Читаем без скачивания Рота террора - Уоррен Мерфи

– Как вы посмели? – снова крикнул Чиун, вымещая на мнимых военных гнев, направленный не только на Нуича, но и на себя самого, позволившего одурачить себя, не помешавшего Римо пойти на верную смерть. Он знал, что в схватке равных выигрывает тот, кто все спланировал заранее.

Раздалось еще несколько отдельных выстрелов и потом последний отчаянный залп, и все стихло, потому что больше некому было стрелять. Когда дверь открылась и ворвались сотрудники службы безопасности, Чиун молча проскользнул мимо них в коридор.

– Ты видел какого-то старика? – спросил один из охранников.

– Какого еще старика? Никто мимо нас не проходил.

Возможно, время еще есть. Нуич, уверенный в том, что Чиуна уже нет в живых, мог не спешить с Римо; он мог медлить с расправой минуты, даже часы, наслаждаясь своим триумфом. Возможно, время еще есть.

В холле Чиун увидел знакомую фигуру. К нему подбежал доктор Смит.

– Чиун, – сказал он. – Я только что понял. Это были офицеры. Что произошло?

– Они никого не убьют, доктор Смит.

– Дипломаты в безопасности?

– Дипломаты с самого начала были в безопасности. Убийцы пришли за мной, и они нашли меня. Теперь скажите мне, только быстро, где в этом городе можно найти динозавров?

– Динозавров?

– Да. Древних рептилий, которые давно вымерли.

Смит задумался.

– Быстрее! – воскликнул Чиун. – Если не хотите, чтобы на вашей совести была еще одна смерть.

– Единственное место, где я когда-либо видел динозавров, – это Музей естественной истории.

– Это недалеко отсюда?

– Да.

– Спасибо. Римо будет рад узнать, что вы выздоровели.

Толпа на улице разрослась и пришла в волнение, налегая на полицейский кордон, когда просочился слух, что в здании кого-то убили. Но Чиун без труда пробрался сквозь оцепление и толпу. Неподалеку стояло пустое такси. Чиун открыл дверцу и опустился на переднее сиденье.

Водитель повернулся в его сторону, и Чиун пронзил его взглядом. Бросив взгляд на прикрепленное к переднему стеклу водительское удостоверение, Чиун сказал:

– Господин П. Уортингтон Розенбаум, вы отвезете меня в Музей естественной истории. Если потребуется, поезжайте по тротуару, потому что мне необходимо попасть туда как можно быстрее. И не пререкайтесь, если хотите остаться в живых. Если сделаете все, как положено, вас ждет вознаграждение. А теперь поехали.

В эту минуту П. Уортингтон Розенбаум решил, что завтра же покинет поприще водителя такси и войдет в долю к сестре, у которой есть магазинчик, торгующий пряжей. Но сперва надо доставить этого типа в Музей естественной истории.

Он нажал на газ. Чиун откинулся на спинку сиденья. Древняя легенда гласила, что один тайфун молчит, пока проходит другой. Ну что ж, Чиун был тем самым тайфуном, который идет. И если Нуич станет бушевать, он ощутит на своей шкуре верность старинного предсказания о том, что один из тайфунов должен погибнуть. Там, где обитают мертвые животные.

Глава двадцать первая

Разговор между ними был какой-то странный. Она чувствовала, что это очень важный разговор. Но ей было трудно сосредоточиться из-за кокаина. На душе у нее было спокойно и дремотно. Весь мир казался спокойным и дремотным. Как замечательно быть революционной героиней!

Но она многого не понимала.

Нуич – странно, что он прежде не называл ей своего имени, – сказал, будто его противники – Римо и старый азиат. Должно быть, он шутил, потому что их противник – вся прогнившая эксплуататорская капиталистическая система. В этом она была уверена. Нуич был столь же предан делу справедливой борьбы угнетенных, как и она сама. Тут не может быть сомнений.

Но потом появился Римо и сказал, что он и есть какой-то Мастер Синанджу. И они говорили о старике, как будто он умер.

Зачем им понадобилось включать телевизор? Телевизор… Было бы интересно узнать, что произошло с этими империалистическими шавками в здании Объединенных Наций.

Но вообще-то вся эта болтовня Римо и Нуича была не очень интересна. Тайфуны. Лающие собаки. Трюки. Оружие, вмонтированное в каталки.

Глупо все это. Единственное, что имеет значение, так это новый порядок для «третьего мира». Прежде она считала, что уйдет в сторону, как только революция завершится. Но теперь она передумала. Она могла бы стать лидером, именно таким, который им нужен. Да и вообще, как они могут управлять страной, эти нищие, раздетые, неграмотные дикари?

Краем глаза она видела, как Нуич бросился на Римо, как раз когда включала телевизор. Их схватка происходила под аккомпанемент голоса телевизионного комментатора.

