- Но у некоторых это самомнение завышенное! – указала она на меня.
- Нормальное.
- Не нормальное, а завышенное!
- А, по-твоему, должно быть заниженное?
Мы стояли с Акадой посреди пустынной широкой дороги и, уперев руки в бока, обжигали друг друга молниями, что вылетали из наших сощуренных глаз.
- Не заниженное, но хотя бы скромное, - нравоучительно дернув бровями, заметила она.
- То есть потаенное.
- Что?
- Скромное - это от слова скрывать, таить. Другими словами – лицемерить.
- Ты невыносим!
- Ты тоже невыносима! Больше ни за что не помогу тебе!!!
Губы Акады задрожали, из глаз закапали слёзы.
Не терплю женских слёз! У меня на них аллергия, проявляющаяся в сердечно-душевных спазмах.
- Хватит капать, пошли, - махнул я, опасаясь, как бы с минуты на минуту в моей душе не начался государственный переворот. Если это произойдет, я точно сдам позиции и прижму девчонку к себе. А это грозило самым страшным: привязанностью. Да не могу я привязываться к ректорскому трофею! Нет, никак нельзя.
Отвернувшись, я пошел вперед, не дожидаясь, когда Акада последует за мной.
– Шевелись, невыносимая. Там, кажется, уже городские врата виднеются. Давай уже найдем этот артефакт и вернемся в прежний мир. Или хотя бы отыщем себе спокойное местечко, где я смогу потренироваться и понять, как управлять новоприобретенными навыками. Вдруг удастся не только внутри этого мира дверь соорудить, но и открыть нужный портал безо всякого артефакта. Конечно, имеется еще один способ, как вернуть мне магию...
- Даже не заикайся! – гневно утерла свои слёзы Акада. – Я ни за что не стану спать с тобой!
Глава 17 "Завтра мы грабим дилижанс... А в понедельник, в понедельник мы свободны?"
В город мы вошли беспрепятственно. Ожидая, что с нас возьмут пять монет, я уже отсчитывал кровные (в прямом смысле слова), забранные у Питера деньги. Но оказалось, что нужно вдвое больше.
- Это еще почему? – возмутился я.
- Потому что вас двое, - лениво отозвался охранник городских врат. При этом он вис на своем копье и терся об него щетиной.
- Да посмотри, какой он хилый, - указал я на Акаду, снова намотавшую вокруг головы какую-то дребедень.
- Может парень и хилый, но он всё равно дышит.
- У вас, что, за воздух деньги берут? – насупился я.
- Не за воздух – он-то бесплатный – а за углекислый газ, - воздел палец парень. – Если посчитать, сколько вы собираетесь выдыхать, а еще и пукать, то вот и получается десятка.
Мне даже стало интересно:
- А как вы контролируете, сколько раз в день человек...
- Мы никого не контролируем! – оборвал мои рассуждения охранник. – Мы предполагаем, исходя из среднестатистических показателей.
- Акад, - повернулся я к «парню», - ты сколько раз в день планируешь портить воздух?
Акада сделалась красной, как и ее чалма.
- Не отвечает, - прокомментировал я. – Он даже немой у меня. А ты говоришь воздух портить... Он его не то, что испортить не в состоянии, но и слово вымолвить...
- За животных тоже надо платить, по человеческому тарифу, - напомнил охранник.
- Это не мои, - тут же отрекся я, - первый раз вижу. Пошли вон! Брысь!
Мотя с Маней рванули за ограждение, по пути сбив охранника с ног.
Он рассвирепел не на шутку. Достал свисток и кааак... дунул в него, да так сильно, что уши заложило.
Из близстоящего строения – сторожевой башни – тут же выскочил десяток солдат, вооруженных копьями да луками.
- Пес и кот... – задыхался от возмущения охранник, – они прорвали оцепление... не заплатили... промчались мимо...
- Ну, всё... теперь у тебя из зарплаты вычтут... – посочувствовали ему.
- Вот, держите, ваша десятка за среднестатистические пуки, - отдал я деньги. – Где у вас тут..?
- Прямо по улице – гостиница, за углом еще одна. Документы можно там же оформить, - пояснил расстроенный охранник.
- Какие документы? – вытаращился я.
- На пребывание в нашем государстве. Это же граница. Не знали?
