Что с ним произошло? Для нее это был первый раз, но он чувствовал себя полностью опустошенным.
Все получилось как надо.
Абсолютно.
Более того, он с удивлением обнаружил, что ласково покусывает нежную шею девушки — как гурман, не имеющий сил отойти от обеденного стола.
Как просящий добавки.
Он заставил себя оторваться от нее. Хлоя такая нежная. И он знал, что ей больно. Он должен быть очень осторожен с ней.
Он чувствовал гнев и, как это ни странно, облегчение. Она оказалась нетронутой. Джон не мог подавить ликование, охватившее его при этом открытии.
В первый раз… В памяти у него всплыл обрывок неприятного воспоминания. Он прислонился к спинке кровати и обхватил руками согнутую в колене ногу. Мысли его приняли странное направление.
Хлоя задула стоящую на прикроватном столике лампу и легла на бок рядом с мужем. Луна освещала его красивый профиль. Казалось, он впал в глубокую задумчивость. Хлоя все еще не пришла в себя после тех необыкновенных ощущений, что он подарил ей. Если бы она стала разбираться в своих чувствах, то поняла бы, что хочет еще раз все это испытать. Но готов ли к этому он?
Крошечная морщинка прорезала середину его обычно гладкого лба. Хлоя терялась в догадках, какие мысли могли придать его лицу столь озабоченное выражение.
Голос Джона нарушил тишину. Он говорил монотонно, с нарочитым равнодушием:
— Мне было двенадцать… и я выглядел старше своих лет… Жена викария пригласила меня в дом, сказав, что даст мне что-нибудь поесть.
Он помолчал.
— Понимаешь, я голодал. Она дала мне кусок заплесневелого хлеба и прокисший бульон — потом. Я убежал в конюшню и разрыдался.
Хлоя молча смотрела на него, потрясенная услышанным. Джон никогда и никому не рассказывал о том времени, когда ему приходилось самому добывать себе средства к существованию.
Теперь она очень хорошо представляла, что происходило. В шестнадцать он был необыкновенно красив, в двадцать девять — неотразим. Даже в двенадцать красота его была очевидна. Теперь понятно, как он сумел выжить. Его признание многое объясняло ей.
Ей стало грустно. Похоже, все это потребует довольно много времени. Больше, чем она думала. Об этой стороне его жизни она ничего не знала.
Хлоя представила себе подростка, испуганного, одинокого и голодного. Сердце ее болезненно сжалось.
«Джон!»
Он повернулся к ней, как будто услышав ее беззвучный крик.
— Понимаешь, Хлоя, очень важно, как это происходит в первый раз. Похоже, память об этом у нас остается навсегда.
Она ласково коснулась пальцами его руки.
— Тогда все хорошо, потому что ты подарил мне чудесные воспоминания, которыми я всегда буду дорожить.
— Правда? — улыбнулся он.
— О да. Надеюсь, твои воспоминания о нашей первой ночи тоже будут приятными.
— Да… — Его глаза сияли. — Потрясающие воспоминания, морковка.
Он поддразнивал ее. Она вспыхнула и стала еще краше.
— Давайте забудем об этом, лорд Секстон, — ответила Хлоя с вызовом.
— Уже забыто, миледи, — рассмеялся Джон. Он принялся перебирать ее волосы. — Благодарю вас, леди Секстон.
Он коснулся губами ее губ.
«Леди Секстон». Неплохо звучит. Хлоя улыбнулась, ощущая на пальце тяжесть подаренного Джоном перстня с великолепным изумрудом.
Руки Хлои сомкнулись на его сильной шее. Со всей пылкостью она ответила на его поцелуй. Проживи она еще сто лет и то вряд ли будет воспринимать его поцелуи как знак благодарности. Они были особенными, дразнящими и манящими, доставляющими наслаждение и обещающими большее.
Хлоя сомневалась, что когда-нибудь сможет научиться этому искусству.
В этом весь Джон.
Неудивительно, что женщины находили его неотразимым. Одно прикосновение, и она уже жаждет большего. Восхитительный… и такой сладкий.
Мысленно перечисляя достоинства Джона, она водила кончиком пальца по мочке его уха.
Хлоя заморгала.
Его ухо оказалось таким мягким… как тонкий бархат. Невероятное открытие! Она тут же принялась покусывать его.
— Хлоя, остановись! Нам нужно…
— Нет, правда, Джон, надо здесь кое-что проверить.
Джон усмехнулся, но когда она перестала играть с его ухом, он отстранился.
— Я серьезно. Не хочу причинять тебе боль. Тебе нужно отдохнуть.
— Если ты настаиваешь, — печально вздохнула она.
— Настаиваю. — Он поцеловал ее макушку. — Я хочу, чтобы ты хорошо отдохнула перед тем, что я оставил на завтра.
— Если ты настаиваешь, — повторила она унылым голосом и, фыркнув, насмешливо добавила: — Мы не хотим, чтобы ты переутомился в первый же день.
Улыбаясь, он дернул ее за ухо.
— Конечно, не хотим.
— Очень хорошо. — Она театрально вздохнула и свернулась калачиком. — Но завтра я надеюсь на более разнообразные впечатления.
— Ты получишь их, — со значением протянул он.
— Обещания, обещания…
— M-м. — Его широкая ладонь обхватила затылок девушки, и он крепче прижал ее к себе.
— Из тебя выйдет прекрасная подушка, — зевнула Хлоя. Ее голос уже звучал сонно. Джон был рад, что сумел остановиться. Конечно, некоторые части его тела совсем не радовались. Он зашевелился, пытаясь найти более удобную позу, а заодно остудить воображение.
Прошло совсем немного времени, и он услышал ее ровное дыхание. Она быстро заснула. Милая, милая Хлоя. Чем он заслужил такое счастье?
Когда Джон обнаружил, что Хлоя девственница, в нем зародилось нечто похожее на благодарность. Нет, он не имеет права на подобные чувства. С его-то прошлым!
Все оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал.
Джон рассматривал тонкий профиль Хлои, который мог бы нарисовать и в темноте. Ее образ навсегда врезался в его память, когда ему было шестнадцать. В тот самый день, когда он увидел Хлою, он стал беспокоиться за нее.
Он беспокоится и по сей день!
У него в голове промелькнула забавная мысль: если он однажды взвалил на себя эту ношу, то придется нести ее всю жизнь. Официальный защитник Хлои. Он фыркнул.
Сегодня она была воплощением мечты любого мужчины: отзывчивая, щедрая, страстная и… доверчивая.
Именно эта доверчивость тревожила его.
Почему Хлоя верит ему? Он бесчисленное количество раз повторял ей, чтобы она не верила ни одному мужчине. Конечно, он не имел в виду себя — он никогда не обманет ее. Не сможет.
Но все же у нее должно было быть больше здравого смысла.
Джон осторожно потер шишку на затылке и прищурился. Когда он давал ей этот совет, то никак не предполагал, что окажется ее мужем…
«А что ты предполагал?»
Вот это действительно вопрос. Он никогда не задумывался ни о своем, ни о ее будущем.
Теперь это будущее наступило: они женаты, и он вынужден выполнять кое-какие обещания. Условия их соглашения. Он должен передать Хлое свой сексуальный опыт, чтобы она могла вести такую же жизнь, как он.
