– Кто паясничает? – Аркадий недоуменно оглянулся, ища в кабинете еще кого-то невидимого. – Истинную правду говорю. Посмотрел по картам – тут рядом озеро есть. Полная луна, романтика и все такое. Пригласил девушку на прогулку. Ну вы же понимаете. Тут такой концлагерь, после отбоя ни-ни, а дело-то молодое, играй гормон и все такое. Вы не подумайте – никакого секса. Просто прогулка у воды. Рассказал соседу – без его ведома-то не свалить, так и он со своей девушкой решил присоединиться. У нас и в мыслях не было доставлять вам какие-то неудобства. По плану мы вернулись бы на рассвете, никто бы ничего не заметил. Но, к сожалению, немного заблудились. Карты что-то сбоить начали.
Агния Михайловна откинулась в кресле, с таинственной и не предвещавшей ничего хорошего улыбкой смотрела на него и ничего не отвечала. Аркадий, не получив какой-то понятной обратной реакции на свой рассказ, тоже замолк, жалобно подняв бровки.
– Любовь, значит, – наконец сказала она. – Возьмите по листу бумаги и ручки.
Вика посмотрела на остальных. Белка недоуменно пожала плечами. Пришлось послушаться.
– Садитесь, стоя писать неудобно, – улыбнулась Агния Михайловна и показала им на стулья у длинного стола для совещаний. Они были поставлены так, что ребята оказались далеко друг от друга.
– Подпишите листок своим именем сверху, – приказала она.
Вика пока не понимала, зачем это нужно, но послушалась и вывела вверху «Виктория Орлова».
– А теперь напишите имя своей пары. Того, с кем вы пошли любоваться луной, – продолжила директриса.
Вика замерла. Посмотрела на Белку. Та тоже закусила губу от волнения. Вика встретила задумчивый взгляд Аркадия и решилась:
«Аркадий» – написала она ниже.
Агния Михайловна встала, собрала листки бумаги и вернулась в свое кресло.
– Прекрасно. Просто прекрасно, – издевательским тоном заявила она, перебирая записки, – ни одного попадания. Вот и верь после этого людям, да? – директриса подалась вперед и пристально посмотрела на каждого из четверки. – Хватит. Мне. Врать. Любовники хреновы, которые даже на пары разбиться не смогли. Зачем вы ходили за ограду?
Вика внутренне сжалась. Ей только начало казаться, что игра Аркадия сработала и их, если и накажут, то не сильно, но их глупый обман раскусили так просто и непринужденно, что теперь все стало только хуже. Никакие варианты про «мы просто гуляли» уже не прокатят.
– Ну? Поверьте, если я не дождусь правды, об этом пожалеете вы, а не я.
От отчаяния у Вики в висках играл настоящий там-там. Она вскочила, уже не отдавая себе отчет в том, что делает:
– Правды? – взорвалась она. – А с чего вдруг, если все тут построено на лжи? Вот за правдой мы и пошли, чтобы выяснить, где мы все-таки находимся. Потому что тут все вранье! Эти дурацкие поддельные чаты с родными, учеба, где ничему не учат, эпидемия, о которой все молчат, как будто ее нет. Что вы хотите от нас еще услышать? Вы уверены, что это мы должны отвечать?
Она тут же пожалела о том, что сказала. Это был внезапный порыв, который Вика просто не смогла сдержать.
Агния Михайловна перевела взгляд на Белку. Та спокойно выдержала дуэль глазами и даже усмехнулась:
– Как видите, я слово держу. Вы же не хотите настоящей войны? Поэтому есть предложение: давайте считать все произошедшее просто недоразумением, от которого никто не пострадал. Вы отпустите нас, а мы пообещаем, что подобного больше не повторится. И это будет абсолютной правдой.
– Ты считаешь, что вправе ставить какие-то условия? – прошипела директриса.
Вика удивилась. Было похоже, что Белке неожиданно удалось задеть Агнию Михайловну, хотя совершенно непонятно чем.
– Ни в коем случае. Условия все те же. Я только предлагаю расширить наш договор, – нисколько не смутившись, ответила Белка, – и включить в него новых лиц. Мы все пообещаем держать язык за зубами.
– Мое правило не вести переговоров с шантажистами, – прищурилась директриса.
– Это был еще не шантаж. Потому что вот он: я с трудом их сдерживаю. Вы действительно хотите войны? – прищурилась Белка. – Уверены, что справитесь? По-моему, новый договор – это лучший выход.
