последний бой, поглощенные пламенем, которое больше некому было сдерживать. Они доказали свое превосходство, но противник охотился не за ними. По пути к площади, на которой схлестнулись Лассаэр и демон, выглядящий как обычный человек, Агнолия старалась разглядеть лицо каждого солдата, чтобы запомнить его и выказать уважение их подвигам. Армия, которую она взрастила своими руками, была уничтожена, а судьба ее Архонта была неизвестна. Когда девушка добралась до места, где в последний раз видела своего господина, она встретила там Лассаэра. Эльф изучал кусок карты, лежавший на земле и проткнутый мечом Ареса.
Агнолию переполняли противоречивые чувства, но она и мысли не допустила, что Лассаэр Флам был ее врагом. Девушка молча подошла к солдату и взглянула на бумагу, на которой были отмечены два места и подпись на неизвестном ей языке. Неестественно тихий и казавшийся мертвым ветер мягко трепал их одежды, карту и волосы.
— Что там написано?
– “Приходи, если осмелишься”.
Агнолия немного поразмыслила над словами и быстро прикинула, как далеко от них находятся отмеченные места.
— Можете, пожалуйста, рассказать мне все подробности произошедшего? — её голос оказался мягче, чем она ожидала.
— Конечно. Я… Я… Когда-то я был… — он опустил голову и покачал ей, пытаясь подобрать слова.
— Все равно кто Вы. Я знаю, что Вы на нашей стороне. Арес знает, и я не стану оспаривать его мнение. Но… Ваша сила и этот демон… Вы явно знали друг друга.
— Это Гордыня, один из восьми адских королей. И знали мы друг друга из-за того, что когда-то я был одним из них.
Агнолия ожидала чего-то подобного, но даже озвученные вслух эти слова казались невозможными.
— Когда-то? Можно перестать быть… Не важно. Вы знаете, что стало с Аресом?
— Предполагаю. Вряд ли он мертв, как и Себастиан. Человек использовал силы Первого Архонта, из-за этого взял верх в битве. Вдобавок к этому…
— Простите, что? Первого Архонта? Это, — она пару секунд обдумывала свои слова, — это его тот демон назвал вашим “папочкой”? — она жестко сплюнула, и затем новый вопрос вырвался у нее, — Вы можете перестать называть его “Человеком”? Почему он вообще “Человек”?
— Он первый человек, попавший в ад. И, в отличии от всех демонов, никогда не скрывал этого и даже наоборот. Ему нравится мысль о превосходстве человека над всеми остальными.
— Прошу, продолжайте.
— Первый Архонт — мой господин. Именно его стараниями я здесь. Именно его стараниями я больше не демон, по крайней мере пока он не решит обратного.
— Так он не выдумка? Простите, давайте к насущному: Вы не знаете, что с Аресом?
— Не выдумка. Арес и Себастиан вполне вероятно живы. В отличии от низших демонов, короли все-таки предпочтут сотрудничать друг с другом. Но для их присутствия в этом мире нужно много энергии. Архонты в этом плане могут выступать в роли ее источников.
— То есть если не остановить Короля Гордости, то скоро сюда придут еще такие же?
Лассаэр кивнул. Агнолия, немного приободрившаяся вероятностью того, что Арес жив, увидела реакцию эльфа и насторожилась.
— Может отправимся к Архонту Времени? Эта женщина всегда была номинально главной из них, так что такие известия точно не должны пройти мимо нее.
— Только…
— Не волнуйтесь, Ваши тайны умрут вместе со мной, — успокоила эльфа девушка.
Они проложили маршрут до Шахматного поместья, и Лассаэр предложил заглянуть еще и в Балариэльскую Академию, чтобы по возможности заручиться помощью лесных эльфов через его потомка. Проведя несколько недель в пути, они договорились перейти на “ты”, и даже посмеялись, что оба ставили друг друга выше себя. Агнолия хоть и хотела узнать как можно больше о своем спутнике, его прошлом и Первом Архонте, все же решила воздержаться. В конце концов, эльф не просто так хранил свои секреты.
Прибыв в Академию, Ваэль первым делом посетила своего давнего знакомого, а по совместительству и ректора, Соломона Шульца. Быстро введя его в курс дела, она попросила отвести ее в подземелье Башни мага. Соломон нехотя согласился. По пути ему пришлось потратить множество сил на открытие всяческих замков, сотворенных Паскалем, поскольку Ваэль это все никогда не интересовало, и потому она не была способна правильно их открыть.
— Ох, госпожа, не переживи я Ваших новостей, как бы Вы эти замки открывали?
— Не смейте покидать меня сейчас, Соломон, — с улыбкой ответила ему девушка.
Открыв последний замок, ректор жестом руки предложил даме пройти вперед. Дальше для него путь был закрыт, но не из-за какой-то опасности — просто такой была просьба Паскаля.
Ваэль прошла в сокровищницу Архонта Магии. Испустив благоговейный вздох из-за того, что всего здесь касалась рука ее мужа, Ваэль начала аккуратно переставлять предметы. Если бы кто-то когда-либо пробрался в эту комнату, он бы обязательно польстился на все те сокровища, что наполняли ее. Здесь была собрана внушительная коллекция артефактов самой разной магической силы. Однако они все и гроша не стоили в сравнении с тем, что было внутри самого первого каменного блока, положенного в основу как этой комнаты, так и самой Академии.
Девушка аккуратно взяла меч, висящий на стене, и слегка его подбросила. Приложив усилия, Ваэль смогла заставить время остановиться, и меч так и не сдвинулся с места до тех пор, пока она не пожелала того. После девушка аккуратно прикоснулась к каменному блоку в основании одной из стен и стала вливать в него магическую энергию. Постепенно блок начал покрываться трещинами, пока не раскрошился и рассыпался на мелкие частицы. Из кучки каменной пыли Ваэль достала маленькие песочные часы и, чтобы проверить свои силы на сей раз, аккуратно поставила их на ребро их основания и отпустила, со всей силы сосредоточившись на остановке времени. Медленно, но верно, часы упали на бок. Тяжело выдохнув, Ваэль забрала часы и уже направилась к выходу, когда ее взгляд зацепился за брошь в виде розы ветров, лежавшую среди прочих артефактов.
— Я же просила тебя ее выбросить, — выдохнула Ваэль с улыбкой.
Она подошла к вещице, взяла ее и повертела в руках. Кадры почти трехтысячелетней давности стали проноситься в ее воспоминаниях.
Во времена, когда Архонты только начинали свой путь в этом мире, они не обладали такой властью как сейчас и практически не общались между собой. Паскаль тогда, помимо своих научно-магических изысканий, с огромным удовольствием исследовал этот мир. Ваэль же занималась налаживанием связей и полезных знакомств, способствуя зарождению легенды и власти Архонтов. Она не одобряла его тягу к исследованиям, пытаясь убедить его помочь в её начинании. Но, несмотря на все разногласия, дабы подчеркнуть важность их общения,
