Собственно, десять дельтианцев должны были стать ударной силой бунта: Стивен был уверен, что остальные его сторонники если и переживут утро, то ненадолго. Слишком много было в номаде Айвери тех, кто всё ещё горой стоял за Рональда.
Пора было приниматься за дело. Подсадной «пленный касадор из вадсомада» уже был связан и стоял на коленях у крыльца фургона. Дело оставалось за малым – поднять бучу. И Стивен считал, что с этим он справится на отлично…
– Убили!!! – заорал он во всё горло. – Как убили?! Их же было десять человек, сукин ты сын!
Пленник дёрнулся и сжался. Этот несчастный действительно был касадором из вадсомада: вот только привезли его дельтианцы совсем из других земель. О том, что его ждёт, он не знал, считая, что ему банально придётся сыграть роль пленника, а потом обрести свободу. Но уж кто-кто, а Рональд умел добывать сведения из пленных… Поэтому несчастному оставалось жить считанные минуты.
– Ты видел их тела?! Ты был там?! – кричал Стивен, с удовлетворением подмечая, как из фургонов вокруг выбираются люди.
– Да… Их было десять. Мы перебили всех… – заученно сказал пленник. Лицо ему изукрасили ещё накануне, пообещав отпустить и отсыпать деньжат, если всё скажет, как надо. – В моих вещах лежит винтовка одного из них… «Томас» двадцать первого года…
Найти нужную винтовку и привести её в тот же вид, что у Иоганна, было тяжело. Однако никто и не собирался её показывать вблизи – только издалека. И когда один из дельтианцев достал винтовку, по рядам сборщиков и касадоров прокатились шепотки: «Это Иоганна… У Иоганна была такая… «Томас» Гана… Не могу поверить…».
– Как это случилось? – спросил Стивен, заметив, как из фургона вышел его брат. – Рассказывай!
– Мы уходили через Пальцы Стервятника… Они ехали по следу. Наш главарь, Ивар… Он приказал остановиться и приготовить засаду. Вчера днём мы подловили их в проходе и перестреляли с уступов… Тела бросили чуть в стороне…
Во время рассказа Стивен как бы невзначай сместился за спину пленнику и пустил скупую слезу, а когда тот закончил – выхватил револьвер и выстрелил в затылок.
– Сукины дети… Ублюдки… Ты!.. – Стивен перевёл взгляд на Рональда. – Ты их всех погубил!
– Нужно найти тела, – начал было Рональд, но его прервали.
– Какие, етить тебя, тела?! Ты убил пацанов, отправив их на верную смерть!..
– Рон, ты вконец омудачился! – раздался голос одного из сторонников Стивена.
– Бога ради, Рон!.. – Роза тоже не осталась в стороне. – Тебя ведь просили не отправлять одного Дана! Не отправлять неопытных парней на смерть!
– Они попали в засаду по своей неопытности! – воскликнул Стивен с хорошо прочувствованной ноткой горечи. – Будь с ними хоть один серьёзный касадор, этого можно было избежать!..
«Ну давай же, брат! Пойми, что происходит! Давай! – думал он, глядя Айвери-старшему в лицо и выискивая признаки осознания. – Тебя предали, сволочь! Предали! Пойми ты уже!..».
Рональд покачал головой и произнёс именно то, что от него и ожидалось.
– Перед тем, как утверждать, что они умерли, надо ещё увидеть тела! – он кинул тревожный взгляд на фургон Старика, но оттуда почему-то никто не выходил. – Дан опытный, хоть и молодой касадор. Он будет поумнее многих здесь кричащих о неопытности!..
– В самом деле! – заметил один из ветеранов. – Уж в Пальцы Стервятника он бы не полез, ничего не разведав!
Стивен был уверен, что полез бы. Он давно наблюдал за мальчишкой – отморозок, немного туповат, но умеет это неплохо скрывать. Если бы Дан был предан не Старику, а ему – был бы идеальным касадором. Но всё сложилось, как сложилось. Стивен и сам удивился, что в погоню вместе с Даном отправилось ещё несколько человек. И это после того, как люди Ивара увели только четырёх женщин. Чистое везение, не иначе!..
Со стороны соседей подтянулись несколько касадоров – послушать, что происходит. Появился и сам Йохан Беккер. Он состроил встревоженное лицо и подошёл поближе.
– Правила есть правила! – рыкнул Рональд. – Их кровью писали!