Вика переглянулась с Аркадием. Он всем видом дал понять, что вообще не понимает, что сейчас происходит и что за пургу несет Белка. Только вмешиваться в этот странный диалог ни в коем случае было нельзя.
Агния Михайловна была в бешенстве. Это было заметно по тому, как расширились крылья носа, напряглись веки, вздулись жилки на шее. Она молча смотрела на Белку и равномерно клацала ногтями по столу, отбивая замысловатую дробь.
– Хорошо, – наконец произнесла директриса ровным холодным тоном. – Вы можете идти, но при одном условии: если вы – я имею в виду каждого из вашей четверки – хоть кому-нибудь расскажете о том, что видели по ту сторону ограды, то поверьте, наказание я придумаю такое, что вы запомните надолго. То, что случилось с Артемием, покажется вам лайт версией. Вам понятно?
Вика быстро кивнула. Ей не верилось, что все закончится вот так просто.
Парни тоже кивнули.
Белка молча, не мигая смотрела на Агнию Михайловну.
Та поморщилась и кивнула головой:
– Проваливайте.
Упрашивать их не пришлось. Все четверо моментально выскочили за дверь.
Один из охранников снаружи тут же заглянул в кабинет за инструкциями. Что ему там сказали, не было слышно, но он закрыл дверь и кивнул ребятам, чтобы они уходили.
– Ну и что это сейчас было? – спросил Аркадий, когда они дошли до лестницы жилого корпуса.
– Что именно? – невинно спросила Белка.
– О чем ты там говорила? Что за договор?
– Первое правило Бойцовского клуба – никому не говорить о Бойцовском клубе. Вот с этим договором та же фигня. Если расскажу, меня казнят, – она улыбнулась уголком рта. – Теперь с вами та же история.
– Даже нам нельзя? Мы же теперь вроде как его часть.
– Тем более вам. Не потому, что не доверяю, а потому что не хочу подставить.
– Кого ты еле контролируешь и сдерживаешь? – спросила Вика. – Речь о нас? Ты ради этого с нами, чтобы лишнего не дай бог не узнали?
– Дура, что ли? Нет, конечно. Иначе бы я не подбивала всех идти сегодня за ограду. Речь шла не о вас. Но поверь, ты не хочешь знать о ком. Все, вопрос закрыт!
Белка решительно повернулась, мотнув своими медными волосами, и пошла наверх.
– Погоди! Так нельзя! Нам нужны ответы! – громко сказал Влад, подскочил и схватил ее за плечо, пытаясь остановить.
Вика не поняла, что произошло дальше. Вроде Белка просто обернулась, но Влад неожиданно отлетел так, словно весил не больше детского мячика, шмякнулся спиной о стену и медленно сполз на пол.
– Влад! – воскликнула Белка и бросилась к нему.
Парень помотал головой, приходя в себя.
– Я же говорила не сметь! – крикнула Белка в ярости, почему-то обращаясь к потолку.
Она взяла лицо Влада в ладони, совсем так, как недавно держала его Вика:
– Ты как, в порядке? Ничего не сломано? Прости…
Влад холодно посмотрел на нее и отодвинул ее руки от себя.
– Не приближайся ко мне, – сказал он спокойно.
Он поднялся на ноги и нетвердой походкой ушел обратно на первый этаж.
– Мать, ты зачем так с ним? – ошарашенно пробормотал Аркадий.
У Белки на глазах навернулись слезы.
– Отстаньте от меня! – крикнула она и побежала вверх по лестнице.
Вика пошла следом за ней.
В голове у нее все крутилась фраза директрисы «Ни одного попадания». Соврала ли та, чтобы вывести ребят на чистую воду, или Аркадий действительно написал на бумажке не ее имя? Он же действительно куда больше внимания уделял Белке. А кого тогда указала она? Видимо Влада. И что тогда вот сейчас только что было? За что она его ударила и, главное, как? И то, как она бросилась к Владу, было неподдельной заботой. Он же ей действительно нравился. Это ведь Белка настояла на том, чтобы взять его с ними за компанию. Зачем тогда бить?
Ничего не понятно.
Вика горько усмехнулась. Ну и компания у них получилась. Любовный четырехугольник. Каждый зависим от каждого. Рано или поздно это должно будет закончиться большим взрывом. Не таким, как сейчас. По-настоящему большим и травмирующим. Но и предотвратить его тоже невозможно. Они уже крепко запутались друг в друге.
