Читаем без скачивания Рота террора - Уоррен Мерфи

– Можете выходить на демонстрацию, – сказал Римо, на прощание еще раз сдавил Эль Джефе кадык и пошел прочь.

Искать девчонку не было смысла: она уже наверняка успела уйти. Итак, завтра будет предпринято нападение на делегатов. Римо и Чиун должны этому помешать.

Глава восемнадцатая

Когда над Ист Ривер взошло солнце, на улице было уже полно людей. Перед ними высилось здание ООН, холодное, предостерегающее. К тому времени, как отбрасываемая им огромная клинообразная тень откатилась назад, толпа оживилась, пришла в движение.

Демонстранты были молоды, среди них было много негров, пуэрториканцев, но в основном это были белые – и все они держали в руках плакаты и транспаранты.

НЕВОЗМОЖНО ОТМЕНИТЬ СВОБОДУ!

МЫ БУДЕМ СРАЖАТЬСЯ ЗА СВОБОДУ!

На одном из плакатов было написано:

НАРОДНОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ

БОРЬБЫ С ФАШИЗМОМ.

В человеке, несшем его, Римо узнал одного из «Гаучос», которых ему пришлось накануне поучить уму-разуму.

Конференция по терроризму должна была открыться в одиннадцать утра. Те немногие, кому предстояло занять места на галерее, уже столпились за заграждением у главного входа в здание. Толпа демонстрантов все разрасталась перед зданием, в котором обычно предпринимались попытки сохранить мир в этом раздираемом противоречиями мире, а сегодня предстояло решить не менее трудную задачу искоренения бандитизма в международном масштабе.

Римо брезгливо отвернулся от экрана телевизора, когда демонстранты, заметив направленную на них камеру, принялись скандировать:

– ВОЙНУ ЗА СВОБОДУ НЕ ОСТАНОВИТЬ!

Чиун улыбнулся.

– Я вижу, это не укладывается в твое представление о порядке, – заметил он.

– Порой мне кажется, что мы тратим время на то, чтобы защитить нашу страну…

– Твою страну, – поправил Чиун.

– Хорошо, мою страну от идиотов. Политики не позволят построить новые тюрьмы, но как насчет одной большой психушки? Это смогло бы разрешить большую часть наших социальных проблем.

– Это лишь подстегнет их, – сказал Чиун. – Я помню, однажды, много лет назад…

– Нет, Чиун, не надо, – сказал Римо. – Я сыт по горло тайфунами, толстыми, тонкими, мертвыми животными и собаками, одна из которых лает, а другая кусает. С меня довольно.

– Дело твое, – кротко сказал Чиун и снова уставился в телевизор. – Полагаю, сегодня нам придется побывать в этой толпе несчастных пошляков.

– Да, – сказал Римо. – Скоро выходим. На сегодня запланировано покушение на делегатов. Надо предотвратить его.

– Я вижу, ты не подчинился приказу доктора Смита.

– Мы оба знаем, Чиун, что со мной такие номера не проходят. Пока я жив, я не выйду из игры, нравится это Смиту или нет.

– Странный тип преданности, когда человек не подчиняется своему работодателю.

– Мой работодатель – Соединенные Штаты, – сказал Римо, – а не доктор Харолд Смит.

Чиун пожал плечами.

– Должно быть, я проспал референдум, на котором двести миллионов американцев выразили тебе доверие.

– В этом не было необходимости.

– Эти двести миллионов человек даже не знают, что ты существуешь, – сказал Чиун. – А вот доктор Смит знает. Он платит тебе жалованье, ты отчитываешься перед ним – следовательно, он твой работодатель.

– Будь по-твоему. Когда все закончится, мы подадим на него жалобу в Национальное бюро по трудовым отношениям.

Римо сделал стойку на одной руке и, стоя вверх ногами, окликнул Чиуна:

– Давай, Чиун, присоединяйся. Надо размяться.

– Разминайся один. А я понаблюдаю.

Чиун молчал вес время, пока Римо в течение часа выполнял гимнастические упражнения. Наконец Римо сказал:

– Нам пора. Дело осложняется тем, что Смит наверняка явится туда, прихватив с собой человек шестьсот своих агентов. Придется действовать осторожно, чтобы ненароком не зашибить его людей.

– Это не составит особого труда, – сказал Чиун. – Все они наверняка будут в плащах с поднятыми воротниками, и у каждого в зубах будет по ножу.

Он позволил себе улыбнуться и пошел за Римо к двери.

Чиун снова ощутил беспокойство. Не за себя, а за Римо, потому что им противостояла могучая сила, способная погубить молодого американца, который со временем должен стать Мастером Синанджу. Римо давно уже следовало догадаться, с кем он имеет дело, но он не догадался. Однако, если бы Чиун раскрыл перед ним карты, движимый ложной гордостью, Римо бросился бы вперед, подставляя себя опасностям. Как это ни мучительно, Чиун был вынужден ждать, пока Римо не поймет всего сам.

– Ты никогда не интересовался, кто стоит за этими террористами? – спросил Чиун.

– Мне не нужно интересоваться, – ответил Римо. – Я знаю.

