"Где ее светлость?" — спросил лорд Колуолл.
Было совершенно очевидно, что лакей испытывает странную неловкость.
"Полагаю... ее светлость... наверху, милорд", — поколебавшись, произнес тот.
Лорд Колуолл поднялся по мраморной лестнице и распахнул дверь спальни.
Его жена лежала в кровати, но она была не одна! Лорда Колуолла охватила страшная ярость, его глаза метали молнии. Он схватил лежавшего рядом с леди Клариссой мужчину и швырнул его на пол. Хотя тот был без одежды, лорд Колуолл узнал в нем одного мелкого чиновника, не занимавшего никакого положения в свете и давно распростившегося со своей молодостью. При случайной встрече лорд Колуолл не удостоил бы его и взгляда.
"Я не унижусь до того, чтобы пачкать о вас руки, — зло усмехнувшись, сказал он. — Я просто вышвырну вас из своего дома".
Не дав тому одеться, лорд Колуолл поволок его за собой по лестнице. В холле за всей этой картиной наблюдали, словно завороженные, двое слуг.
"Откройте дверь", — потребовал лорд Колуолл.
Они ринулись выполнять приказание хозяина, но тут с верхней площадки лестницы раздался крик. Там стояла леди Кларисса. Она успела накинуть ночную сорочку и прозрачный пеньюар. Ее темные волосы волнами струились по плечам.
"Остановись, Ранульф! — кричала она. — Ты не имеешь права так поступать! Нельзя так делать! Ты же сам знаешь, что разразится скандал".
"Тебе следовало бы подумать об этом раньше!" — отпарировал лорд Колуолл.
Мужчина, которого лорд Колуолл крепко держал за руку, продолжал молчать. Было совершенно очевидно, что происходившее лишило его способности адекватно воспринимать действительность.
"Ранульф! Я приказываю тебе дать Чарльзу одеться и покинуть замок так, как подобает приличному человеку".
"Ни в нем, ни в тебе нет ничего приличного!" — грубо ответил лорд Колуолл.
Он потащил мужчину к двери, и леди Кларисса издала разъяренный вопль:
"Будь ты проклят! Выслушай же меня!"
Она бросилась вниз по лестнице. Теперь трудно определить, что ей помешало — то ли она зацепилась за подол ночной сорочки, то ли беременность лишила ее прежней легкости — однако, сделав шаг, леди Кларисса с жутким криком, эхом отразившимся от стен, рухнула на ступеньки.
Кубарем скатившись по лестнице, она распласталась у ног мужа и любовника.
Ее шея была сломана.
Глава 5
С самого утра лорд Колуолл пребывал в глубокой задумчивости. Хмурое выражение не покидало его лица.
Он вышел из замка и, спустившись по широкой лестнице, легко вскочил на вороного жеребца, которого едва удерживали двое конюхов.
— Лошадь ее светлости сегодня тоже разыгралась вовсю, милорд, — сказал один из них. — Должен предупредить вашу светлость, что миледи уже уехала.
Это новость чрезвычайно удивила лорда Колуолла. Спустя некоторое время он увидел впереди себя всадницу в синей амазонке. Чувствовалось, что она с трудом справляется со своей чалой кобылой. Лорд Колуолл стегнул коня и заспешил к Наталии.
Всю ночь он почти не спал, и сейчас его охватывали тревога и гнев.
"Разве я мог предположить, — спрашивал он себя, — что окажусь в подобном положении и буду не в состоянии повлиять на ход событий?"
И в то же время он вынужден был признать, что в нынешней ситуации Наталия проявила исключительную выдержку. Она не рыдала и не укоряла его, как поступила бы на ее месте любая другая. Она открыто высказала свое мнение, причем ее доводы отличались логичностью и обоснованностью.
И все же он страшился того, что ждало его в будущем.
Подъехав к Наталии, лорд Колуолл обратил внимание на ее туалет. В амазонке из бархата глубокого синего цвета, только подчеркивавшего тонкую талию девушки, с газовой вуалью, спускавшейся с узких полей высокой шляпки, Наталия выглядела юной и чрезвычайно очаровательной.
— Доброе утро, милорд, — радостно приветствовала она его. — Я надеялась, что вы пригласите меня на утреннюю прогулку верхом. Но вы не сделали этого, и я взяла на себя смелость самой отправиться верхом, с тем чтобы потом присоединиться к вам.
— Я счастлив, что ты поступила именно так, — признался лорд Колуолл.
— Могу ли я предложить вам небольшое соревнование? Это поможет развеять ваше хмурое настроение.
При этих словах она развернула лошадь и, не дожидаясь его ответа, поскакала вперед. Поправив немного съехавший цилиндр, лорд Колуолл последовал за ней.
Некоторое время он скакал сзади, наблюдая за женой. Естественно, он ожидал, что она будет хорошо держаться в седле, но Наталия оказалась на удивление превосходной наездницей. А лорд Колуолл мог вполне оценить это, так как сам считался непревзойденным мастером верховой езды.
Стук копыт эхом отдавался от деревьев. Вскоре лес кончился, и скачка продолжилась по полю. Наконец лорд Колуолл, на два корпуса обогнавший Наталию, осадил жеребца и повернулся к улыбающейся девушке.
— Вы честно выиграли это соревнование, — проговорила она. — Я всегда надеялась, что так и будет! — Увидев, что он изумленно поднял брови, она объяснила: — Когда в своих мечтах я, верхом на Крестоносце, скакала наперегонки со своим Рыцарем, то всегда позволяла ему выиграть! Я чувствовала, что моя победа нанесет значительный урон его престижу.
— Не надо скромничать, — возразил лорд Колуолл. — Ты отличная наездница! Полагаю, тебе самой это известно.
— Я рада, что мои достижения хотя бы на этом поприще были замечены и по достоинству оценены вашей светлостью.
— В таком случае мне будет интересно узнать, в чем же еще ты добилась таких же успехов, — заметил лорд Колуолл.
Они ехали рядом. Их лошади, покрытые потом после столь напряженной скачки, перешли на шаг.
— Думаю, вчера вечером вас привел в изумление тот факт, что я способна поступать по-своему, — с улыбкой проговорила Наталия. — Вы приложили все усилия, чтобы меня воспитали в соответствии с вашими желаниями, а я расстроила ваши планы. — Лорд Колуолл ничего не сказал, и Наталия, бросив на него озорной взгляд, добавила: — Известна ли вам история о том, как Господь, узнав о поступке Адама в Райском саду и возмутившись его поведением, высказал свое недовольство одному из ангелов. "Но, Господь, — запротестовал ангел, — ты же сам дал Адаму право свободно проявлять свою волю!" — "Я дал ему право свободно проявлять свою волю в том, чтобы соглашаться со мной! — ответил Господь. — А его несогласие я расцениваю как страшную дерзость!"
— Ты совершенно серьезно сравниваешь меня со Всевышним? — рассмеявшись, поинтересовался он.
— А почему бы нет? — удивилась Наталия. — Вы не менее властный.
