что после этой встречи Никанор направил к Иуде переговорщиков, которым удалось заключить мир. Более того, Никанор даже проникся симпатией к Иуде и сделал его своим приближенным. Это не могло устроить Алкима, который справедливо полагал, что он не может чувствовать себя в безопасности, пока Иуда Маккавей обладает влиянием на Никанора. Поэтому Алким отправился к Димитрию Сотеру и доложил о дружбе Никанора и Иуды в таком ключе, что Никанор едва не замышляет заговор против царя. Тогда Димитрий отдал приказ Никанору арестовать Иуду. Последний, поняв из перемены к нему отношения со стороны Никанора, что ему теперь грозит опасность, бежал из Иерусалима.
Никанор хотел напасть на войско Иуды в субботний день, когда, как ему казалось, иудеи не смогли бы дать сильного отпора. Однако, при заступничестве покойного первосвященника Онии и пророка Иеремии, Иуда Маккавей смог нанести поражение Никанору. После победы у тела Никанора отрубили правую руку и голову, у которой вырезали язык и скормили птицам (2 Мак 15:30–34). Это было наказание за угрозы со стороны Никанора уничтожить Храм и на его месте воздвигнуть языческий храм Дионису. Здесь Иуда выступил одновременно как защитник Бога и как орудие Божией кары. Триумфом наказания Никанора заканчивается Вторая Маккавейская книга.
Несмотря на то, что 1-я и 2-я книги Маккавейские повествуют об одних и тех же событиях, совсем нельзя сказать, что это близкие по содержанию книги. Они разнятся во многом, и прежде всего в акцентах при рассказе о событиях восстания. Так, если в 1 Мак 2:2–28 исход иудеев в пустыню описан подробно, то в 2 Мак 5:27 об этом упомянуто вскользь, и увидеть здесь масштабные события, описанные в 1-й книге Маккавеев, невозможно. Это следует объяснять разным смыслом, который придается исходу в пустыню в этих книгах. В Первой книге описывается историческое событие, попытка иудеев спастись от надвигающейся угрозы – нового нападения со стороны селевкидских войск. Во Второй книге уход в пустыню должен рассматриваться как необходимый эпизод для успеха борьбы богоизбранного героя против зла. Здесь следует провести параллели с Моисеем (Исх 3:1), Илией (1 Цар 19:4), Христом (Лк 4:1–2). Иуда Маккавей в концепции автора 2-й книги Маккавеев полностью вписывается в такое понимание героя.
Во 2-й книге Маккавеев много символизма. Так, одно из главных символических мест в тексте – описание гибели семерых братьев-мучеников и их матери. Это богословие жертвы, добровольной жертвы ради искупления грехов. Фигуры сыновей и матери могут быть прочитаны как метафора иудейского народа и Иерусалима, который есть мать для иудеев. Сцена их гибели – переломный момент книги, именно после этого начинаются победы угнетаемых иудеев. Гнев Божий сменился на милость.
Таким образом, если 1-я книга Маккавеев – это историческая хроника в стиле героического эпоса, то 2-я книга ближе к богословскому сочинению, где исторический материал – способ изложить на примере соответствующие богословские идеи.
В Первой книге противники восставших иудеев безлики, Андроник, Симон, Менелай даже не упоминаются. Главное здесь – пафос борьбы с завоевателями. Во Второй книге индивидуальных персонажей больше, как среди положительных, так и среди отрицательных героев. Большее внимание уделяется и расколу внутри иудейского общества.
Иуда Маккавей из Первой книги не может быть в хороших отношениях с Никанором, пускай даже на короткое время. Для Иуды Маккавея из Второй книги это возможно, и даже в контексте всего текста книги выглядит органично.
Различаются книги в отношении к Богу. Неправильно будет сказать, что в 1-й книге Маккавеев присутствует идея богооставленности иудейского народа. Но там постоянно встречаются указания на то, что время пророков прошло и теперь связь человека с Богом осуществляется только через молитву: «И была великая скорбь в Израиле, какой не бывало с того дня, как не видно стало у них пророка» (1 Мак 9:27), или: «иудеи и священники согласились, чтобы Симон был у них начальником и первосвященником навек, доколе восстанет Пророк верный» (1 Мак 14:41). Защищать от язычников нужно Тору, Храм, отеческие обычаи. О защите Бога напрямую, не через защиту Храма, ничего не говорится.
Для 2-й книги Маккавеев участие Бога в судьбе Его народа не подлежит сомнению, и иудеи борются именно за Бога. Поражает также количество вариантов именований Бога, используемое в книге: Повелитель, Владыка, Властелин мира, Царь царей, Святой всякого освящения, Господь Живой и т. д.
Во 2-й книге Маккавейской говорится о сотворении мира из ничего, о вере иудеев издревле в воскресение мертвых (7:12, 44–25, 14:44–46) и о загробном воздаянии (6:26). Описываются молитвы умерших святых за живых (15:12–17) и живых за умерших (12:39–45).
Кроме того, в книге объясняется значение мученических подвигов (6:18–7:41), приводятся примеры непоколебимой веры и надежды на Бога (1:8–29, 2:17, 3:15, 22, 33–35, 8:18, 27) и явного наказания беззаконников (5:7–10, 9:5–28, 13:6–8, 15:32–35).
1.9.2. Авторство. Имя автора книги неизвестно, но есть несколько версий, кем и откуда он был.
По одной из версий, он был александрийским иудеем, на что указывает изящество его греческого языка.
По другой, он был из Палестины и даже из Иерусалима. Об этом свидетельствует связь автора с Иерусалимским храмом, восторженные выражения о нем: «Святейший во всей земле Храм» (2 Мак 5:15). Так не мог писать о Храме иудей из Египта, привыкший жить без храмового культа.
Также свидетельствует о палестинском происхождении автора его хорошее знакомство с историей Палестины и отношениями евреев с соседними народами (см.: 2 Мак 13: 25–26).
Есть предположение, что автор книги принадлежал к партии фарисеев, потому что он упоминает, притом дважды, о воскресении мертвых.
1.9.3. Время и место написания. В тексте есть ясное указание на время написания второго письма: «В сто восемьдесят восьмом году…» (2 Мак 1:10). С учетом разницы между двумя летоисчислениями можно установить, что 188 г. селевкидской эры – это 124 г. до Р. Х. На время создания книги проливает свет и упоминание автором того факта, что Иерусалим оставался во власти евреев во все годы его жизни, а это означает, что книга написана гораздо позднее описываемых в ней событий (176–161 гг. до Р. Х.), но не позднее завоевания Иудеи римлянами (70 г. до Р. Х.).
Во втором письме фигурирует некий Иуда, первый раз в качестве отправителя: «…живущие в Иерусалиме и в Иудее, и старейшины и Иуда – Аристовулу, учителю царя Птоломея, происходящему из рода помазанных священников, и пребывающим в Египте Иудеям – радоваться и здравствовать» (2 Мак 1:10), второй раз – в конце письма, где сказано: «Иуда затерянное, по случаю бывшей у нас войны, все собрал…» (2 Мак 2:14). И то и другое упоминание могут указывать только на
