– Я пытаюсь. Просто очень сложно застрять между прошлым и тем, что происходит сейчас.
– Два разных времени, – сказал Уилл, встав на колени между ее раздвинутых ног и положив руки на ее бедра. Пальцы гладили местечко на ногах чуть ниже подола.
– Мы другие люди. Сейчас другое время. Нечего сравнивать. Сосредоточься на настоящем.
Она посмотрела в его глаза, потом на грудь в распахнутой рубашке. Там что-то темнеет.
– У тебя тату? – спросила она, отводя полу рубашки.
Он не ответил. Она заглянула под рубашку. Но одного взгляда было недостаточно. Она спустила рубашку с его плеч. Он дернулся, и рубашка упала на пол.
И точно: разводы черной туши украшали левую сторону его груди и заходили на плечо. Она не знала, что означает рисунок. Но это так сексуально!
Она провела пальцем по тонкой линии над его сердцем и выше. Татуировка уходила за плечо, на спину. Тугие мышцы напряглись под ее прикосновениями.
Каталина смотрела в глаза Уиллу. И под его жарким взглядом перехватило дыхание. Она словно оцепенела.
– Не останавливайся, – прошептал он сквозь стиснутые зубы.
– Уилл…
Он накрыл ее ладонь своей.
– Коснись меня, Кэт.
Он нажал на ее ладонь, лежавшую на его груди, и по ее телу разлился жар. Тепло его кожи проникало в нее все глубже, место прикосновения становилось все горячее…
– Я… я хочу, но…
Она покачала головой, уничтожая остатки страхов, прежде чем они вырвутся на свободу, и загнать их вглубь больше не удастся.
– Но что? – пробормотал он, проводя кончиками пальцев по ее щеке и шее и чуть ниже, пока она не затрепетала.
– Я не уверена, что хочу зайти дальше, – призналась она. – Не желаю дразнить тебя.
– Я мечтал о твоих прикосновениях много лет. Ты не дразнишь. Просто исполняешь мою мечту.
Каталина смотрела в эти голубые глаза и отчего-то понимала, что он говорит серьезно. Он мечтал о ней? Осознание этого заставило ее растеряться. Сразу возникло больше вопросов, чем ответов.
– Не думай, – предостерег он, словно поняв направление ее мыслей. – Продолжай касаться меня, Кэт. Сейчас важны только мы и этот момент. Не позволяй воспоминаниям о прошлом обокрасть нас.
Кэт хотела что-то сказать, но Уилл прижал палец к ее губам:
– Я ничего не жду. Закрой глаза.
Она молча повиновалась. Хотя сердце бешено билось в предвкушении и страхе неведомого.
– А теперь касайся меня. Только чувствуй меня, чувствуй этот момент и ничего больше, – тихо, но властно приказал он.
Каждый звук требовал ее подчинения. Не то чтобы ей требовались убеждения, но она не могла смотреть в эти глаза и делать вид, что все нормально, что они просто два обычных человека, застрявшие в старой лачуге.
С закрытыми глазами она действительно вообразит, что они просто обычные люди. Что он обычный человек, по которому она страдает. Не миллиардер с огромной властью над ней. Притворится, что он хочет ее какой она есть, а не потому, что она представляет собой вызов, который бросает ему и его власти.
Каталина погладила его грудь. Если ей дали полную волю исследовать, она хотела делать это обеими руками. Но как только она провела ладонями по его плечам, мощным бицепсам, вдруг ощутила, как узел на ее платье с запахом ослаб.
Ее глаза мигом распахнулись.
– Что ты делаешь?
– Чувствую момент.
Платье распахнулось, обнажив ее торс.
– Ты нечестно играешь.
Ее обдало жаром его взгляда. Страстью, горевшей в этом взгляде.
– И никогда не буду играть честно, если речь идет о том, чего я хочу.
– Ты сказал…
– Я не стану принуждать тебя, – перебил он, проводя пальцем по бретельке ее бикини, от шеи до холмика груди. – Но это не означает, что не попытаюсь тебя убедить.
Дождь продолжал барабанить по крыше и стенам.
И Каталина вдруг почувствовала себя счастливой, потому что застряла здесь. Возможно, это толчок к тому, что она действительно хочет. Нет, она не ищет счастливого конца со свадьбой и любовью до гроба, больше она никогда не будет настолько наивной во всем, что касается Уилла. Но она стала старше и бросилась в это приключение с широко открытыми глазами.
Через два месяца она надеялась уехать и начать новую жизнь. Почему же не отдаться мужчине, которого она всегда хотела? Ведь он прав. Речь идет о них. Здесь и сейчас. Все остальное может подождать за дверью.
А пока Каталина возьмет то, чего хотела долгие годы.
Глава 11
Каталина встала. Отныне она будет добиваться того, чего хочет. Чего была лишена все эти годы. А хочет она Уилла. Лучше переспать с ним, чем всю жизнь жалеть об упущенных возможностях! Любые сомнения относительно близости с ним будут не такими мучительными, как сожаление, которое изведет ее, если она уедет и окажется вдали от него!
Едва она встала перед ним, Уилл опустился на пол и молча смотрел, как платье растекается лужицей у ее ног. Когда она отступила и пинком отшвырнула платье, его глаза жадно впились в ее фигурку в бикини. Больше на ней ничего не оставалось.
И того, что он сидел у ее ног, достаточно, чтобы обрести сознание власти над ним. Единственный раз она не считала себя ниже его, но этот момент был самым важным.
И Уилл, хотя мог встать и обнять Каталину, подхватить на руки, дал ей полную волю.
– Кэт, ты в этом бикини… само воплощение греха.
Он провел кончиком пальца от чувствительной зоны под ее коленкой до бедра.
– У тебя поразительные формы. Такое тело грех держать прикрытым.
– Давно ты хочешь меня, Уилл? – спросила она, потому что ей очень нужно было знать. – С тех пор, когда мы четыре года назад были вместе?
– Страстно хотел. Больше всего на свете, – выдохнул он, по-прежнему гладя ее ноги. – Но я знал, что ты девственница, и уважал тебя.
– А если я и сейчас девственница? – спросила она. – Стал бы ты уважать меня?
– Сейчас и всегда.
Он встал на колени, так что его голова оказалась на одном уровне с ее животом, поцеловал чуть повыше линии бикини:
– И не хочу обсуждать другого мужчину в твоей постели.
Он неожиданным движением бросил ее на стул и встал над ней, опираясь руками о спинку:
– Отныне я единственный мужчина, о котором ты будешь думать.
– Я была всего с одним мужчиной, кроме тебя, но ты единственный, которого я хотела видеть в своей постели, – призналась она. – Ты должен это знать.
Может, она слишком наивна, если признается в том, что хранила в сердце так долго, но сейчас между ними искрит что-то большее, чем просто желание. Он слишком большой собственник, чтобы все, чему предстоит произойти, было чем-то скорым и легким.
Они не просто удовлетворяют потребности. Но она понятия не имеет, как объяснить то, что вот-вот случится.
