исчислялся тысячелетиями, а за такой период можно научиться в нужный момент смирять самый скверный характер.
А в толпе зевак лишь прибывало. «Сарафанное радио» разносило вести о скором поединке со скоростью лесного пожара весной и очень скоро на храмовой площади образовалось плотное кольцо из зрителей, которое лишь сужалось под напором все прибывающих и прибывающих зрителей. Благо, быстро сориентировавшийся Актеон успел сбегать во дворец за гвардейцами, которые быстро организовали оцепление и навели порядок.
— Господин, прикажете избавиться от черни?
Ко мне подошел седовласый сотник с густыми висячими усами. Я задумался. Соблазн отдать такой приказ был велик… Но все же я решил рискнуть:
— Нет. Проследите лишь, чтобы не лезли под горячую руку.
Сотник поклонился и пошел раздавать приказы.
— Ты готов, маг? — в голосе Афины не было ни грамма эмоций, лишь сосредоточенное спокойствие.
Призвав в левую руку изумрудный щит, по внешней грани которого то и дело пробегали багровые искорки, а в правую — клинок со рвущимся в бой духом голема плоти, я кивнул… И тут же присел, прикрываясь щитом.
Афина метнула копье резко, без разбега. И все равно бросок получился чудовищным по своей силе. Таранный удар в верхнюю половину щита отбросил меня назад, заставив кубарем покатиться по земле. Впрочем, я почти тут же вскочил, встречая бегущую ко мне воительницу, в руке которой сверкало другое копье — точная копия утерянного.
Следующие несколько секунд заставили меня понервничать. Афина оказалась крайне искусна в ближнем бою. Быстра, коварна, непредсказуема и зверски сильна. Любой выпад копья, принимаемый на магический щит, заставлял последний звенеть от напряжения, так что я бросил попытки блокировать удары, стараясь просто отводить их в стороны.
— Ааа… Ооо… — толпа завороженно следила за невиданным зрелищем, остро реагируя на каждый очередной удар Афины, эхом кузнечного молота разносящийся по Храмовой площади.
Эта чертова баба, казалось, не знает, что такое усталость. Копье жалило как заведенное, выискивая брешь в моей обороне, а длина оружия не позволяла мне перейти в наступление.
В какой-то момент я понял, что рано или поздно проиграю. Нельзя сидеть в глухой обороне и надеяться на удачу — она обязательно отвернется именно от тебя. Осознание этого факта заставило мозг работать с удвоенной скоростью.
Подловив момент, я пропустил очередной выпад копья между щитом и своим боком, зашипев от боли, когда острая грань наконечника распорола кожу. Схватил оружие за древко и шагнул ближе, занося меч для удара. Но богиню подобными приемами было не пронять. Приняв удар на свой щит, она отбросила защиту и схватила меня за запястье.
Чувствуя, как трещат готовые оторваться с костей мышцы, я применил Вспышку. Недавно выученное на планах огня заклинание мгновенно вскипятило кровь. Успел увидеть, как округлились глаза Афины и в следующую секунду огненный взрыв, эпицентром которого было мое тело, отбросил воительницу на несколько метров назад.
Позади заорал кто-то из зрителей. Ударная волна врезалась в толпу и люди попадали как доминошные кости, но в данный момент это волновало меня меньше всего. Афина с грохотом ударилась о землю, разворотив свежую брусчатку. Я рванул вперед, понимая, что второго такого шанса может и не быть. Однако вновь недооценил своего противника. Богиня очень быстро отправилась от удара, вскочила на ноги и в последний момент успела призвать новый золотистый щит взамен утраченного, так что сущность в моем клинке лишь яростно заверещала, когда меч отскочил от непреодолимой преграды.
Афина несколькими взмахами короткого прямого клинка разорвала дистанцию и с удивлением осмотрела свою некогда белоснежную, а теперь почерневшую от пламени броню. А когда подняла глаза на меня, то я с удовлетворением увидел в них что-то похожее на настороженность.
— А ты не так прост, смертный. Тем приятнее будет заставить тебя молить о пощаде.
— Слишком много болтаешь.
Воительница вновь пошла в атаку, но уже далеко не так яростно, как в первый раз. Не знаю, почему она вновь не призвала копье, орудуя мечом, тем самым лишив себя преимущества, но драться стало гораздо легче. Ее удары по прежнему были очень сильны и быстры, словно я сражался не с хрупкой девушкой, а здоровенным матерым наемником, однако все их мне удавалось парировать без труда и даже пытаться огрызаться. Будь я проклят, если это не обманный…
Додумать я не успел. Усыплявшая мою бдительность Афина взорвалась стальным вихрем ударов. Выжил я только лишь благодаря бурлившим в крови адреналину и до конца не остывшему пламени Вспышки. Попытался разорвать дистанцию, вырвал из земли два куска породы и одновременно метнул в противницу, но та просто сделала шаг в сторону, уйдя с траектории одного снаряда и легко разрубив второй.
На плече воительницы материализовалась огромная серая сова. Птица тут же взмыла ввысь и уже в воздухе резко взмахнула крыльями. Два десятка стальных острых перьев врезались в выставленную мной зеленоватую полусферу, а парочка пробила защиту. Одно вонзилось в землю в сантиметре от стопы, а вот второе насквозь пробило бедро.
— Ах ты тварь!
Я схватился за рану, судорожно пытаясь сырой магической силой остановить кровь, вот только Афина не собиралась стоять и ждать, пока я оправлюсь от шока. Рванула вперед, занося клинок для удара. Я вновь использовал вспышку, откровенно наплевав на возможные потери среди зевак, однако богиня не собиралась второй раз наступать на те же грабли, прикрывшись мощной защитной сферой, полностью погасившей ударную волну. Но все же остановилась, не сумев сохранить темп.
— Что скажешь, маг? Достаточно с тебя или мне нужно еще больше попортить твою шкуру, чтобы ты попросил пощады?
Эта фригидная сука явно старалась вывести меня из себя, но в данном случае я и не собирался избегать конфронтации. Вытянув руку, я воззвал к сокрытой под брусчаткой земле. Камень вздыбился, когда послушный моей воле грунт начал стремительно трансформироваться, производя на свет внушительного голема. Афина, почуяв угрозу, бросилась вперед, но натолкнулась на полупрозрачную зеленую стену. Не то чтобы ее это надолго остановило — полыхнувший ярким светом клинок вспорол преграду словно ситцевую ткань, но этой заминки вполне хватило, чтобы голем полностью сформировался.
На отвратительном грубом лице вспыхнули два огненных глаза и глиняный воин, выставив вперед руки-клинки, встал между мной и Афиной. А в следующую секунду богиня налетела на моего слугу, намереваясь уничтожить досадное препятствие.
Но не тут-то было. Клинки голема воспламенились и первый же удар высек целый сноп искр почище фейерверка. Однако голем не собирался уходить в оборону. Не чувствующий боли и страха истукан попер вперед словно таран, словно не замечая, как от него отлетает
