— Будь ты проклят! — зарычал он. — Мне следовало тебя убить еще тогда, когда ты начал увиваться вокруг моей матери, вынюхивая, чем можно поживиться.
— Ну а как насчет того, чтобы сделать это сейчас? — совершенно спокойным тоном произнес Джесс.
Трэвис рванулся вперед, но наткнулся на кулак противника. Голова его откинулась назад, он рухнул на спину и, окончательно обезумев, потянулся к оружию. Его опередил один из спешившихся всадников. Он прижал ногой к земле руку Трэвиса и выхватил пистолет из его кобуры.
Трэвис медленно поднялся на ноги. Из его разбитых губ по подбородку стекала кровь. Глаза пылали ненавистью.
— Сволочь! Сукин сын!
Опущенные руки Трэвиса нервно подрагивали. Он метал злые взгляды то на Джесса, то на мать, которая замерла, прижав ко рту руку в серой перчатке.
— Джесс, пожалуйста, — взмолилась она.
Но огромный управляющий решительно двинулся вперед и резко ударил Трэвиса ладонью по одной щеке, и тут же, не разворачивая руку, по другой.
— Забирайся на свою лошадь! И радуйся тому, что я до смерти тебя не забил.
Трэвис, пошатываясь, попятился к коню. Ухватившись рукой за луку седла, он, не сводя глаз с Джесса, стал нащупывать ногой стремя.
— Как ты мог, Джесс? — воскликнула, заламывая руки, Эллен. — Как ты мог ударить его на виду у…
Джесс взглядом заставил ее замолчать, затем нежно взял под руку и усадил в двуколку. Подошедшую к ним Саммер немного удивило, что гостья как ни в чем не бывало улыбнулась и протянула ей руку.
— Мне искренне жаль, что наш визит закончился этой выходкой. Прости их, пожалуйста. Мужчины на Западе так вспыльчивы и грубы. Тебе, к сожалению, еще не раз придется убедиться в этом. Трэвис любит поддразнивать, а Джесс принимает все слишком близко к сердцу. Через несколько дней все забудется. — Она нервно засмеялась. — Ты приедешь к нам погостить? — Саммер кивнула. — И я скоро приеду навестить тебя еще раз. Очень скоро.
Джесс взобрался на двуколку и взял в руки поводья. Эллен на прощание помахала носовым платочком. Трэвис пришпорил коня, и повозка исчезла в клубах пыли. Сопровождающие последовали за ней.
Саммер и Сэди наблюдали за отъездом гостей молча. Сцена, свидетелями которой они только что стали, ошеломила обеих. Саммер была совершенно шокирована. Как мог Трэвис походя бросать такие оскорбления? А какую жестокость проявил Джесс! Казалось, что это был какой-то дурной сон.
Тишину неожиданно нарушил Джон Остин.
— Почему он назвал мистера Фарстона сыном шлюхи? Что он имел в виду, Саммер? А мистер Фарс-тон почему так рассвирепел?
— Никогда больше не произноси это слово! — набросилась на него сестра. — Ты понял меня, Джон Остин Кайкендал? Не смей повторять это гадкое слово!
— Я просто хотел узнать…
— Если и хочется знать такие вещи, то лучше помолчать об этом! — взорвалась Саммер.
— Почему ты такая злая сегодня? Ты ведь почти никогда не сердилась раньше.
Саммер смутилась. Ей действительно стало стыдно за неумение сдерживать свои чувства. Очевидно, виной тому слишком быстрая смена впечатлений, обрушившихся на нее за последние сутки. Сначала после встречи со Слейтером у нее сложилось некоторое предубеждение к гостям. Затем Эллен удалось рассеять его. Но почти тут же Джесс и Трэвис своей выходкой вернули прежние подозрения. Впрочем, брат в этом совершенно не виноват.
— Извини меня, Джон Остин, — притянула она его к себе. — Прошу у тебя прощения.
— Ничего страшного, Саммер. Мне кажется, что я и сам уже догадался, что это означает, — усмехнулся мальчик.
Саммер ужаснулась, но виду не подала.
— Иди-ка лучше позавтракай, — сказала она и пошла в дом.
Сев за покрытый клеенкой стол, она подперла подбородок ладонями и задумалась. На душе было грустно и тоскливо.
— Тебе не бывает здесь одиноко, Сэди? — неожиданно спросила она подругу.
— Одиноко? Мне? Что ты! Здесь так здорово! — Появившаяся было улыбка, однако, тут же сошла с лица. — Почему ты спрашиваешь? Разве тебе самой здесь не нравится? — В голосе зазвучали нотки тревоги.
— Конечно, нравится. Это же мой дом. — Произнеся это, Саммер заметила тень беспокойства, мелькнувшую на лице подруги. — И вы с Мэри можете жить здесь столько, сколько захотите.
В зеленых глазах Сэди блеснули слезы. Она с трудом проглотила подступивший к горлу комок.
— Я буду помогать тебе, обещаю…
— Ты и так уже помогаешь мне вовсю, Сэди. Тем более что готовишь ты намного лучше, чем я, — произнесла Саммер, вставая из-за стола.
Засиявшее лицо Сэди не оставляло сомнений в том, что она Польщена похвалой.
— Я люблю заниматься домашними делами. — Она кокетливо поправила фартук.
Саммер подошла к окну, чтобы посмотреть, чем занимается Джон Остин. Не выпускать его надолго из вида стало постоянной привычкой. Мальчик сидел на корточках в самой пыли, теребя в руках острую палочку. Вот кому, наверное, действительно одиноко. Помрачнев, Саммер опять повернулась к Сэди.
— Миссис Маклин почти не обращала внимания на Джона Остина, — произнесла она, как бы разговаривая сама с собой. — А как ты считаешь, она красивая?
— Да. Она, безусловно, красива, — ответила Сэди, отворачиваясь.
— А из-за Мэри мистер Фарстон, похоже, попал в настоящий переплет. — Саммер решила немного подразнить подругу.
— Никто не собирается отбирать его у нее, — тут же ответила Сэди, делая ударение на последнем слове и встряхивая головой.
Вызов, прозвучавший в этих словах, заставил Саммер слегка улыбнуться. Ей все больше нравилась ее симпатичная подруга с бронзовыми кудряшками и зелеными глазами. И особенно привлекали в ней задор и неунывающий характер.
— А что ты скажешь о самом мистере Фарстоне?
— То, что он по крайней мере лучше, чем Трэвис Маклин.
Лица Сэди Саммер не видела, но по напряжению в голосе при упоминании Трэвиса догадалась, что та не на шутку рассержена на него. Это показалось странным. Но прежде чем она успела что-то спросить, снова заговорила Сэди:
— Вообще не хочу говорить о них. Эта миссис Маклин смотрит на меня как на грязь.
— Ты ее совсем не знаешь, Сэди. Она славная. Просто всякий раз, когда мы к тебе подходили, ты куда-то убегала. А она очень хорошая.
Продолжению разговора домешала сидевшая на руках матери Мэри. Она неожиданно вывернулась и побежала к двери.
— Ты куда? Нельзя без платья! — бросилась за дочкой Сэди. — Ну что мне с тобой делать? Тебе не стыдно? — Она усадила девочку на койку и повернулась к Саммер. — Думаю, нам пора заняться, огородом. Сейчас самая подходящая для этого фаза луны. Моя мама всегда в это время сажала репу и другие корнеплоды. Они начинают расти вместе с прибавлением месяца.
