мастерство, направил разговор в сторону фантазий, а не реальных решений, представив, каким могло бы быть будущее, если бы у ворот не стоял враг. О роскоши, которую они могли бы иметь, если бы не нужно было тратиться на военный бюджет, из-за которого нужно постоянно суетиться. Обнаженные прислужники и прислужницы быстро наполнили пустые кубки. Фантазия плавно скользнула к теме нового города, мира, где они все могли бы начать жить заново.
Как и планировал Кришна.
– В новом городе колония рыбаков, знаете, с их гнилостными запахами и всем прочим, могла бы располагаться на расстоянии, – предложила Асмай, лицо которой было скрыто за черной маской в золотой оправе. – Приличные люди жили бы далеко от вони.
– У моей жены постоянно болит от нее голова, – согласился Гобба.
– И мы могли бы объявить чужаков вне закона. Я имею в виду, что Матхура приняла и так достаточно беженцев. – Баритон принадлежал Гаманду. Остальные похлопали ему в знак согласия.
– Абсолютно верно, сенатор. Из-за засорения Третьей Сестры ездить по улицам становится все сложнее. Я не смог продать отличный участок земли из-за захватчиков, которые появились вокруг него. – Акрур вскинул кубок: рука его дрожала, а пролитое вино струйками стекало по коже.
– Да! Новый город, где земля была бы только для нас, сенаторов, и дворян, скажем так, независимо от касты – это было бы чудесно! – вмешался Марамар. – Если они достаточно заплатят, конечно. – Он подмигнул, ни к кому конкретно не обращаясь.
– И главное, никаких млеччха! – категорично заявил Гобба.
– О да, никаких млеччха! Ненавижу их бледную кожу. Но намины нужны, ибо кто еще будет проводить ритуальное освящение города? И нельзя защитить город без кшарьев, и вы, конечно, можете ненавидеть драхм…
– Эй! – возмутился Хириам, законописец, который предположительно был драхмой, но определить его касту было сложно, поскольку отметина на шее была удалена.
Марамар миролюбиво вскинул руку:
– Драхмы тоже важны. В отличие от рештов, конечно.
Вот тебе и равенство, – подумал Кришна.
Шепотки шелестели среди сенаторов, как снующие рептилии. Ходили слухи, что и сам Кришна был рештом, хотя, конечно, никто не осмеливался это подтвердить. В деревне, откуда пришел Кришна, не велось записей. В любом случае теперь, когда его усыновили, все эти возможные недостатки были скрыты.
– Нет, нет, без рештов вся система рухнет. Кто будет ухаживать за лошадьми, чистить канавы, вывозить мертвых из города? – практично заметил Хариванш, выпивший меньше видарбханского вина, чем другие.
– Нет! – резко кашлянул Уграсен. – Новая Матхура должна быть открыта для всех! Мы основали Республику именно по таким правилам!
Республика Матхура, стремясь показать свою открытость для инвестиций и стремление к процветанию, преодолела межкастовые барьеры, касающиеся профессий. Это значительно помогло сенаторам, учитывая, что большинство из них состояло из наминов и драхм, то есть из тех классов, которые считались непригодными для управления. Теоретически сын подметальщика теперь мог стать фермером, а сын фермера – солдатом. Конечно, в реальной жизни это случалось редко, но зато с шеи каждого матхуранца был удален кастовый знак. Как и желал Кришна.
– Ах да, да… – хором воскликнули сенаторы, возможно, вспомнив, что лишь маски скрывали их алчность.
Наконец заговорил Кришна.
– Я считаю, – сказал он, кивнув на самых корыстных сенаторов, – что новый город должен зарезервировать лучшие участки для самых достойных.
И столько людей закричало «Да!», что это казалось почти срежиссированным. За этим последовала весьма многозначительная пауза, поскольку собравшиеся сенаторы мысленно делили людей, которых они знали, на достойных и недостойных, отнеся себя, разумеется, к первым. Кришна с довольной улыбкой на лице наблюдал, как во время обсуждения достоинств переезда в новый город его план разворачивается, подобно свитку.
– Это было бы справедливо, – медленно сказал Акрур, – но я не думаю, что новый город должен появиться лишь потому, что жену господина Гобы беспокоит запах рыбы. Без обид.
– Я согласен с господином Акруром. – Сатвадхан громко отхлебнул из кубка, а затем продолжил: – Строительство нового города займет много времени и денег. Да и где мы его построим? Где мы найдем Стены, подобные Трем Сестрам? Не забывайте, что император будет преследовать нас, куда бы мы ни направились.
Сенаторы шумно согласились.
– Матхура расположена весьма предусмотрительно; и, несомненно, она благословлена Богами. Матушка Ями нежно гладит нас сзади, торговые пути встречаются у нашей двери. Это обеспечивает хорошую жизнь. Если б не эта проклятая война… – высокопарно сказал Ванис. Кто бы ни убирал у него с шеи метку намина, сделал он это отвратительно.
– Согласен, сенатор, – согласился глава Сената. – Воистину, добрый народ Республики сокрушен под пятой тирана, и эта война медленно уничтожает нас. Но куда мы можем пойти? Матхура разорена. Ее обширные территории пропали. Якша опалил наши души своим варварством…
– И отравил наши колодцы!
– И ограбил наши караваны!
– И сжег наши сельскохозяйственные угодья!
– Если бы только из ниоткуда появился волшебный город… – в голосе Сатьяки звучала меланхоличная тоска юности. Этот молодой сенатор от Вришни Сангха был назначен благодаря Кришне, чья щедрость не знала равных, когда дело доходило до взяток.
Дела шли хорошо. При всей их самовлюбленной глупости были и те, кто был достаточно вдохновлен, чтобы сделать предложение, которого так ждал Кришна. И ждать долго не пришлось.
– А как насчет этого города, этого места? – внезапно сказал Марамар. Остров сиял ослепительным радушием – от чуждых огней башен вайкуншарда до змееподобных каналов, огромных обсидиановых волнорезов и плавучих барж. – Господин Кришна сказал нам, что здесь никто не живет. Мы могли бы забрать его.
– Да! – Асмай вскинула руку. – Я тоже задавалась этим вопросом. Он выглядит заброшенным. А голубые огни такие красивые… Это что, новый вид факела, который изобрели наши ачарьи, господин Кришна?
– Что-то в этом роде, госпожа Асмай.
– Если море судоходно, мы могли бы заново проложить торговые пути, – вмешался Гобба. Он неуклюже покачивался, пытаясь удержаться на ногах. – Это связало бы нас с Дальним Западом, египтянами и другими землями млеччха.
– Они действительно любят наши специи и холсты, господин Гобба, – добавил Гаурагрива, лапая девку, наполняющую его чашку.
– И наши боеприпасы, – под одобрительные возгласы добавил Марамар. – Бегунов и, конечно, ревунов. Никто не делает боеприпасы лучше, чем Матхура.
Кришна вознес безмолвную молитву случайно услышавшему его Богу – не важно, какому.
Он был прав, считая их достаточно алчными. Рано или поздно их податливый разум привел их именно туда, куда хотел Кришна.
– Действительно, благородная идея,
