Читаем без скачивания Дорога жизни - Александр Тамоников

Именно поэтому, глядя на подробную карту, майор неплохо представлял местность во всех деталях. С юго-запада до Токмуза полз длинный хребет, вдоль которого тянулось ущелье. Местами он пересекался складками рельефа и плохо заметными тропами, которыми пользовались местные пастухи. Противоположный склон выглядел пустынным, словно по нему прошлось пламя, вылетевшее из гигантского огнемета. Деревьев тут было очень мало. В основном редкий кустарник да кочки пожухлой травы меж камней на рыхлом грунте светло-бежевого цвета.

За прошедшие полгода здесь ничего не изменилось. Некоторые детали, бросающиеся в глаза, отпечатались в памяти Сергея с поразительной четкостью.

К примеру, хилое деревце с изогнутым стволом и реденькой кроной, одиноко торчащее из склона. Точно! В прошлый раз он с товарищами проходил мимо и задержал на нем свой взгляд.

Или вот та группа кустов, с данной точки обзора напоминающая реликтового ящера, греющегося на солнце. Висящая вытянутая голова, растопыренные лапы, изящное туловище и длинный хвост, утончающийся к кончику.

– Оклемались? – справился майор, и народ стал нехотя подниматься. – Погнали, парни. На месте отдохнем как следует.

До северной оконечности ущелья они добрались к вечеру. Бойцы упали перед оконечностью пологого склона, отдышались.

«Так даже лучше, – подумал майор, осматривая в бинокль местность. – За ночь пройдем еще немного, потом рассредоточимся и обживемся на позициях. А с утра приступим к работе».

Наблюдательные посты должны были находиться на оптимальном расстоянии от селения. Не слишком близко, иначе бойцы рискуют засветиться, но и не за пять верст, дабы детально рассмотреть искомые объекты. Хотя ЗУ-23-2 не иголки. Скрыть их трудно.

Эта зенитная установка, очень удачная по всем параметрам, с 1960 года производилась в СССР. При ее разработке за основу было взято орудие легендарного штурмовика, «Ил-2». Позже выпуск по лицензии был налажен в Египте, Чехии, Словакии, Болгарии и Финляндии. Боеприпасы к ней вообще штамповались в десятке стран.

Вес у зенитки был невелик. Для большей мобильности они часто устанавливались на пикапы или грузовики. В таком виде эти установки использовались и головорезами из Исламского государства.

Однако бандиты были не столь глупы, чтобы выставлять такую технику напоказ. Зенитки, не так давно полученные ими, наверняка спрятаны в глухих дворах и надежно замаскированы сетками. Или же они отведены на лесистую окраину селения и завалены ветвями, срубленными с деревьев.

«Завтра будем посмотреть, – повторил про себя любимую поговорку Жилин. – А сейчас надо бы остановиться и дать мужикам передохнуть. Заодно не мешает поглазеть на карту и выбрать точки для наблюдения».

Ротным Жилин прослужил всего полтора года, после чего пошел на повышение и стал начальником штаба батальона. Именно на этой должности офицер набрался командно-штабного опыта, а потом угодил в Москву – в Управление специальных мероприятий Министерства обороны РФ.

Так получилось, что в бригаду с проверкой приехала большая комиссия, в состав которой входил и Северцов, носивший тогда погоны подполковника. Комиссия была комплексной, проверяла все, начиная от бытовых условий и заканчивая физической подготовкой.

На крепкую фигуру капитана Жилина Северцов обратил внимание еще при первом построении личного состава бригады. Начальник штаба батальона был выше сослуживцев на полголовы, широкоплеч, при этом отличался необыкновенной мягкостью движений. Его батальон по итогам первых двух дней проверки показал лучший результат.

А на стадионе во время сдачи нормативов начальник штаба и вовсе поразил московских гостей своими незаурядными физическими способностями и редкостным умением владеть своим телом. Брусья, перекладина, сектор для прыжков в длину, полоса препятствий… Любые снаряды и упражнения покорялись ему без сопротивления. Он делал все с удивительной легкостью.

– Капитан! – окликнул его Северцов после километрового кросса.

Тот прибежал к финишу первым и вовсе не выглядел уставшим.

– Слушаю вас, товарищ подполковник.

– Спортом давно занимаетесь?

– С детства.

– Вы ведь начальник штаба батальона, верно?

– Так точно.

– Службой в бригаде довольны?

– А чего жаловаться? – осведомился Жилин. – За что боролся, на то и напоролся.

– Это верно, – с улыбкой проговорил Северцов и спросил: – А не хотели бы вы попробовать себя на другом поприще?

