безопасности? — спросила шёпотом у Гордэра. — У меня чесалась кожа под браслетом.
— Я в порядке, — так же тихо ответил он. — Испугался за тебя, когда церемониальная карета исчезла. Но потом понял, что отец решил прибегнуть к испытанию, которое не вспоминали столетиями. Впрочем, это ему не помогло — небесный дракон одобрил наш союз.
— Вообще-то выбраться из кареты мне феи помогли, — негромко призналась я.
— Дело не в карете, — едва заметно улыбнулся Гордэр. — Мне тоже ожгло запястье.
Тут мы подошли к королю. Тот кисло улыбнулся и нехотя произнёс:
— Волей небес я одобряю кагханию наследника!
В зале поднялся ужасный шум, люди кричали, хлопали, нас окружили, шумно поздравляя. Я же крепко держала руку своего кагхана, непонимающе глядя на неё. Как и у меня, помолвочного браслета больше не было.
Вместо магического украшения на коже золотилась удивительно красивая татуировка в виде дракона. У меня была такая же, но в зеркальном отображении. И сейчас, когда наши руки были сомкнуты, существа смотрелись, как большое золотое сердечко.
Глава 28
Когда церемония бала завершена, Гордэр проводил меня в небольшой сад. Окружённый со всех сторон стенами замка, он казался оазисом в каменных джунглях. Здесь росли пышные розы, тянулись к солнцу нежные ирисы, покачивались яркие гладиолусы и кружил голову сумасшедший аромат пионов.
— Невероятно, — я недоверчиво огляделась и потрогала бархатный лепесточек. — Как в моём мире. Откуда это здесь? Может…
С надеждой посмотрела на кагхана. Он понимающе улыбнулся и мягко проговорил:
— Никто не знает, почему здесь выросли эти цветы. Раньше здесь был дворик, где прислуга сушила бельё. Но в какой-то момент слуги заметили, что из-под камней пробиваются ростки. Сначала с ними боролись, полагая, что это сорняки, но когда распустился первый цветок, моя мать запретила трогать растения. А потом наняла садовника.
— То есть, неизвестно, как эти цветы оказались в вашем мире? — понимающе проговорила я и вздохнула.
Гордэр сделал шаг и взял меня за руку. Привлёк к себе и посмотрел в глаза:
— Ты хочешь оставить меня и вернуться, Дана?
— Надо помочь детям, — тихо ответила, умолчав, чего хочу сама.
До момента, пока не увидела цветы, полагала, что влюбилась к кагхана и мечтала провести с ним жизнь. Но стоило ощутить аромат пионов, как сердце болезненно сжалось, ведь я вспомнила, что именно их мне всегда дарил папа на День рождения.
С губ всё же слетело признание:
— Я скучаю по родителям. — Обняла Гордэра и, прижавшись щекой к его груди, мечтательно протянула: — Вот бы оказалось, что этот дворик — дверь в мой мир. Тогда бы я вернула девочек и мальчиков родителям, а сама навестила папу и вернулась.
Он поцеловал меня в макушку и негромко пообещал:
— Я сделаю всё, чтобы исполнить твоё желание, моя кагхания.
Мы стояли, наслаждаясь близостью друг друга, а вокруг нас сверкали солнечные искры.
— Эй, — отстранившись, я глянула вверх и при виде Фелосиаль, старательно осыпающей нас пыльцой, покачала головой: — Так и знала. А сначала удивилась, и чего это у меня ноги от земли отрываются?
— Думала, от любви? — иронично спросил Дэдж. Брат Гордэра вынырнул из куста роз и протянул мне один цветок. — Или от предвкушения первой законной ночи?
— Тс, — испуганно приложила палец к губам, поскольку из цветочных зарослей один за другим выбегали дети.
— Фелосиаль! — тряхнув рыжими кудряшками, Полина со смехом бросилась догонять свою фею.
Матвей протянул руку, помогая вылезти худенькой Эле, а их феи нетерпеливо кружили над головами, завистливо поглядывая вслед Фелосиаль и её девочке. Существам тоже хотелось веселиться, но они не бросали своих людей.
— А где Рустам и Амалия? — спросила я и заглянула за куст, нос к носу столкнувшись с испуганной Леей. — Ой!
Сестра кагхана отпрянула и, уколовшись, зашипела от боли. Я помогла ей не упасть и вылезти из-под куста. Удивлённо осмотрела девушку, с сожалением замечая порванное платье и царапины на руках.
— Зачем вы там спрятались?
— Надеялись, что вы поцелуетесь, — засмеялся Дэдж. — Детям почему-то безумно хотелось подсмотреть за вами.
— Глупости, — серьёзно проговорил Рустам. Он оказался за нашими спинами, видимо, скрываясь до этого в тени виноградной лозы. — Вы просили нас спрятаться, чтобы устроить сюрприз.
— Ах да, — беззаботно улыбнулся Дэдж и взмахнул руками: — Сюрприз!
Над его головой задорно затанцевали феи, осыпая брата моего кагхана и нас золотой пыльцой. Рустам взял паучка, вытянул руку, и с воздух взметнулась серебристая паутина, раскрываясь на лету, будто кружевной парашют.
— Пуф! — подражая выстрелу салюта, воскликнул он.
— Дети сказали, в вашем мире так принято, — иронично пояснил Дэдж. — Это называется праздник.
— Да, очень похоже, — я благодарно кивнула мальчику, и он отошёл к друзьям. — У нас вечеринки и салют, у вас бал и мясо заключённым. Кстати, а почему им дают его только в праздник? Такое наказание?
— Мы же драконы, — коснувшись браслета, поучительно сказала Ллея. Её наряд вмиг сменился, потрясая воображение красотой и изяществом. — Без мяса слабеем. Если заключённых кормить лишь растительной пищей, их проще контролировать. Или они обратятся и сбегут. Конечно, всех поймают и накажут ещё сильнее, но замок придётся отстраивать заново.
— Вот оно как, — протянула, думая вовсе не о гипотетических заключённых. Повернулась к Гордэру: — А почему платья шиериек магические, а церемониальный наряд кагхании наследника трона нет?
— Кх, — поперхнулся Гордэр, а его сестра неожиданно зарделась.
И лишь Дэдж не смутился. Шагнув ко мне, он широко улыбнулся:
— Сейчас я тебе всё расскажу…
Но был стиснут в объятия кагханом, который зажал брату рот и оттащил в сторону. Ллея последовала за ними, а ко мне подбежала крошка Амалия. Впервые её круглое личико светилось от искренней радости. Девочка потянулась ко мне, раскрывая ладошки:
— Смотри, что я умею!
Я удивлённо глянула на два лепестка розы, которые лежали в руках ребёнка. Амалия сложила ладошки и хитро глянула на меня, а когда снова их развела, в воздух вспорхнула розовая бабочка.
Живая!
Глава 29
В саду было очень весело!
Дети играли с феями, Рустам возился с Флафли, Дэдж практиковался в красноречии, а его сестра старательно изображала из себя недотрогу. Кагхан же молча пожирал меня глазами, а я старалась не замечать этого и не краснеть слишком уж явно, хотя сгорала от любопытства.
По какой причине платье кагхании не волшебное?
— Почему мы так долго гуляем? — спросила Эля.
Девочка явно устала бегать и присела рядом с Рустамом. Не отвлекаясь от игры с паучком, тот меланхолично предположил:
— Думаю, мы прячемся.
— От кого? — заинтересовалась она.
Дети посмотрели на нас
