теперь я знаю, что в Ирландии нет больше волшебства, — прошептала она больше для себя, чем для него.
Боль от содеянного сдавила грудь Весли, Он пришел в эту страну, чтобы выведать секретные сведения у Кэтлин Макбрайд и уничтожить руководителя Фианны. Вместо этого сам оказался захваченным в плен. Чтобы выкарабкаться из этой запутанной ситуации, он должен причинить ей вред. Если она первой не убьет его. Кэтлин вскочила в седло. Он никогда прежде не видел, чтобы кто-нибудь, мужчина или женщина, делал это так грациозно, двигаясь плавно и неудержимо, как горный поток, переливающийся через камни. Ее посадка была идеальной, и это было тем более удивительно, что он-то знал, как ей досталось от него в схватке.
— Прости меня, Бог, за причинение боли женщине, — пробормотал он.
Она резко натянула веревку, которой он был связан.
— Что ты бормочешь там, англичанин?
— Я бы никогда не напал на тебя, если бы знал, что передо мной женщина.
— Английский рыцарь, — произнесла она с издевкой, — ты не можешь пронзить шпагой женщину, но смог украсть нашу землю и заставил нас голодать. Глупо с твоей стороны, потому что я не стану колебаться, убивая тебя.
— Тебе это почти удалось, — нотки недоверия прозвучали в его голосе. — Но спасибо за то, что пощадила меня.
— Рано благодаришь меня, мистер Хокинс. Возможно, вскоре ты пожалеешь, что не умер быстрой смертью в бою вместе со своими товарищами. — Она сжала коленями бока лошади и направилась к лесу. Веревка туго натянулась. Весли наклонился вперед, споткнулся, но удержался на ногах. Ему пришлось почти бежать, чтобы успевать за идущей рысью лошадью. Дыхание участилось и стало хриплым, в боку закололо.
Воины Кэтлин окружили их, некоторые ехали впереди, некоторые прикрывали с тыла. Весли насчитал не более дюжины мужчин. Всего дюжина, хотя Кромвель уверял, что ударная сила Фианны равна лучшему легиону круглоголовых.
Спотыкаясь о камни и пробираясь под ветками, он пытался сравнить эту новую для него Кэтлин с легкоранимой женщиной, которую он встретил на прибрежной полосе. Уже тогда он догадывался о твердости ее характера, но не смог оценить его силу. Весли вспомнил, что хотел спросить ее, какие мысли скрываются за печальным взглядом. Теперь ему не нужно было спрашивать об этом, он знал.
Кэтлин Макбрайд — вождь Фианны. Воплощение Жанны дАрк, многострадальной девы Орлеана. Столетие назад эта молодая женщина, одержимая благородной идеей патриотизма, привела мужчин к победе и положила конец притязаниям англичан на французский трон, хотя и действовала не совсем обдуманно. Мужчины, в три раза больше и старше ее, подчинялись ее любому приказу. «Такая женщина редкость, и представляет опасность», — подумал он, содрогаясь. Мужчины идут за ней в бой, враги страшатся ее, а Весли был тем человеком, который должен был остановить ее.
— Что? — спросила она через плечо. — Вы прямо как спящий святой, мистер Хокинс. Шепчете свои молитвы?
