Читаем без скачивания Тринадцатый апостол - Ричард и Рейчел Хеллер

Контролерша опустила глаза на нескованные руки Гила и обратила особенное внимание на то, крепко ли его держат под локоть. Держали крепко, что, казалось, рассеяло все ее сомнения.

Сабби принялась закреплять успех:

— Если можете, проводите нас к выходу и организуйте посадку. Мне бы не хотелось пускать в дело наручники. Я сдам вам на выходе свое оружие, и если вы поместите его в ваш спецсейф, то у меня будет возможность получить его обратно, когда мы приземлимся, — добавила Сабби. — Нет нужды упоминать, что у нас нет багажа.

— А разве вы сопровождаете преступников не по двое? — спросила вдруг контролерша.

— Он там, — ответила Сабби, кивнув высокому, хорошо одетому пожилому господину, стоявшему в начале очереди.

В ответ на ее улыбку тот кивнул ей, упрочив обман.

— Ладно, ваш напарник, похоже, разъяснит все моему боссу, — бросила через плечо охранница, направляясь к выходу на летное поле.

— Боюсь, мы не сумеем этого сделать, — чуть виновато сказала Сабби. — У нас только шестнадцать часов, чтобы доставить его в Штаты, прежде чем истечет срок действия нашего ордера на экстрадицию.

— Ладно, думаю, все в порядке, раз вы собираетесь сдать оружие.

Казалось, полностью удовлетворенная маленькая кругленькая контролерша покатилась вперед, прокладывая дорогу для своего самого важного в этот день клиента. Гил и Сабби были посажены на борт без проволочек.

— Видишь? И никаких проблем, — довольным тоном сказала Сабби. — Если бы мы попытались провезти оружие в Израиль, тогда другое дело, а вывезти его из Израиля никаких проблем. Кроме того, на них всегда производят чертовское впечатление иностранцы, знакомые с их Лотар.

— Я не знаком с Лотар, — пожаловался Гил. — Что это, к дьяволу, такое?

— Боевое искусство израильтян. Основано на самых простейших и самых эффективных инстинктах самосохранения, — объяснила она. — Я и не сказала, что ты знаком с ним. Это ведь я — агент американской национальной безопасности, помнишь?

— Но на карточке мое имя, — громко прошептал Гил. — Ты хочешь, чтобы нас обоих арестовали как террористов!

— Они никогда в таких случаях не смотрят на имена. Карточка агента национальной безопасности с официальной печатью проведет тебя почти через все блок-посты.

— Я это запомню на тот случай, если мне понадобится угнать самолет или пробраться мимо охраны, — сказал он. — Постой, а разве по паспорту ты не израильтянка?

— Шшш! Сюда идут пассажиры.

Времени на то, чтобы выпытать у нее что-либо, уже не было, да он и не собирался.

— Чистая чашка, чистая чашка, — пробормотал Гил про себя.

Он словно присутствовал на безумном чаепитии, где не даются прямые ответы. Пожав плечами, он оставил всяческие попытки мыслить логично, вручив безалаберной спутнице свою жизнь.

Подготовка к вылету в Нью-Йорк шла по расписанию, без всяких задержек. Гил уже стал задремывать, несмотря на то что моторы начали увеличивать обороты. Мягкий голос Сабби что-то успокаивающе мяукнул в трубку телефонной связи со службами авиакомпании, самолет вырулил на взлетную полосу, и Гил погрузился в сон. Он не просыпался до тех пор, пока их лайнер опять не вернулся к воротам и стюард не принялся инструктировать пассажиров, как покидать самолет в непредвиденных ситуациях.

— Ничего не говори мне. Угроза взрыва, — сказал он.

Она пожала плечами.

— На самом деле тебе надо бы сменить репертуар, — прошептал он.

— Что я могу сказать? Приходится действовать по обстоятельствам, — парировала Сабби. — Хорошо еще, что оба вылета производятся из одного и того же терминала, — серьезно добавила она. — Мы бы не смогли обернуться, если бы нам снова пришлось проходить досмотр. У нас меньше двадцати минут, чтобы успеть на другой рейс.

— Разумеется, мы успеем, — заметил он спокойно. — Уж я-то знаю.

Пока Гил задыхался, пытаясь не отставать от Сабби, та на бегу поясняла, что причина такого их марафона не только проста, но и крайне логична. Кто бы теперь ни сел им на хвост, он будет уверен, что они взяли курс на Нью-Йорк. Все записи авиакомпании покажут, что они находятся на борту самолета, летящего в Штаты, поэтому никому в голову не придет проверять остальные рейсы. К тому же билеты до Лондона куплены ими по чекам, и потому там концов не найти.

