дружков, которые держались друг за друга горой. Приходилось терпеть, спорить и объяснять простые истины, очевидные, по мнению Кейтлетт, настолько, что их понял бы даже младенец:
― Вы, наверное, уже забыли, герой Кентенберга, что треть нашей армии сейчас разбросана по округе и пытается найти армию Рора. Тогда как он, очевидно, держит свои силы собранными в кулак и только и ждёт нашего необдуманного нападения.
Пока Ноа это говорила, её внимание привлекла одна из точек на карте. Небольшой городишко, один из немногих, который вообще располагался на территории Игр, подпёртый с одной стороны озером, переходящим в болота, а с другой лесом, который упирался в речку. Если она отойдёт за эту преграду, то получит весьма выгодную опору для обороны.
Прежде чем принять окончательное решение, Кейтлетт, невзирая на недовольство своих офицеров, решила обратиться за советом к Альту:
— Что помешает Рору повернуть на север?
— Опасение того, что мы ударим ему в тыл или возьмём в тиски, — потратив на размышления не больше пары секунды, выдал адъютант, загибая пальцы. — Нежелание предоставлять нам возможность для сосредоточения сил. Риск быть отрезанным от снабжения.
Ноа Кейтлетт обвела взглядом триумфатора всех собравшихся. Никто, даже она сама этого всего не посчитала, лишь отдельные варианты.
«И Шинку будет ей ещё выговаривать за него?» — задумалась командующая на мгновение.
— Итак, мы идём на юг, — резюмировала она холодно и бросила взгляд в сторону герцога. — Возражения не принимаются. Все свободны.
«Хорошо, Рейланд, торжествуй, ты перехитрил меня. Тофхельм силён в защите, и тебе придётся сломать голову, думая над тем, как эту защиту прорвать!» — размышляла Ноа не без злорадства.
Она пригляделась к карте и едва заметно усмехнулась. Пускай инициатива осталась не за ней. Пускай газеты, всегда скорые на выводы, напишут пару статеек. Не велика потеря. Однако теперь Ноа сможет сидеть, готовиться и ждать, пока этот язвительный нахал сам придёт к ней в ловушку. У неё даже волосы наэлектризовались от предвкушения сладкой мести.
Денёк у Альта выдался ужасным: командующая постоянно гоняла его то туда, то сюда с различными распоряжениями, уточнениями, пояснениями к уточнениями и прочей очень любимой ею бюрократией. Любила она её в первую и главную очередь потому, что подчинённые в таком случае не могли отвертеться от ответственности — все бумаги дублировались в архив.
Лишь когда солнце село, а войска заняли новые позиции, адъютант облегчённо выдохнул — отдавать приказы спящим людям было бессмысленно, и это знала даже неугомонная Ноа Кейтлетт.
У Альта оставалось последнее, но очень важное дело — сходить на кухню и раздобыть себе еды. Чем он, выслушав очередную порцию причитаний командующей по поводу его медлительности, неторопливо занялся.
Возле входа в святая святых любой армии, путь ему преградил странный донельзя человек. Его странность состояла в одежде. Увидеть после поспешного марша новенькую, чистенькую офицерскую форму вкупе с пачкой медалей и иных наград было по меньшей мере неожиданно. Особенно в районе кухни. Абсолютное большинство подчинённых Ноа из числа офицеров вряд ли даже знали, где та расположена — это была не их забота.
— Эм, простите, — подал голос адъютант, привлекая к себе внимание.
Незнакомец повернулся в его сторону, окинул взглядом весьма диковинных, рыже-золотых глаз, после чего сделал вид, что зашёл куда-то не туда и поспешно удалился. Последнее было проделано настолько быстро и ловко, что Альт, даже будь у него такое желание, ничего не успел предпринять.
«Странно это всё», — подумал адъютант и как можно быстрее выкинул происшествие из головы, сосредоточившись на главном и единственно важном — вопросе своего пропитания.
Грязная голова в окружении безумцев и спорщиков
Шёл к концу второй день моего пребывания в теле Рейланда Рора. Я неплохо освоился в новой роли и теперь по большей части хотя бы не опасался того, что ляпну какую-то чушь, которая вызовет лишние вопросы. А даже если и ляпну, то всегда смогу выкрутиться без риска встретиться с раскалённой кочергой. Правда, и времени думать над каждым словом стало куда меньше.
В основном последний день мне пришлось заниматься тем, чтобы не утонуть в трясине и не позволить совершить то же самое остальной армии.
Не сказать, что мне не понравились эти болота. Нет, конечно, перспектива утонуть в жиже до боли запахом и консистенцией напоминающей кофе Миюми не из лучших, но было в топях что-то притягательное. И в прямом, и в переносном смысле. Как оказалось, смотреть на то, как граф Леон Сайрас всеми силами пытался высвободить сапоги из трясины, одновременно стараясь не перемазаться целиком в грязи, можно было вечно.
Армия выбралась из болот заляпанная по самые ноздри, но очень собой довольная. Выглядели и пахли они словно группа мальчишек, которым тайком от мамы удалось изваляться в луже, только выбравшись из дома в новой одежде.
Если верить докладам Ресса, то мы успешно обошли армию «лунных» и сейчас были от них в паре километров. Кроме того разведчик доложил, что Ноа зачем-то ещё и рассредоточила часть своих сил по окружающим территориям, словно что-то потеряла.
Я знал, что именно, и мне это льстило. Вроде небольшой, но мой первый успех на поприще командования. Хотя всё сводилось к тому, что я просто принимал решения, которые никто другой в здравом уме принимать не стал бы. Даже сам Рейланд — он бы в эти болота не полез, предпочёл бы рискнуть, переправиться в поля и там давать сражение.
Здесь мне даже играла на руку личность моего альтер-эго. Точнее то, что от него ожидали.
Разумеется, сама собой напрашивалась идея дать бой — противник был в очень невыгодном положении, только для этого неплохо было бы, чтобы войска могли поразить врагов чем-то кроме своего ужасающего внешнего вида из коллекции «я-водяной» и мерзким запахом.
Солдаты после суточного марша были вымотаны, а вот «лунные» вполне свежи, собраны и готовы к бою, хоть и с превосходящим по силам противником.
Голос Эльта, прервавший мои размышления, показывал, что в этом со мной согласны не только лишь все. Штаб я собрал по случаю преодоления болот, но и заодно, чтобы решить, что делать дальше. Точнее огласить мой вариант этих самых действий.
― Нужно наступать! Возьмём их ещё тёпленькими! — в предвкушении вещал капитан.
Он был больше похож на ожившую кочку, но это ничуть не снижало его боевой дух. К счастью, судя по полным скептицизма лицам, так считал только он один.
Граф Сайрас, который до сих пор судорожно выковыривал из своих одежд грязь, бросил на меня обеспокоенный
