Все же 28 июля 1944 года состоялось первое боевое применение Me-163, — когда 5 истребителей атаковали соединение самолетов Боинг B-17. Первый вылет прошел неудачно — горючего не хватило, чтобы атаковать противника.
Но вылет 5 августа 1944 года уже принес первую удачу, когда во время налета американских бомбардировщиков на Лойну лейтенант Хартмут Рилль сбил B-17.
Испытания первого советского реактивного самолета «Би» проходили непросто [10]. Особенно трудно было приземляться — требовалось рассчитать время так, чтобы, отработав топливо, самолет мог спланировать на аэродром. Однажды пилот не рассчитал, и самолет подошел к посадочной полосе на слишком большой высоте. Опытный испытатель начал раскачивать самолет с крыла на крыло, пытаясь погасить скорость и спланировать вниз. Сесть удалось, но шасси надломилось. Это привело к задержке вылетов.
Однажды Бахчиванджи (в неформальной обстановке) сказал речь:
— Друзья мои, спасибо за все, за труд ваш, за пожелание здоровья. Но я знаю — я разобьюсь на этом самолете! Я нахожусь в трезвом уме и отдаю отчет своим словам. Мы находимся на передовом краю технической битвы, и без жертв все равно не обойтись. Я иду на это с полным сознанием долга.
На одном из совещаний при обсуждении будущих полетов он просил конструкторов и инженеров «не бросать начатое дело, как бы ни повернулась судьба».
На 27 марта 1943 года было запланировано установление максимальной скорости самолета «Би-3» (третьего экземпляра самолета «Би»). Самолет стартовал без происшествий, набрал высоту и перешел в горизонтальный полет, наращивая скорость. А затем произошло следующее: реактивная машина начала клониться вниз, перешла в пике и врезалась в землю.
Причинами аварии занялась специальная комиссия. Результатов расследование не дало. Но в том же 1943 году в эксплуатацию была пущена аэродинамическая труба больших скоростей Т-106 ЦАГИ. Для выявления причин катастрофы была испытана и модель самолета «Би». Скоро стало ясно, что «Би-3» разбился из-за особенностей обтекания прямого крыла и оперения на околозвуковых скоростях и возникающего при этом явления затягивания самолета в пикирование. Для достижения большой скорости требовалось применить стреловидное крыло.
Тем временем продолжался выпуск самолетов «Би» так называемой «войсковой серии». Однако внезапно цех завода, где находилось 60 уже изготовленных или частично собранных машин, сгорел.
После этого постройка «войсковой серии» была отменена. Испытания продолжались до самого конца войны, но уже с двигателем «РД-1». В Красной Армии реактивного перехватчика до 1946 г. так и не появилось.
16 августа 1944 года фельдфебель Зигфрид Шуберт записал на счет реактивных истребителей уже вторую победу.
В этот же день реактивные самолеты понесли и первые потери: один Me-163 был сбит стрелком американского бомбардировщика. Немецкий пилот выбросился с парашютом.
24 августа в один день было сбито четыре «Боинга» без потерь со стороны немцев. Все произошло так быстро, что американские истребители не смогли парировать нападение.
7 октября Шуберт одержал уже четвертую победу. Сев на аэродром, он пересел на другой Me-163, но тот перевернулся при взлете (по всей видимости из-за тележки) и взорвался. В этот же день было потеряно еще три самолета.
2 ноября был совсем черным днем для эскадрильи — погибло 4 самолета, не сбив ни одного американского. Американские бомбардировщики летали тесными группами, стрелки обстреливали заднее пространство, кроме того, бомбардировщики сопровождались истребителями сопровождения с подвесными баками.
Тем не менее Me-163B записали на свой счет еще несколько побед. 3 марта было сбито еще три Б-17, 10 апреля — бомбардировщик «Ланкастер».
Однако удачной карьере Ме-163 скоро был положен конец — но не из-за воздушных боев, а из-за отсутствия ракетного топлива в конце войны. Многие из самолетов достались русским и американцам неповрежденными.
История Me-163 на этом кончилась. В качестве эпилога можно привести слова американского авиаконструктора П. Бауэрса: «Немецкий истребитель-перехватчик Me-163, поступивший на вооружение ВВС Германии в мае 1944 года, был одним из самых необычных, но в то же время наиболее перспективных истребителей мира. В последующие четыре десятилетия развития авиации не было создано ни одного серийного самолета, который можно было бы непосредственно сопоставить с этим истребителем... Можно сказать, что участникам антигитлеровской коалиции повезло в том, что технические сложности, возникшие в процессе разработки самолета (связанные главным образом с созданием ракетного двигателя на жидком топливе), а также политические сложности того времени затруднили поступление «Кометы» на вооружение фашистских ВВС»...
