Его дед, Витторио, – холодный, порой чрезмерно суровый мужчина, который временами не мог справиться со своими вспышками гнева. Она не видела его уже несколько лет, но в старые добрые времена они с отцом были частыми гостями на вилле Кафарелли в Риме.
Из всех трех братьев Реми лучше всего удавалось находить общий язык с дедом. Он чаще других навещал его, и многие люди считали, что их отношения гораздо теплее, чем с Раулем или Рафом. Все потому, что Реми и здесь полагался на свое природное очарование.
Анджеле было интересно, прознал ли уже Витторио об их браке. С того объяснения перед камерами минуло несколько дней, и она знала – с того момента Реми не связывался с дедом, чтобы предоставить более подробные объяснения. А что думают его братья? Анджела немного побаивалась Рафа, который был самым старшим из их троицы. Рауль раньше всегда был с ней довольно мил. Неужели он тоже считает, что для Реми брак с ней стал катастрофой?
Реми стряхнул снег с плеч и зашел в дом, когда зазвонил его телефон. Он тотчас же понял, что это Витторио, потому что для его звонков он установил особенную мелодию. Реми умышленно не позвонил ему, чтобы рассказать о браке с Анджелой, ведь это было первое, что он мог ожидать от внука. А ему нравилось вести себя с дедом непредсказуемо.
– Ноно, хорошо, что ты позвонил. Как дела? Что нового?
– Передо мной лежит газета, в которой написано, что ты женился на Анджеле Мерчанд. – В голосе деда звенела сталь, которая страшно пугала Реми в детстве. – Здесь также есть ваше фото перед каким-то отелем в Лондоне.
– Оно получилось сносным? – поинтересовался Реми. – Она будет в ярости, если это не так.
Он услышал, как Витторио глубоко вздохнул.
– Это постановка? Очередной твой розыгрыш, чтобы привлечь внимание публики?
– Нет, это не розыгрыш. Мы действительно поженились, и так оно и будет. – «Ровно до того момента, как я подпишу контракт с Мапплтоном».
Деду он этого сказать не мог. Если в душу Мапплтона закрадется хоть какое-то сомнение относительно их с Анджелой супружества, он немедленно отменит сделку.
– Тебе всегда нравилась эта девчонка.
Реми не осознавал, насколько очевидно было его влечение к Анджеле. Он всегда считал, что мастерски скрывает свои эмоции.
– Да, но ты же видишь, какая она. А я просто мужчина из плоти и крови, что я мог поделать?
– Почему ты просто не завел с ней короткую интрижку и не отправил затем к чертям? Зачем ты на ней женился? Она что, забеременела от тебя?
Реми отогнал от себя видение беременной его ребенком Анджелы, которое находил далеко не таким неприятным, как хотел бы.
– Нет, она не беременна. Я просто люблю ее. – «Черт. Не нужно говорить такое вслух. Вселенная все слышит».
Витторио недобро рассмеялся.
– В тот день, когда ты влюбишься, ад покроется льдом или же для меня откроются врата в рай. Однако мы с тобой знаем, что ничего из этого не произойдет. Ты просто не способен любить. В этом отношении ты совершенная моя копия. Любовь – для эмоционально слабых людей, которые не могут выжить без чужой поддержки.
Реми знал, как деда раздражало то, что его братья влюбились. Он высмеивал их при любом возможном случае, проходился по Поппи и Лили, разбирал их достоинства и, что важнее, недостатки, словно они были не живыми людьми, но предметами, которые приобрели Раф и Рауль. Витторио их приобретения не одобрял.
Реми не хотел себе признаваться, но со временем он начал чувствовать зависть к тому, как теперь были счастливы его старшие братья. Они остепенились, чувствовали себя удовлетворенными, нашли наконец-то свою тихую гавань. Его жизнь, до какого-то момента состоявшая из одних только перелетов, сделок и кратких отношений, устраивала его. Но не теперь.
Мужчина повел плечами:
– Возможно, это так, но ты не можешь не признать, что на нее приятно посмотреть. Чего еще может желать мужчина, как не потрясающе красивую преданную жену?
– Да, она красива, но она – дочь Генри Мерчанда. Ты действительно хочешь смешать свою благородную кровь с этой…
«Да что у него за одержимость детьми?» – внутренне недоумевал Реми.
– Что касается детей – это удел Рафа и Рауля. Анджела не хочет портить фигуру.
– Попомни мои слова: она с тобой не останется, – хмыкнул Витторио. – Пройдет не так много времени, когда она положит на стол перед тобой увесистую кипу бумаг и потребует развода, а затем оттяпает половину всего того, что ты заработал. Это было верхом глупости – вступать с ней в брак, не подписав прежде брачного договора. Я думал, у тебя голова работает лучше, чем у твоих братьев. По всей видимости, я ошибался.
Реми и самого волновало отсутствие брачного договора, но сейчас у него на уме были гораздо более срочные дела. К тому же сама Анджела знала, что сулил ей брак, и не собиралась разрывать его в обозримом будущем. Контракт с подвенечными платьями был делом значительным, его активно обсуждали в Интернете. Да, это действительно иронично, что ей придется позировать в единственном наряде, который она не переносила на дух.
– Как работается твоей новой горничной?
– У нее лицо как у обезьяны.
Реми закатил глаза. Да, некоторые вещи никогда не меняются.
– Я, возможно, заскочу к тебе через пару недель, чтобы проведать. И возьму с собой Анджелу.
Витторио снова хрипло рассмеялся:
– Только в том случае, если она все еще будет с тобой.
Глава 11
Анджела вошла в просторную гостиную. Реми, сидя в глубоком кресле, всматривался в пляшущие языки огня в камине. Благодаря центральному отоплению совсем скоро тепло наполнило дом, но треск поленьев напомнил Анджеле времена, когда она была еще совсем юной, когда мама была жива.
Было заметно, что рабочие уже унесли из дома все, что раньше принадлежало ее отцу, оставив лишь мебель, которая была здесь до него. Без всех этих кричащих вещей, лишь издали напоминающих произведения искусства, весь дом словно погрузился в прошлое. Но ее все же изрядно расстраивало то, что теперь Реми обладал особняком и явно не желал с ним расставаться. Ей конечно же нравилось заниматься с ним любовью и фантазировать, что он любит ее, но в конце концов все это затевалось лишь ради того, чтобы она вернула себе Таррантлокх. Ничто отныне не должно сбивать ее с намеченного курса. Ни томные взгляды Реми, ни его головокружительная улыбка, ни то, как потрясающе он занимался любовью.
Таррантлокх должен быть ее, и она не успокоится, пока не вернет его.
Реми взглянул на нее через плечо:
– Согрелась?
– Твои люди быстро работают. – Анджела прошла дальше в комнату. – Тебе удалось уничтожить все следы пребывания моего отца в этом доме.