- А... э... – растерялся я, - ладно. Пошли, Акад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В гостинице нас огорошили сообщением, что нужно внести еще пять монет.
- За что? – уточнил я.
- За государственную пошлятину. Ой, то есть госпошлину, - поправилась девица за стойкой. – Это за то, что ваше заявление рассмотрят. А потом нужно будет сфотографироваться и снова оплатить госпошлину. За изготовление пропусков, страховки и карточек, где будут указаны ваши данные: высота, ширина, нетто.
- Я же не товар, чтобы меня... Ладно. А почему это нельзя сразу сделать?
- Не положено. Такие правила. Сначала рассматривают заявление, а после только документы готовят. Две пошлины платить, две. Понимаете?
- А если нам откажут в виде на жительство?
- Что поделать, - пожала плечами девушка, - деньги вам не вернут. Но вы имеете право оспорить решение.
- Заплатив госпошлину?
- Разумеется.
- Ясно... возьмите, раз такие правила, - протянул я деньги, взвесив худеющий кошель. – Где, кстати, у вас эти правила прописаны? Хотелось бы ознакомиться.
- Вот стенд.
- Увидел. А за что еще придется заплатить в ближайшие десять минут?
- За номер на двоих, - расплылась в очаровательной улыбке девушка. – А ровно через час к вам постучат, и вы будете обязаны внести плату за воду, так как независимо от того, собираетесь вы пользоваться туалетом или нет, санузел включен в удобства.
- Так если санузел уже включен, почему за него нужно отдельно платить?
- Потому что если вы с ночевкой, то однозначно будете его использовать.
- Железная логика.
- А еще вам нужно оплатить постельное бельё. И отдельно доплатить, чтобы его проверили на клопов.
- А разве это не входит в...
- Нет, конечно! Это же вручную...
- А-а...
- И еще поторопитесь купить лотки для вашей живности, - кивнула она на Мотю и Маню, чудом избежавших пленения живодерами и охранниками границ государства. - Магазинчик на той стороне улицы. Мы рады гостям и ждем вашего возвращения!
- Пошли, купим лоток, - прошипела Акада и потащила меня через улицу в дом напротив.
Там, на первом этаже, располагался магазинчик, улыбчивый продавец которого через открытые двери перемигивался с девушкой из гостиницы. Она, не стесняясь, показывала ему жестами, что нам нужно продать и за сколько.
- Вот, выбирайте, - счастливо предложил продавец, указав на полки, где стояли кошачьи лотки в виде... сосулек, пингвинов, цветочных горшков, гнёзд и тапочек. Рядом возвышались пакеты с едой для животных. Я, не думая, выбрал лоток в виде тапочек с надписью «Кошачья гадость» и пакет с едой под названием «Кошачья радость».
Только мы собрались выходить из магазина, как столкнулись в дверях с колоритным мужчиной в пестрых одеждах. Его лицо было полностью сокрыто под маской-зайчиком.
- Стоять! Всем не двигаться! Это ограбление! – прокричал он. – Деньги в мешок!
- Фигасе... – вырвалось у меня, когда я увидел, чем угрожает грабитель. Это был самый крутой на свете бластер, который только можно отыскать... в игрушечных магазинах! Всё детство о таком мечтал.
- Даже с усыпляющим лучом и переключением в режим низкочастотного разбора! – сдавленно вскрикнул я, отобрав бластер и вложив в руки грабителя «Кошачью гадость».
- Дурак, что ли? – подняв заячью губу, точно забрал рыцарского шлема, оскорбился мужчина. - Это подзарядка.
- Сам ты подзарядка, - не согласился я. – Это когда тебе объект не внешне изрешетить надо, а чтоб он внутри растекся.
- А в инструкции не так написано! - спорил заяц.
- Да не может такого быть! - стоял я на своем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Значит, эти дармоеды, мне не так перевели! - сорвав с себя маску и швырнув ее на пол, в сердцах воскликнул грабитель. – А ты точно уверен? Откуда? Ты, что, иероглифы читать умеешь?
- Ага, умею, - закивал я.
Мужчина изменился в лице. В его глазах загорелся маниакальный огонь, и он автоматически запустил руку в «Кошачью радость», что была зажата у меня подмышкой. Вытащив оттуда горсть сухого кошачьего корма, он набил им себе рот, продолжая о чем-то размышлять. Потом, жуя, принялся смеяться и грозить пальцем.