На 1945 годе, однако, история «летающего крыла» Липпиша не кончается. После войны самолеты «Ме-163» попали в руки американцев, которые их тщательно изучили — но особый их интерес привлекла не эта переделка экспериментальной машины в серийный истребитель, а другое, экспериментальное «летающее крыло» того же Липпиша — деревянный планер «DM-1», созданный немецким конструктором для исследований. Когда глядишь на этот планер, бросается в глаза просто разительное сходство с моделью «летающей бесхвостки» Калинина К-15. Впрочем, сходство могло быть и случайным, поскольку треугольная бесхвостка — это вполне логичный путь развития авиации, поскольку именно такая форма позволяла быстро наращивать скорость самолетов.
Полученные американцами в результате изучения «DM-1» результаты оказались столь обнадеживающими, что их передали в фирму «Конвэр», заключив с ней контракт на производство реактивной модификации этого планера. В роли консультанта при строительстве выступал сам Александр Липпиш, благополучно перебравшийся в Америку.
Первый полет самолета состоялся в 1948 году. Опытный образец оказался удачным. И на его основе решили создать серийный всепогодный истребитель. Этот самолет получил обозначение F-102. Всего было выпущено 1088 таких машин. Можно сказать, что этот самолет был революционным. Во-первых, он имел огромную скорость, что означало способность догнать любого противника — или уйти от него. Во-вторых, он имел не привычное стрелково-пушечное вооружение, а ракеты — то есть поражал противника с больших дистанций без непосредственного огневого контакта, что на какое-то время дало ему колоссальное преимущество перед советскими машинами.
Дальнейшим развитием самолета стал F-106A «Дельта Дарт» с более мощным двигателем. Самолет развивал скорость 2450 км/ч на высоте 12 200 м. Всего за период с 1956 по 1961 год было построено 340 самолетов F-106A, B и TF-106A.
Нет ничего удивительного, что вслед за истребителем у американцев появился и бомбардировщик с «летающим крылом». Это был B-58 все той же фирмы «Конвэр». Он представлял собой в принципе всего лишь увеличенную копию истребителя F-102A, но с четырьмя двигателями в пилонах под крылом. В специальном подфюзеляжном контейнере самолет мог нести ядерные бомбы. Скорость бомбардировщика составляла 2229,8 км в час. Первый такой «Конвэр» был поставлен в сентябре 1959 г.
Для сравнения — первым советским серийным самолетом с треугольным крылом стал МиГ-21. Его прототип, Е-4, был поднят в воздух летчиком-испытателем Г.М. Седовым 16 июня 1956 года. Расчетную скорость самолет не дал, и после доработок опытный Е-5 наконец перевалил за 2000 км в час. На его основе была построена серия МиГ-21, которая пошла в 1958 году. Скорость самолетов была 2175 км в час. Пожалуй, это был единственный самолет, потенциально способный сбить «Конвэр», поскольку американский бомбардировщик защищался с хвоста турельной пушкой, целеуказание на которую давала РЛС, так что советские пушечные истребители просто не успели бы зайти такому самолету в хвост.
Немецкие разработки попали в руки не только американцев. Их заполучили также и англичане, которые, естественно, не дали пылиться полученным материалам и передали их на фирму «Авро». Но англичане увидели в схеме бесхвостки не только скорость, а то, что увидел в нем еще Калинин — возможность создать бомбардировщик с большой дальностью и высотностью.
И такой самолет был создан — «Вулкан». Хотя он причислялся к «средним бомбардировщикам» и входил в тот же класс, что и, скажем, созданный примерно в то же время Ту-16, он мог быть полноценным стратегическим бомбардировщиком, поскольку был способен нести атомные бомбы на большое расстояние. При практически равных размахах крыла (32,99 метров у Ту-16 и 33,86 метров у «Вулкана») дальность Ту-16 составляла 6350 километров, а «Вулкана»— 10 000 километров. С высотностью было еще любопытнее — она составляла у Ту-16Б 13 500 метров, а у «Вулкана» — 19 000. Для «Вулкана» советские средства ПВО были чистой фикцией — самолет пролетал высоко над зоной поражения. Не случайно в марте 1953 года приказом министра на А.Н. Туполева и ведущего конструктора Д.В. Маркова наложили взыскание из-за того, что потолок и дальность экспериментальной машины оказались ниже заданных.
