станут снадобьями и эликсирами, которые спасут жизни защитников королевства, в котором вы живёте.
Удерживая морду кирпичом, я мысленно вздохнул. Будь патриотом, дай государству побольше денег, а себе оставь поменьше, везде, млять, одно и то же. Тем более сомневаюсь, что наместник будет клепать дешёвые лекарства для местного госрезерва, скорее уж станет перепродавать сырьё в центральные провинции за совсем другие деньги, только не слишком наглея. Местная-то гильдия алхимиков ему тоже деньги платит и способствует процветанию вверенного ему города, ей тоже что-то должно перепадать. Хотя… На Земле чиновники и не такое проворачивали, своя рубашка ближе к телу.
— Не могу вот так сходу что-то ответить на ваши последние слова. Я в своей семье самый младший, а не самый старший — в итоге развёл руками я.
— Досадно, но ожидаемо — кивнул на это наместник — Кстати было бы крайне интересно узнать о ней. Семья, живущая в Смертолесье, а не просто люди, ходящие на его окраину за добычей, это удивительно. Пожалуй даже более удивительно, чем ваши традиции.
— Ну с традициями всё как раз довольно просто. Мне действительно кажется, что лучше ни перед кем не склонять голову и никого не заставлять склоняться перед собой. Если же для этого нужно жить в дали от остальных людей, которые не разделяют наши взгляды, то пусть так и будет — хмыкнул я, стараясь не смотреть на монаха. Уж он-то по логике вещей должен меня понимать, ведь сколько монастырей, столько и уставов. А ещё чуять, что я не вру хотя бы формально — А что до семьи, она живёт в Смертолесье уже многие поколения.
— И велика ли она? — приподнял бровь наместник.
— У меня два брата и сестра, у приёмных родителей братьев и сестёр не сильно меньше. Думаю можно сказать, что довольно велика — пожал я плечами опять.
— Так вы им не родной ребёнок? — заинтересовался наместник.
— Нет, приёмный отец спас меня в младенчестве, когда моих настоящих родителей убили — хмыкнул я — Не самая приятная мне тема для разговора.
— Понимаю и приношу извинения, если задел ваши чувства — кивнул наместник, к счастью закруглив эту тему.
Дальше мы пообсуждали какое количество трав и костей может быть доставлено в будущем, а так наше возможное сотрудничество. Тоже конечно рэкет всё это, но хоть культурный. Наместнику хватало ума не пытаться давить и соизмерять свои аппетиты. Потерять немного прибыли в обмен на «красную крышу» я был более чем готов, тем более таскать чуть больше трав мне не тяжело. До этого я их всё равно собирал скорее для нужд Жэндэ и Старой Эны, пока та была жива, чем на продажу. Зато у нас появился прикормленный королевский чиновник, который не будет чинить препятствий мастеру Нэкэту с переездом, а при удаче откроет Эсуфу безопасный доступ к рынкам центральных провинций. Всё таки там гораздо больше шансов нарваться на джентльменов удачи с дворянским происхождением и наглости у таких по отношению к провинциалам куда больше. Пока купец в прошлом торговал всяким ширпотребом это было некритично, но теперь его товар магические материалы и реагенты, тут совсем другой расклад.
Хотя наместник конечно поимеет со всего этого свою выгоду, меня это мало волновало. Ещё в прошлой жизни я старался исповедовать принцип «живи и дай жить другим», в этой по большому счёту мало что изменилось. Ну кроме охоты на добычу, тут уж против природы не попрёшь, речь в данном случае именно о человеческих взаимоотношениях. Хотя в них конечно были свои сложности. К примеру врать я наместнику не врал, что без сомнения подтвердит монах, а тему с семьёй удалось удачно закрыть, уверен, что опытный политик догадался, что я темню и навожу тень на плетень. В искусстве словесного обмана без прямой лжи меня мастером не назвать, а Нэрал с любителями плести вербальные кружева дело имеет регулярно, тут к гадалке не ходи.
После же нашего посещения наместника мы вернулись в дом мастера Нэкэта, где остановились. На суде потерпевший присутствовал, а затем был отправлен восвояси, где уже начал подготовку к переезду. И процесс был насыщенным, коль скоро ехал мужик не просто с семьёй, а заодно увозил кучу имужества, большую часть своих работников с домочадцами, а к вечеру выяснилось, что не только работников. На огонёк заглянул сначала Бэрд Лукарь, а затем ещё несколько мастеров. Сами они менять место жительства не собирались, но у всех были дети, а порой и внуки, работы же на них в Шэстэви не хватало. Старшие или самые искусные детишки конечно наследуют мастерские, но вот вторым сыновьям, а так же следующим за ним дальше по списку такого счастья уже не светило. А тут образовалась оказия, а я ещё и пообещал выдать Нэкэту подъёмные, благо денег хватало, о чём тут же всем стало известно. Так что уважаемые люди интересовались, можно ли вписать своих родичей в «программу по переселению».
Почесав репу, я скинул всё это на Эсуфа. В конце концом моя дикарь, моя ходить лес и таскать оттуда ништяки. Изначально же всю кажу с торговлей заварил именно купец, вот пусть у него голова и болит. Правда долго сидеть подальше от движухи мне не дал Эфрим, который заявился в мою комнату и практически повторил фразу культиста нежити из третьего варкрафта про то, что «Надо больше золота».
— Ромул, народа в Речнолеске станет раза в три больше. Наличными силами мы их не поохраняем, надо больше людей нанимать.
— Будь прроклят тот день, когда я sel za baranku etogo pilisosa — закатил глаза я, произнеся окончание фразы по-русски — Деньги-то есть, ты где надёжных людей взять знаешь?
— Знакомцев у меня хватает, а у них хватает своих знакомцев и родичей — кивнул он — А ты сейчас ещё что сказал?
— Присловье на языке страны северных медведей, не обращай внимание