Она вдруг поняла, что это схватка не на жизнь, а на смерть. Ну и дела! Она ощущала себя королевой Гиневрой. Кажется, так звали супругу короля Артура?

Нуич был бесподобен. Он с виду медленно выбросил руку вперед и сразу же попал в Римо. Римо был крупнее и сильнее его, но, кажется, уступал ему в стремительности. Он попытался нанести удар, но промахнулся, потом проскользнул за спиной у Нуича к мраморным перилам балкона, откуда открывался вид на первый этаж и на огромного подвешенного к потолку кита.

Нуич свел над головой руки, как одержавший победу спортсмен, и прыгнул на Римо, прижавшегося к перилам. Но Римо успел отскочить, и кулаки Нуича обрушились на перила с таким треском, как будто кто-то выстрелил из пистолета. Мрамор раскрошился, осколки полетели на пол.

Римо вспрыгнул на перила, и Нуич последовал за ним. Они двигались взад-вперед, нанося друг другу удары и промахиваясь. Римо попытался ударить противника ногой, но не попал и потерял равновесие. От падения вниз его спасло только то, что он ухватился за трос, на котором висело чучело громадного кита. Дважды перевернувшись в воздухе, он опустился на спину кита, висевшего на расстоянии двадцати пяти футов от пола.

Нуич тоже уцепился за трос, перевернулся в воздухе и мягко приземлился на спину кита. Они яростно сражались, но, как ни странно, ни один из них не мог нанести противнику решающий удар. Может, они вовсе и не такие уж бойцы. Она не обращала внимания на телевизор, следя за схваткой и повизгивая. Сражайтесь, рыцари! Мое сердце достанется победителю.

Наконец Римо удалось схватить Нуича за запястья. Нуич отшатнулся, затем рванулся вперед. Его тело поднялось в воздухе вверх ногами и пролетело у Римо над головой.

Как чудесно! Они сражаются за нее. Ей захотелось бросить им платок, чтобы победитель приколол его к своей груди. Но у нее не было платка. У нее была только мокрая бумажная салфетка. Она бросила ее.

Нуич приземлился позади Римо, спиной к нему, его руки были свободны, он сохранял равновесие, но прежде, чем он успел повернуться, мокрая салфетка упала ему на плечо. Джоан захихикала. От легкого прикосновения скомканной бумаги Нуич потерял равновесие и упал на спину кита. Прежде чем он сумел подняться на ноги, Римо занес над ним локоть и ударил.

Схватив Нуича за шиворот, Римо потащил его как чемодан к голове кита.

Победитель! Он сражался за королеву Гиневру и победил. Досадно. Она надеялась, что ее спасителем будет Нуич. Ну и ладно. По крайней мере у них с Римо сексуальная совместимость.

– Детка, – крикнул ей Римо, – включи телевизор погромче!

Глава двадцать вторая

Римо связал Нуичу руки за спиной, воспользовавшись для этого кожаным поясом Нуича, и повесил его под нижней челюстью кита.

Затем он спрыгнул на пол, мягко приземлившись на ноги и, даже не остановившись, чтобы перевести дух, устремился к лестнице.

Он поднялся по ступеням и подошел к Джоан Хэкер, которая засовывала под верхнюю губу новую порцию кокаина.

– Хочешь понюхать? – хихикнула Джоан.

– Нет, спасибо, – сказал он. – Я предпочитаю рис.

– Да? Рис, наверное, тоже ничего, но я никогда его не нюхала. Поздравляю тебя с победой. Мое тело принадлежит тебе.

– Засунь его себе в рот и помолчи. Ты не даешь мне слушать.

Голос комментатора сообщил:

«Здесь по-прежнему царит замешательство. Толпу на улице удается сдерживать. Мы располагаем точными данными, что внутри здания ООН была открыта стрельба. Однако, как нам сообщили, никто из дипломатов не пострадал. В результате перестрелки пострадала группа офицеров, личность которых в настоящее время устанавливается. Мы ожидаем дальнейших подробностей».

Римо с ненавистью отвел глаза от телевизора. Никакой ясности! «Замешательство», «дальнейшие подробности». Ему хотелось крикнуть: «Что с Чиуном?»

Сбоку послышался стон. Римо обернулся и встретился взглядом с Нуичем. Маленький азиат свисал, как кусок мяса, из огромной пасти кита.

Его глаза источали ненависть.

– Если бы не она, я бы победил, – прошипел он.

– Это всего лишь предположение, – сказал Римо. – А теперь перейдем к фактам. Я не знаю, что с Чиуном, жив он или нет. Но если нет, я вернусь и сдеру с тебя шкуру. Моли Бога, чтобы твои люди промахнулись.

Римо резко повернулся, собираясь уйти.