– На каком?

– Ну, так скажем, на довольно рискованном, но и куда более интересном.

– Спецназ, что ли?

– Что-то вроде этого. А конкретно речь идет о командовании небольшим подразделением управления спецмероприятий.

– Не слышал о такой структуре, – честно признался капитан.

– О ней мало кто знает. Только узкий круг лиц, имеющий непосредственное отношение.

– Пока не могу сказать. Слишком уж неожиданно ваше предложение.

– Давайте пройдемся. – Подполковник кивнул на аллею, тянущуюся вдоль стадиона.

Прогуливаясь в тени молодых деревьев, он поведал капитану о некоторых аспектах будущей работы, задачах, командировках, особенностях. Не обошел и вопрос зарплаты.

– Оклад у вас будет в полтора раза выше нынешнего. Плюс премиальные за каждую операцию. Кстати, вы женаты? – полюбопытствовал Северцов.

– Пока нет.

– О жилье тоже не беспокойтесь. Однокомнатную квартиру вы получите сразу.

– Товарищ подполковник, разрешите подумать?

– Обязательно подумайте. Только недолго. Моя командировка здесь продлится еще двое суток. К моменту отъезда я должен знать о вашем решении.

К отъезду Северцова Жилин созрел. Он посоветовался с комбатом, побывал на приеме у комбрига. Те, как ни жаль им было расставаться с хорошим офицером, посоветовали ему принять предложение подполковника, приехавшего из Москвы.

Одиннадцать крепких мужчин в камуфляже и с оружием бесшумно двигались в темноте по дну пологой балочки, оконечности длинного и глубокого ущелья. Пятидесятикилометровый марш-бросок подходил к финалу.

С наступлением темноты идти стало легче. Изнуряющая духота сменилась желанной прохладой. Теперь бойцам не требовалось через каждые полчаса снимать с пояса фляжку и припадать к ее горлышку.

Их по-прежнему продолжало беспокоить главное неудобство этого ночного марш-броска – камни под ногами. Бойцы постоянно спотыкались, изредка падали и негромко перебирали богатый запас русского мата.

Головным дозорным шел штатный снайпер группы Жилина прапорщик Гаврилов. Он периодически останавливался, поднимал винтовку с ночным прицелом, тщательно осматривал местность, затем подавал знак командиру. Тот подводил остальных ближе, а снайпер продолжал выбирать дорогу.

К двум часам ночи бойцы дошли до точки, в которой им предстояло разделиться на три отряда.

– Первой группой буду командовать я, – объявил майор, присев на большой валун.

Его голос был жесткий, как наждачная шкурка. Подчиненные в такие моменты и не помышляли о разговорчиках или шутках.

– Со мной пойдут Сторский и Федоров. Командир второй группы – капитан Туренко. С ним отправятся Курко, Юрченко и Гурьев. Третью группу поведет старший лейтенант Смирнов. С ним прапорщики Соболь и Гаврилов.

Каждый названный боец кивал и пересаживался поближе к командиру, назначенному для него. Последний инструктаж перед началом операции происходил быстро и по-деловому.

– Командиры отрядов, подойдите ближе, – распорядился Жилин, включил небольшой фонарь, осветил карту и продолжил: – Задача перед нами стоит следующая: осмотреть селение Токмуз на предмет наличия там бандформирований. Более всего наше командование интересуют три установки ЗУ-23-2. По данным разведки, двое суток назад они на грузовиках проследовали в направлении данного селения, теперь могут быть спрятаны во дворах или на лесистой окраине. Поэтому распределимся следующим образом. Я подбираюсь к селению со стороны балочки и осматриваю южную часть. Капитан Туренко занимает высотку с севера Токмуза. Оттуда его отряду будет проще заглянуть во дворы домов. Смирнов огибает селение с севера и проверяет вот этот лесок. – Майор показал на карте зеленое пятно, граничащее с Токмузом на востоке. Всем отрядам во время наблюдения постоянно находиться на связи. Зенитки в эфире называем перфораторами. Вопросы есть?

Вопросов не последовало.

– Тогда вперед, парни! – приказал командир, выключил фонарь и поднялся с валуна.

Оказавшись в распоряжении управления спецмероприятий, молодой капитан не сразу стал командиром группы. Сначала ему пришлось пройти курс обучения в специальном закрытом центре.

«Зачем мне опять учиться? – удивлялся про себя Жилин, получая на складе комплект повседневного и спортивного обмундирования. – Пять лет за партой в Рязани, столько же в бригаде ВДВ с бесчисленными командировками в Чечню. Неужели все, что я освоил за эти десять лет, теперь не в счет?»