— В отличии от меня, твои бедра не нужно измерять по утрам.
— Это можно исправить, — говорит он. — Ты будешь есть этот, чёртов торт, если я измерю свои бедра?
— И свою задницу, — говорю я.
— Ты хочешь знать размер моей задницы? — его бровь поднимается.
— Ага.
— Ешь торт.
Теперь я ещё сильнее улыбаюсь не сколько от влечения к Йену, сколько от данного воспоминания.
Я качаю головой, глядя на Йена: — Только размер твоего зада.
Он ухмыляется: — Я рассказываю об этом только девушкам, которые мне нравятся.
— Чёрт, — говорю я. Чувствую, как ком образуется у меня в животе. Мы флиртуем. Я не хочу портить воспоминание с Райком, продолжая шутить на эту же тему с Йеном. Меня начинает подташнивать от своих же мыслей. Может быть это из-за фрукта или батончика? Но у нас все может сложиться с Йеном. Он может стать моим номером семь. Этого же хотел Райк, верно? Хватит держаться за мысли о том, что же могло бы быть. Отпусти Райка и своё прошлое.
Йен рассматривает меня с беззаботной улыбкой.
— Не хочешь встретиться позже? — спрашивает парень.
Кажется, комментарий насчёт его зада был бóльшим сигналом, чем я думала. Райк никогда не обращал внимания на флирт в наших разговорах. Иногда я забываю, что не все такие как Райк. Большинство парней будут давить дальше, не останавливаясь. Они хотят секса. Во всех проявлениях. А не просто пошлые разговорчики. Может быть, это и хорошо. Хотя сейчас мне так не кажется.
Но я думаю о том, что после показа мне придется поздно вернуться в номер. На балконных дверях нет замков, так что тому, кто захочет пробраться, будет легко разбить стекло или открыть дверь снаружи. В первую ночь я не могла уснуть, потому что все время пялилась на эту дверь. Может быть, присутствие Йена поможет мне успокоиться… а может быть секс поможет мне заснуть без снотворного. Прежде я этого не пробовала, но я и не хотела использовать секс как средство, чтобы потом уснуть.
Не хотелось бы иметь такие же проблемы, как у Лили.
Однако это звучит как решение моей проблемы. Значит, я могу дать Йену свой номер телефона. Но я также не хочу, чтобы кто-то знал номер моей комнаты в гостинице, но с другой стороны, это не навредит, если я дам его Йену.
Кажется, другого выбора у меня нет. В данной ситуации есть как положительные, так и отрицательные стороны. И мне нужно просто выбрать.
— Не подскажешь, где я могу найти этот лесной народ? — спрашивает Йен, помахивая пустой оберткой от мюсли.
Это вызывает у меня улыбку. Он не так уж плох.
Кажется, я только что приняла решение.
13. Дэйзи Кэллоуэй
К тому моменту, как я вернулась в свой номер, было уже два часа ночи. Я успеваю только умыться и причесать свои волосы, прежде чем Йен стучит в дверь.
Чтобы убедиться, что это точно он, я смотрю в глазок. Даже через дверь я чувствую его парфюм, парень одет обычно — в джинсы и голубую футболку. Я продолжаю смотреть в глазок, по многим причинам сомневаясь открывать ли дверь. Йен стучит опять. Я вздрагиваю от сильного стука. Ты можешь это сделать.
Я открываю дверь, и Йен сразу же начинает улыбаться, когда видит меня в джинсовых шортах и мешковатом свитере.
— Мило, — говорит он, указывая на слова на моей груди: «Булимия была в моде в '87».
Он даже понимает отсылку на фильм «Смертельное влечение». Может он подходит мне?
— Добро пожаловать в мою обитель, — я приглашаю его в номер. У меня не было времени еще распаковать вещи, так что в моей комнате бардака нет. Мой чемодан стоит у телевизора, все еще нераскрытый. Гостиничный номер с позолоченными стенами и красными покрывалами на кровати выглядит намного чище и эстетичнее, чем любой уголок в моей квартире в Филадельфии.
— Комната тоже милая, — говорит он.
— Да, крутая.