— Но разве авиакомпания ничего не заподозрит, если нас не окажется на борту? — спросил Гил.

— Ты что, смеешься? При малейшем намеке на бомбу половина пассажиров ринется в бега, особенно…

— Я знаю, особенно в Израиле.

Как только они устроились на своих местах в лондонском самолете, Сабби соизволила сообщить ему, что спланировала их бегство несколько раньше, чем он себе представляет.

— Рано утром я зашла в офис де Вриза. Предположительно для того, чтобы сообщить ему, как продвигается наша работа. Сказала, что ты совсем завис и ничего не способен расшифровать.

— И он тебе поверил?

— Без проблем. По его словам, он был с самого начала уверен, что тебе это не по зубам. Что он согласился взять тебя лишь для того, чтобы потрафить Ладлоу.

— Вот как?

Она чуть поколебалась, затем продолжила:

— В любом случае, я сказала ему, что ты нуждаешься в переключении на что-то другое и что я, пожалуй, сведу тебя в библиотеку, где мы поищем что-нибудь об Уэймуте.

— Разве он не возразил, что мы преспокойно можем получить эту информацию, не выходя из офиса, через Интернет?

— Это же предлог, идиот. Подразумевалось, что я помогу тебе расслабиться, чтобы ты потом усердней трудился.

— И он отнесся к этому с пониманием?

— Кто? Де Вриз? Ты что, полный олух? Он бы сам переспал с тобой, если бы это помогло делу.

— А что будет, когда он к концу дня обнаружит, что нас нет на месте? — спросил Гил.

— Просто решит, что ты все еще расслабляешься, и что твоя деловая отдача теперь многократно повысится.

Когда Гил спросил, зачем ей понадобилось внушать де Вризу, что они с ней сегодня могут и не вернуться в музей, Сабби ответила, что хочет выиграть время и добраться до уэймутского монастыря прежде, чем он сообразит, что они не придут вообще.

«Она задумала все это еще до того, как узнала о Маккалуме. Да, она хороша. По-настоящему хороша». Нет, что бы еще ей ни пришло в голову, он весьма рад, что она на его стороне.

— Итак, что теперь? — спросил он.

Они будут в Лондоне меньше чем через пять часов, сказала Сабби. И вытянула ладонью вверх руку.

— Дай мне для сохранности твой паспорт.

Он хотел было возразить, но не стал. В любом случае, что она может с ним сделать? Продать на черном рынке?

— Поспи немного, пока есть возможность, — сказала она. — Тебе еще понадобятся силы.

Разумеется, понадобятся. Уж в чем, в чем, а в этом он ничуть не сомневался.

ГЛАВА 25

Позднее в тот же вечер

Лондон

Спальный вагон юго-западного поезда Лондон — Уэймут был практически пуст. Лишь несколько передних мест было занято, и Гил с Сабби устроились в конце вагона. Гил повозился в кожаном откидывающемся кресле и натянул одеяло до самого подбородка. И по времени Тель-Авива, и по-лондонскому, как ни крути, было уже за полночь.

— А не перечесть ли нам еще раз записи из дневника? — спросила Сабби.

— Я уже выучил их наизусть. Там говорится: ступай в Уэймут и воспользуйся мозгами, которые тебе дал Господь.

— Тогда давай прикинем, как нам действовать дальше.

Голос Сабби внезапно смягчился, сделался очень нежным, интимным, чего еще никогда не бывало.

Ее намерения были совершенно прозрачны. Очевидно, она не могла заснуть и не знала, как сказать, что нуждается в компании.

Инстинктивно Гил протянул руку и коснулся ее волос, затем замер. Выражение неуверенности на ее лице сказало ему, что он ступил на неизведанную территорию. Он подумал о Люси. Ее облик вспоминался теперь не так отчетливо, как еще неделю назад. Горло его словно тисками сдавило чувство вины.

Сабби потянулась, чтобы включить над ним ночник. Ее грудь скользнула по его руке. Она, казалось, не заметила этого, он тоже притворился, что ничего не произошло.

— Итак, вот как мы все представим в Уэймуте, — заговорила она.

— Я весь внимание.

— Мы притворимся любовниками, — объяснила она с озорной улыбкой.

Гил громко рассмеялся.

— Тебе кажется невероятным, что нас могут принять за любовников? — спросила она обвиняющим тоном.

— Нет, вовсе нет. В конце концов, технически это…

Она оборвала его:

— Отлично. Изобразим из себя голубков, поглощенных друг другом. В таком случае никто не сочтет странными наши прогулки при свете луны. А у нас появится вполне приемлемая причина избегать общения с кем бы то ни было. Ты не будешь сводить с меня глаз.