мы не поговорим. Нам не удалось пообщаться вчера ночью.
– О чем будем говорить?
– Сначала об этом. – Тобиас достал сложенный лист бумаги, в котором она сразу опознала расписание свиданий с Майком. – Согласно расписанию, вы с Каллаганом сегодня встречаетесь.
Аллегра выхватила у него расписание.
– Оно не твое. Откуда ты его взял?
– Каллаган вчера выронил его на дорожке.
Она бросила скомканное расписание в сумку.
– Ты не можешь быть помолвлена с Каллаганом, – категорично сказал он, – пока ты спишь со мной.
От всплеска эмоций она практически приросла к месту. Заявление Тобиаса о том, что она спала с ним, было недвусмысленным и собственническим. По спине Аллегры пробежала дрожь.
Тобиас определенно хочет ее.
В его заявлении не было признаний в любви, он ничего не сказал об эмоциях или обязательствах. Он вел себя раздражительно, вспыльчиво и даже диктаторски, но Аллегра все равно ликовала. Все действия Тобиаса доказывали, что он готов сражаться за нее.
Он поставил ей ультиматум. Поскольку прошлой ночью переспала с Тобиасом, она не может быть невестой Каллагана.
– Ты вряд ли вправе диктовать мне условия, когда ясно дал мне понять, что тебя не интересуют отношения.
– Они интересуют меня сейчас.
Аллегра уставилась на пульсирующую жилку на подбородке Тобиаса. Она едва заметила, как мимо них прошла группа девочек‑подростков, бросающих на Тобиаса любопытные взгляды. В какой‑то момент Талли ушел.
Она уставилась на Тобиаса:
– Я не буду с тобой спать только потому, что тебе это удобно.
– Удобство? – Он сдвинул брови. – Поверь мне, близость с тобой не имеет ничего общего с удобством.
Тобиас взял ее за предплечье, чтобы Аллегра отошла в сторону, пропуская моторизованное инвалидное кресло. При этом ее макушка коснулась его подбородка, а ладонь уперлась в твердые мускулы его груди. Она услышала пьянящий запах мыла, чистой кожи и одеколона.
Он посмотрел на Аллегру:
– Черт, если бы мы не были…
– Тобиас!
Аллегра замерла. Тобиас нахмурился и отпустил ее.
Франческа Мессена‑Атреус только что вышла из роскошного ювелирного магазина, рядом с которым они случайно оказались.
Поначалу Аллегра была так потрясена, увидев красивого модельера, что даже не заметила, что на ней надето. Потом отметила бирюзовую мини‑юбку, жакет‑камзол, прозрачную белую блузку и бирюзовые туфли с ремешками, на шпильках.
Даже прически у Аллегры и Франчески были одинаковыми, совпадал и цвет лака на ногтях.
И пока Франческа шла к ним, в голову Аллегры пришла поразительная мысль. Она считала, что покупка одежды, сумок и обуви от Франчески – доказательство ее исцеления. Якобы она не обижается, что Франческа украла ее мужчину. Но теперь Аллегра точно поняла, что она делала. Она превратилась во Франческу, чтобы Тобиас влюбился в нее.
Два года назад ее волосы были длинными и волнистыми. Теперь у нее была почти такая же стрижка, как у Франчески. Она стала ярче красить ногти и носила роскошные, но непрактичные туфли на шпильках. Опять же, как и Франческа.
Она даже купила шелковое нижнее белье, которое Франческа называла своим любимым на одной из страниц в социальной сети. Стоимость белья была астрономической, обычно Аллегра не покупала такие дорогие вещи.
Ей в голову пришла еще одна ужасающая мысль. Неужели Тобиас снова заинтересовался ею потому, что теперь она сильно напоминает ему Франческу? Неужели он занимался с ней любовью потому, что считал ее заменой Франчески?
Мать Аллегры была права. Отказ Тобиаса так сильно повлиял на нее, что она стала сомневаться в своей привлекательности.
Но этого больше не произойдет.
И если Тобиас полагает, что Аллегра будет во всем ему подчиняться, то он сильно заблуждается.
Франческа подскочила к ним, поднялась на цыпочки, обвила руками шею Тобиаса, крепко обняла его и поцеловала в щеку. Внимание Аллегры привлекла реакция Тобиаса. Обняв Франческу, он улыбнулся, сверкнув белыми зубами. Чувствуя себя еще несчастнее, Аллегра заметила, что Франческа ему по‑настоящему нравится.
Франческа обнимала Тобиаса за талию, пока махала рукой рослой подруге‑блондинке, только что вышедшей из ближайшего бутика. Она представила Тобиасу женщину, которую звали Клара. Потом она радостно объявила подруге, что Тобиас и есть тот великолепный парень, который вечером приглашал ее на ужин.
Аллегра старалась делать вид, что ей все равно. Однако осознание того, что Тобиас никогда не приглашал ее на ужин и даже на кофе, поразило ее до глубины души. Кроме того, он ни разу не покупал ей цветы и не делал маленькие подарки, как обычно поступают во время ухаживаний.
Она моргнула, чувствуя себя так, будто очнулась ото сна. Поведение Тобиаса рядом с Франческой внезапно указало Аллегре на все недостатки в их отношениях. Между тем, что предлагает ей Тобиас, и тем, чего она хочет, огромная пропасть.
А ведь желания Аллегры не такие уж невыполнимые. Она мечтала о любящем муже, доме и детях. То есть о том, что уже было у многих ее подружек, и они считали это чем‑то само собой разумеющимся.
Проблема в том, что попытки сохранить отношения с Тобиасом похожи на удары головой о кирпичную стену. Между ними только секс.
Несмотря на попытку казаться небрежной и равнодушной, словно встреча с другой женщиной почти не мешала ей, Аллегра застыла, когда ее представили Франческе.
К счастью, Франческа проигнорировала тот факт, что они одеты как близнецы, и похвалила отличный вкус Аллегры. Когда Тобиас упомянул «Мэдисон‑спа», Франческа посмотрела на Аллегру по‑другому, и та поняла: она знает о скандале в Сан‑Франциско.
Аллегре удалось вежливо и профессионально отвечать, а потом Франческа удивила ее, задав конкретные вопросы о спа‑процедурах в ее центре. Обычно Аллегра была в своей стихии, говоря о грязевых обертываниях и косметических суперпродуктах, но сейчас ей было трудно расслабиться. Каждый раз, когда Франческа касалась руки Тобиаса, Аллегра чувствовала себя несчастной и сильнее напрягалась.
Потому что, несмотря на прошлую обиду, новую стратегию и осторожность, она по уши влюбилась в Тобиаса.
Глава 13
Телефон Аллегры звякнул. Обрадовавшись тому, что у нее появился повод не смотреть на Франческу и Тобиаса, она вынула телефон из сумки.
Звонил Майк.
– Где ты?
– Хм, в МАМ.
Она нахмурилась:
– Международный аэропорт Майами?
Зная, что Тобиас слышит ее разговор, Аллегра отошла в сторону на несколько шагов и постаралась говорить мягким тоном.
– В чем дело, Майк?
– Извини, но меня пригласили сниматься в сериале. Кое‑кто замолвил за меня словечко, и я получил роль. Не главную, но все равно. Важно, что я снимаюсь.
– Майк…
– Завтра мне надо быть в Лос‑Анджелесе.
Женский голос прервал Майка, потом последовал громкий шорох, словно Майк прикрывал телефон
