и состоит смысл сообщества: общая нужда и общее благо, сила его членов, добрая рука помощи, способность работать вместе, чтобы достичь новых высот для всех, расширение горизонтов для себя и своей семьи, обогащение самой жизни.
О, многие не согласятся со мной, те, кто рассматривает ответственность перед обществом, будь то необходимость пожертвовать немного еды, денег или времени, как нечто чересчур обременительное или посягающее на их личную свободу... Полагаю, слишком часто личные устремления и алчность таятся за ширмой самых прекрасных слов.
Для таких я могу лишь повторить, что в конечном счете они теряют больше, чем выиграют. Что проку в вашем золоте, если друзья не помогут вам подняться, когда вы упадете?
Долго ли будет жить память о вас после вашей смерти?
Потому что, по существу, это единственное мерило. В конце, когда мерцающий огонек жизни угаснет, все, что останется, — это память. Богатство, по этой последней мерке, определяется не количеством золотых монет, но числом людей, любивших вас, слезами скорбящих о вашем уходе и теплыми воспоминаниями тех, кто продолжает славить вашу жизнь.
Дзирт До’Урден
Глава 7. Сынок Арр Арра
Год Третьего цикла
(1472 по летоисчислению Долин)
Твердыня Фелбарр
Мургатройд Бакенбарды Котлетой Каменный Молот вздохнул и с такой силой дернул себя за густую черную бороду, что на его ручище заиграли мускулы. Он скрипнул зубами и дернул еще раз.
Жест был привычным для старого воина, и в самом деле очень старого, — старейшего дворфа в твердыне Фелбарр, насколько можно было судить. Бакенбарды Котлетой прожил богатую приключениями жизнь, воевал с королем Эмерусом против Обальда и орков и даже находился в Мифрил Халле, когда состоялось легендарное возвращение короля Бренора на поле боя, чтобы встретить атакующие орды Обальда в долине, именуемой Долиной Хранителя, у западных ворот крепости. Однако ни в одном из сражений Каменный Молот не снискал особой славы, и его величайшим достижением, похоже, стало долголетие.
Конечно, среди обитателей твердыни Фелбарр его уважали, никто не спорит, но это новое дело, которое ему поручили...
Бакенбарды Котлетой служил теперь тренером: занятие весьма почтенное и уважаемое, если не считать того, что его учениками были дети. Старшим из его теперешних воспитанников было по двенадцать лет, и эти старшие, вверенные его попечению, неизменно оказывались худшими бойцами в своей возрастной группе.
— Сынок Арр Арра не слишком-то впечатляет, — заметил Роки Боевой Венец, кузен короля в третьем поколении.
Старый Каменный Молот и хотел бы поспорить, но ему оставалось лишь вздохнуть и снова дернуть себя за бороду, поскольку напротив них маленький Арр Арр, которому только что исполнилось девять, вел бой с пареньком из клана Аргут, подающим надежды и крупным десятилеткой.
Бриун Аргут выбросил щит вперед и влево, оттеснив юного Арр Арра на шаг. Не теряя темпа, без всяких колебаний, Бриун прыгнул вперед, развернулся и стремительно нанес яростный поперечный удар своим оружием — деревянным топором.
Арр Арр увернулся — еле-еле! — и, споткнувшись, отступил на несколько шагов. Бриун Аргут наседал, нанося сильные рубящие удары, заставлявшие младшего соперника все время терять равновесие.
— Он на голову выше Малыша Арр Арра, — заметил Бакенбарды Котлетой, но Роки лишь фыркнул, показав, насколько смехотворно это оправдание.
— Ну да, и на год старше, — сказал Роки. — Думаешь, дело в этом?
Озабоченность в его голосе сильно задела Бакенбарды Котлетой, поскольку за этим мальчишкой, известным всем в твердыне Фелбарр как Малыш Арр Арр, наблюдало множество глаз. Ибо всегда, насколько можно было вспомнить, Круглые Щиты служили начальниками стражи твердыни, в этом состояла гордая традиция бесстрашных воинов и преданных слуг династии Боевого Венца. Реджинальд Круглый Щит, отец Арр Арра, был одним из наиболее популярных и уважаемых дворфов твердыни вплоть до самой своей гибели от рук мерзких орков, когда Малыш Арр Арр только-только начинал ходить.
Все в Фелбарре желали Малышу Арр Арру успеха, желали поддержать традицию отца и предков. В конце концов, на кону стояла безопасность клана, надежность, зависящая от преемственности поколений, ведь он был сыном сына сына сына капитана.
Но Малыш Арр Арр не подавал особых надежд, и даже сам король Эмерус отметил это во время последнего визита на тренировочную площадку к Бакенбардам Котлетой.
Роки Боевой Венец шумно втянул в себя воздух, когда щит Малыша Арр Арра в самый последний момент взлетел кверху, чтобы отразить удар топора, который наверняка оглушил бы ребенка.
Бакенбарды Котлетой тоже вздрогнул, но быстро опомнился. Его многоопытный взгляд подметил нечто такое, чего не замечал прежде, и интуиция подсказывала ему совсем иное, нежели говорили глаза.
***
Юный Реджинальд боролся с искушением вонзить острие своего деревянного топора в незащищенную подмышку Бриуна Аргута.
«Как отреагировал бы девятилетний дворф?» — спрашивал себя Бренор. Неуклюжесть атак — и не только Бриуна, он еще был весьма грозным бойцом по сравнению с остальными в этом классе — постоянно усыпляла бдительность старого короля дворфов в юном теле.
Но в конце концов, они бывали на тренировочной площадке всего лишь раз в десять дней, и это только примитивные начальные тренировки. Задачей Мургатройда Каменного Молота было просто дать юным дворфам почувствовать, каково это — наносить и получать удары, впервые попробовать уход перекатом, рубящий удар и работу щитом, да и любой другой из тех кирпичиков, которыми вымощен прямой путь к дворфскому боевому искусству.
Для Бренора, однако, сколько бы он ни напоминал себе об этом, само занятие представлялось до отупения простым. Он уже вполне привык к своему новому телу, данному ему на многие годы.
Бриун Аргут прыгнул вперед и нанес мощный рубящий удар сверху, который, впрочем, не мог достичь цели. Бренор видел это и знал обманное движение для последующего удара щитом.
Он начал двигаться одновременно с Бриуном, хитроумно замаскировав свой финт под скольжение и потерю равновесия. Когда Бриун ринулся в атаку, Малыш Арр Арр «упал» вперед-вбок, спрятав голову за поднятым щитом, и перекатился за спину набегающему противнику.
Он удержался от соблазна поддеть пролетающую мимо ногу Бриуна и заставить парнишку растянуться на полу. В конце концов Бриун нравился Бренору, который считал его перспективным молодым бойцом и совершенно не хотел ставить его в неловкое положение.
***
— Ха, здорово он запутался в собственных ногах, да? — заметил Роки Боевой Венец. — Иначе, уж будь уверен, парнишка Аргут раскатал бы его в блин! — Роки рассмеялся, видимо представив себе эту картину, поскольку раскатать в блин бойца