– Да ты уже трактат кровью написал, сволочь! Где мой сын?! Где Вольф?! – закричала Маргарет, вцепившись в руку побледневшего, как мел, мужа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Уймись, Маргарет! – потребовал старый касадор Джон Грин, приходившийся братом её супругу.
– Расходитесь! – Рон приказал именно то, что от него и ожидали, потому что непредсказуемость в его действия всегда вносил Старик. – Расходитесь, мы съездим к…
– Рональд Айвери! Никуда ты не поедешь! – произнёс Стивен отрепетированно охрипшим голосом.
– Стивен, не надо так…
– Ну наконец-то!..
Касадоры принялись подтягиваться к месту стычки, а Рональд, в конце концов, посмотрел в лицо брату. И то, что он увидел там, ему совсем не понравилось. Ненависть… Всегда, с той проклятой ночи, когда убили родителей и сожгли дом, он пытался загладить свою вину. Он старался дать брату то, что тот потерял на Старом Эдеме, не замечая, что давно уже дал во много раз больше. Он чувствовал ненависть Стивена – и очень надеялся, что когда-нибудь она пройдёт.
Не прошла…
Стивен смотрел в глаза ненавистного брата, а видел лишь трупы родителей и догорающие остатки дома. Он так хотел, чтобы брат прочитал ненависть и презрение на его лице… Чтобы понял, за что именно сейчас пристрелят и его, и его сторонников. Но Стивен не знал, получится ли у него в нужный момент выразить свои чувства. Поэтому сейчас он просто вспоминал. И снова ненавидел. Будто из спрятавшихся в золе углей раздувая в своей душе тот же пожар, что полыхал в нём в ту проклятую ночь…
Братья встретились взглядами… И неожиданно им обоим стало понятно, что уйдет отсюда только один. Этот вариант Стивена не устраивал, потому что он хотел судилища, хотел позора и страданий Рональда…
Зато Рональд привык, единожды приняв тяжёлое решение, действовать. Его револьвер скользнул в руку, будто по волшебству – и только толчок в плечо одного из дельтианцев спас Стивена от немедленной смерти. Пуля пробила левое плечо, не задев кость и пройдя насквозь через мягкие ткани. В правой у Стивена был уже взведённый револьвер, и он, не задумываясь, спустил курок – нацелившись брату в живот и надеясь, что хотя бы умирать тот будет долго и мучительно…
Визг женщин, испуганный плач детей, крики мужчин, ругательства и грохот стрельбы воцарились в номаде Айвери. За Рональда были самые опытные бойцы, а за Стивена шли дельтианцы, несколько касадоров Йохана Беккера и те касадоры Айвери, кто поддался лживым речам.
Но сам Стивен не принимал в этом больше участия. Он заполз под фургон, зажимая рану, и оттуда смотрел на кровавую бойню. Его охватил какой-то безотчётный страх за свою жизнь. Он вовсе не хотел быть тем, кто героически умер, свергая мерзкого тирана Рональда. Стивен мечтал быть тем, кто победил и сполна получил всё причитающееся.
Вокруг свистели пули, воняло порохом и кровью. Под фургон вкатился один из верных касадоров Рональда, не заметив Стивена, и тот воспользовался моментом: пустил ему пулю в спину со стороны сердца. Однако гад не умер сразу. Он успел обернуться и с ненавистью посмотреть на зачинщика бунта, и лишь потом обмяк на земле.
А затем всё вокруг стихло… Стивен вылез из-под фургона. Он убедился, что вокруг нет никого, кто был бы свидетелем его позора, и пошёл в центр лагеря.
Вокруг лежали трупы касадоров. Однажды Стивен уже видел такое… В одном из номадов не поделили власть. Силы были примерно равны, и участники конфликта просто перестреляли друг друга. Выжили лишь три касадора и пятеро сборщиков. Увы, но сборщики всегда становились стороной конфликта, хотя и не были касадорами. Придётся Стивену искать новых.
Отец и мать Вульфа, например, умерли вместе. Женщина пыталась заслонить своего мужа. Стивен глянул на их тела и попытался понять, на чьей же стороне они выступили. Однако так и не понял. В устроенной бойне не могло быть ни сторон, ни предпочтений.
У фургона Рональда лежал его хозяин. Вокруг него столпились шестеро дельтианцев, двое касадоров Беккера и сам Йохан.