Йен проходит дальше, направляясь к балконной двери. Я потратила много времени, чтобы ее запереть и зашторить золотые занавески. Как только парень двигается, чтобы их открыть, мое сердце начинает еще сильнее биться. Я слышу щелчок замка, и Йен открывает стеклянную дверь, чтобы пройти на балкон и полюбоваться видом на город.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Твою мать, — говорит он так громко, что его слышно в комнате. — У меня вид на парковку. Это…
Я его уже не слушаю и сосредоточиваю своё внимание на безопасности себя и Йена — и закрываю каждый замок на двери. Я даже смотрю в глазок на всякий случай. В коридоре никого. Хорошо.
Затем я сажусь на кровать в ожидании Йена. Я не хочу привлекать папарацци, если они находятся на улице. Если они заметят меня на балконе, они с легкостью могут посчитать на каком этаже и в каком номере я нахожусь.
— Да, вид, действительно прекрасный.
Йен заходит обратно в комнату, но оставляет дверь открытой.
— Ты можешь закрыть дверь? — спрашиваю я, стараясь не казаться каким-то параноиком. Я слегка ему улыбаюсь. — На улице немного прохладно.
— Конечно, — он закрывает дверь и занавешивает шторы. Но не закрывает на замок. Мне придется запереть балкон после того, как он уйдет. А что если не уйдет? Что если мы займемся сексом? Тогда я закрою балкон, когда он уснет. Не волнуйся.
Я присаживаюсь на край кровати и скрещиваю ноги, гадая, о чем же думает Йен и чем он хочет заняться прямо сейчас. Он осматривает меня ещё более голодным взглядом. Его глаза осматривают мои ноги, затем поднимаются выше и останавливаются на месте между бедрами.
Он засовывает руку в карман. Там презерватив, думаю я. Но он вытаскивает пакетик с белым порошком.
— Ты выглядела немного уставшей утром. Хочешь подзарядиться? — он направляется к комоду и начинает разделять порошок в две линии.
— Нет, — отвечаю я. — Я уже выпила достаточно энергетических напитков и таблеток для похудения. Не думаю, что стоит мешать их с кокаином.
Я выпрямляю ноги, затем встаю и нервно подхожу к парню.
— Я так и думал, что ты на чем-то, — сказал он. — Ты все утро вертелась на стуле.
— Я становлюсь беспокойной только, если я смешиваю «Ripped Fuel» с кофе. В остальном, это просто таблетки для похудения.
Таблетки заменяют инъекцию эндорфинов, и после них мой организм вырабатывает столько энергии, что прибегать к употреблению кокаина или других запрещенных препаратов нет необходимости.
— Ну, тогда я помогу тебе успокоиться, — говорит Йен, дотрагиваясь до моего плеча. Как раз то, чего я хотела. Если закрыть глаза на кокс, может быть я стала выбирать мужчин получше.
Свободной рукой он скручивает долларовую купюру и вдыхает через нее обе дорожки. Он вытирает нос, затем поворачивается ко мне, его взгляд опускается на мои губы. Йен направляет меня к кровати, мои ноги касаются матраса, а сердце начинает ускоренно биться.
— Ты очень красивая, Дэйзи, — говорит он мне. И затем прижимает свои губы к моим, и не успеваю я опомниться, как он сразу проникает языком глубже мне в рот. Не так уж и плохо. Я стараюсь не хватать ртом воздух, но его рот атакует чуть ли не половину моего лица, и слюни парня стекают на мой подбородок.
Я ненавижу целоваться.
Всем сердцем.
Я начинаю стягивать с Йена футболку, тем самым отвлекая его от своих губ. На его лице появляется кривая ухмылка, а его зрачки теперь сужены до точки. Я ожидаю, что Йен сейчас положит меня на кровать и прижмётся к моему телу всем весом. От данного образа мои щёки краснеют.
Но вместо этого, парень сам ложится на кровать и притягивает меня к себе таким образом, что я оказываюсь в идеальной позе наездницы.
После всех маневров он кладет руки под голову, расслабляясь. Может быть, нам действительно стоит пропустить всю эту неловкую прелюдию. Я пропускала ее также с номером три и четыре, тем самым избавив себя от часа дискомфорта. Но в чем тогда смысл во всем этом действе, если оно закончится так быстро, а потом парень просто уйдет? Я хотела, чтобы он остался на ночь, разве нет?
