что она больше не может себе этого позволить.
Открыв дверь, Аллегра направилась к лестнице. Вдалеке слышался низкий голос Тобиаса. Она сильнее приуныла, потому что привыкла к звуку его голоса.
Обеспокоенная учащенным сердцебиением, Аллегра позвонила врачу и записалась к нему на прием. Потом быстро приняла душ и оделась в льняные брюки бежевого цвета, белую блузку и белый свитер. Двигаясь как на автопилоте, она надела серебряные резные серьги и немного накрасилась.
Уложив волосы в свободный пучок и закрепив их шпильками, она заметила, что ее сердце по‑прежнему колотится как отбойный молоток. Вдобавок ко всему у нее начала кружиться голова.
Аллегра надела умные часы, нажала на приложение на телефоне и стала ждать, пока не появятся показания. Сто тридцать ударов в минуту. Обычно такой пульс был у нее после тренировки, а сейчас она просто ходит по своей спальне.
Возможно, пульс снизится, и сейчас она просто паникует. Однако на всякий случай, если ей действительно придется поехать в больницу, она положила смену нижнего белья, джинсы и толстовку в свою сумку. В первый раз ее госпитализировали на сутки, во второй раз – на пару часов. Она понятия не имела, что произойдет на этот раз, но ей нужно быть готовой провести в больнице ночь. Оба раза лекарства возвращали ее сердечный ритм в норму.
Она решила бросить Тобиаса сейчас, до того, как пойдет к врачу. Ей двадцать семь лет, тридцатилетие не за горами, а годы летят с устрашающей скоростью.
Она не думала о браке и детях. Для начала ей надо выстроить жизнеспособные отношения с каким‑нибудь мужчиной. Но как ей это сделать, если она безнадежно влюблена в мужчину, который не знает, кто она на самом деле?
Она хотела выйти замуж за того, кто будет любить ее и заботиться о ней.
Но этим мужчиной не станет Тобиас.
Глава 14
Дрожа от волнения, Аллегра взяла из шкафа чемодан и начала бросать в него одежду. Она сильнее нервничала, думая о том, что потратила столько денег на покупку вещей, которые рекламировала Франческа.
Пройдя в ванную, она собрала туалетные принадлежности. Вернувшись в спальню, положила средства для макияжа в косметичку и застегнула молнию на чемодане.
Прерывисто дыша, она закрыла шкатулки с драгоценностями и положила их в сумку. Потом положила туда и дневник Александры. Если ей придется провести какое‑то время в больнице или даже дома, она прочтет дневник.
Услышав звук закрывающейся двери, она подняла голову. Это мог быть только Тобиас. На мгновение ей показалось, что он остановится у ее двери и постучит, но он прошел мимо.
Она услышала, как он идет по лестнице, а потом закрывает кухонную дверь.
Гул двигателя его внедорожника был едва слышен из‑за дождя. Погода ухудшалась, ветер усиливался, а дождь лил сильнее.
Через десять минут весь багаж Аллегры лежал в ее тесном кабриолете. Она завела двигатель и подняла крышу. Было еще слишком рано для визита к врачу, поэтому она решила поехать к себе домой и выгрузить вещи.
Набирая скорость на подъездной дорожке, усеянной листьями, она позвонила Дженис и сказала, что, скорее всего, поедет в больницу во второй половине дня. И попросила ее поработать вместо Майка до конца недели.
Через час, оставив вещи в квартире и посоветовавшись с врачом, Аллегра позвонила Дженис и сообщила, что ее положили на один день в госпиталь Милосердия. К счастью, ее врач, Алисия Ортез, проработала в госпитале несколько лет и отправила Аллегру прямо в кардиологию.
После того как медсестра проверила ее пульс и смерила артериальное давление, Аллегру положили в палату и подключили к электрокардиографу. Через полчаса вошел врач, проверил ее данные и задал несколько вопросов о том, что могло спровоцировать ее состояние.
Ей хотелось ответить, что кое‑кто разбил ее сердце. Как только она подумала об этом, ее пульс подскочил, и врач нахмурился. Она сделала медленный глубокий вдох, постаралась успокоиться и упомянула смерть Эсме и стресс на работе. Он кое‑что отметил в графике, прикрепил планшет к краю ее кровати и ввел ей лекарство для восстановления активности сердца. Если это не сработает, ей предложат сделать электроимпульсную кардиоверсию, но она согласится на нее только в крайнем случае.
Ожидая, пока подействует лекарство, Аллегра отключила телефон и положила его на прикроватную тумбочку. Дженис знает, где она и почему, поэтому не станет звонить. И меньше всего ей сейчас нужно ждать звонка Тобиаса или надеяться, что он позвонит. Подобное поведение только навредило ей за последние шесть лет.
Аллегра взяла дневник Александры и начала его читать.
Через час она отложила его в сторону.
История, написанная Александрой, была очень личной и неожиданной. У нее был роман с Джебедайей, и они планировали пожениться. Предположительно, обручальное кольцо, которое Аллегра подогнала под свой размер, было подарено Александре Джебедайей.
К сожалению, муж Александры, богатый и влиятельный английский аристократ, славился рукоприкладством. Считалось, что Александра покинула Англию после его смерти, но на самом деле он не умер. Решив вернуть свою сбежавшую жену, он отправился в Америку и узнал, где она живет. Предупрежденная адвокатом, Александра забрала детей и сбежала.
Она поселилась в Нью‑Йорке, надеясь затеряться в городе, но муж в конце концов нашел ее и там. Он решил отобрать у нее дом и все ее активы. Оставив Александру после травм в больнице, он вернулся в Англию.
Но он не получил ничего. Зная о риске, Александра вкладывала деньги от продажи нефти в алмазы, которые закопала в саду таунхауса. Незадолго до того, как умереть от полученных травм, она приказала Эсме выкопать драгоценности, продать половину и отдать деньги ее сыну – дедушке Аллегры. Эсме могла продать все алмазы, если ей потребуются деньги.
Эсме явно повезло в любви больше, чем Александре, поэтому она сохранила большую часть ее украшений и никогда их не носила. Она спрятала драгоценности Александры, а потом завещала их Аллегре.
Тобиас вошел в свой офис в центре города и бросил портфель на стол. Он закрыл дверь, подавая знак ассистентке, что хочет побыть один. Ему не хотелось, чтобы Джин подслушала его телефонные переговоры.
Целый час он провел в социальных сетях, просматривая аккаунты Хэллидея и Фишера, и нисколько не удивился тому, что Талли сообщил ему о них.
У обоих мужчин была сомнительная репутация и тяга к молоденьким женщинам. Все указывало на то, что компания «Бернс – Штайн– Хэллидей» опорочила имя Аллегры, потому что Хэллидей был племянником одного из партнеров, а Фишер – женат на