– Неужели?

– Да, – сказал Римо. – Это собака, которая лает, но иногда еще и кусает, которая кусает толстых, но чаще худых, сидит около мертвых животных и подстерегает НОБФ.

– Будем надеяться, что она не подстерегает тебя. Даже если мы спасем делегатов, ничего не изменится, покуда не уничтожен тот, кто вес это организовал.

– С этим разберемся после, – сказал Римо.

Чиун печально покачал головой.

– О «после» не может быть и речи. Речь может идти только о «сейчас».

Римо собирался что-то ответить, но за спиной у него раздался телефонный звонок.

Пока Чиун ждал в дверях, Римо вернулся в квартиру и снял трубку.

Женский голос, задыхаясь, сказал:

– Римо, приезжай немедленно. Все вышло из-под контроля.

– Джоан, где ты? – спросил Римо.

– Там, где мертвые животные. В му…

И телефон замолчал.

Римо посмотрел на трубку, потом медленно положил ее на место. Это был поединок лицом к лицу, о котором он мечтал. Но где? Как? Он обернулся к Чиуну, который, увидев на лице Римо замешательство, тихо сказал:

– Ты все поймешь. Так было предначертано.

Римо в недоумении уставился на него.

Джоан Хэкер повесила трубку и самодовольно улыбнулась.

– Ну, как? – спросила она.

– Великолепно, мой революционный цветок, – одобрил низкорослый человек с желтоватой кожей. Вид у него был спокойный и безмятежный.

– Ты думаешь, я сумела его обмануть?

– Нет, моя дорогая. Ты не обманула его. Но это неважно. Он придет. Он придет.

Римо и Чиун шли к зданию ООН. Римо пытался слово в слово припомнить все, что сказала Джоан. Дважды он натыкался на прохожих, каждый раз заставляя Чиуна неодобрительно крякать.

Они слегка замедлили шаг, услышав веселые крики детей, играющих на детской площадке. Римо остановился и посмотрел на них. Пара близнецов, мальчик и девочка, залезли на большую горку из стеклопластика в виде бронтозавра, самого крупного из доисторических ящеров. Римо с одобрением подумал, как здорово придумали приспособить спину животного под горку. Он рассеянно улыбнулся, потом снова взглянул на горку. Что-то казалось ему смутно знакомым. И тут его осенило, откуда звонила Джоан Хэкер. Она звонила оттуда, где находятся мертвые животные. И в ту же секунду он догадался, кто стоит за террористами.

Он остановился и положил руку на плечо Чиуну.

– Чиун, – сказал он, – я знаю.

– И тем не менее ты пойдешь туда?

Римо кивнул.

– А тебе придется защищать делегатов конференции.

Чиун кивнул.

– Делай как знаешь. Но помни: главное – осторожность. Собака, которая ждет тебя, кусает. Я же иду к собакам, которые только лают.

Римо слегка сжал Чиуну плечо, и Чиун отвел глаза при этом редком проявлении чувств.

– Не беспокойся, папочка. Я вернусь с победой в зубах.

Чиун посмотрел на Римо. Глаза их встретились.

– Прошлый раз, пять лет назад, когда вы с ним впервые столкнулись, я сказал, что он намного сильнее тебя. Я ошибался. Теперь вы равны.

– Только равны? – спросил Римо.

– Это не так уж мало, – сказал Чиун. – Потому что им владеют опасения, которых нет у тебя. Теперь иди.

Римо повернулся и быстро зашагал прочь, растворившись в утренней толпе спешащих на работу людей. Чиун посмотрел ему вслед, затем тихо произнес молитву. Римо еще многого не знает, но будущего Мастера Синанджу нельзя баловать.

Зайдя за угол, Римо осмотрелся. В каждом из проходящих такси сидело по двое, а то и по трое пассажиров. Свободного такси не дождешься целую вечность.

Он подошел к проезжей части и, когда одно из такси притормозило, чтобы объехать рабочих, которые что-то копали, рванул на себя дверцу и скользнул на заднее сиденье прямо на колени молодой женщины. Женщина была красивая, спокойная и невозмутимая. Она сказала:

– Але, ну ты! Тебе чего, придурок?

– Приятно убедиться, что ваша прелесть не ограничивается внешностью, – сказал Римо, перегнулся через нее, открыл дверцу с противоположной стороны и выпихнул женщину на улицу. Затем он захлопнул дверцу и бросил шоферу: – В Музей естественной истории.

П. Уортингтон Розенбаум, водитель, собрался было возмутиться, но, перехватив в зеркале взгляд Римо, решил ничего не говорить.

Римо откинулся на спинку сиденья и попытался вспомнить музей, в котором побывал когда-то с автобусной экскурсией, организованной Ньюаркским приютом, где он вырос. Несколько квадратных строений. Этажи выставочных залов. Стеклянные витрины с экспонатами, демонстрирующими разные формы жизни в естественной среде. Зал, посвященный динозаврам. Бронтозавр со спиной, как та детская горка. Тиранозавры с зубами размером в человеческую ступню. Точные копии скелетов доисторических животных.