дыхательных упражнений.
Однажды, проходя мимо палаты, заведующая отделением услышала мою фразу «Дышать и Любить» и прокомментировала: «Я бы сказала: «Любить и Дышать»! Все верно!
История любви
Любите… У выдающегося кардиохирурга академика Владимира Андреевича Алмазова в его кабинете в клинике Первого медицинского института стояла склянка с заспиртованным сердцем. Каждый студент знал историю этого сердца. Когда Алмазов был еще студентом Первого медицинского, в клинику института поступила девушка с подострым септическим эндокардитом. Это страшное заболевание и сейчас дает большой процент смертности, а тогда ее считали безнадежной. У девушки держалась температура под сорок, сердце отказывало. Ее без особых результатов осматривали ведущие профессора и, как водится, вереница интернов.
В числе практикантов был один талантливый и внимательный. Будущий врач не предложил революционного метода лечения эндокардита, он просто влюбился – девушка была очень симпатичной. Стал каждый день наведываться в палату, носил цветы. Умирающая девушка тоже его полюбила. И потихоньку начала выздоравливать.
ОНИ ПОЖЕНИЛИСЬ,
родили детей, на свою серебряную свадьбу пригласили лечивших ее врачей. А когда через много лет она умирала, свое сердце завещала Первому медицинскому институту. Чтобы помнили: больное сердце лечится сердцем любящим!
Отделение гинекологии
Что скрывать, я скучаю по дежурствам, операциям, конференциям, обсуждениям сложных случаев. Доверие врачей, принимающих по скорой женщин с острыми состояниями, такими как маточные кровотечения; разрывы яичника, кисты, маточной трубы; несостоявшаяся беременность; самопроизвольный аборт; внутрибрюшное кровотечение и др. и круглосуточно оперирующих, надо было заслужить.
Работа в этом отделении для врачей и инструкторов ЛФК не представляла особой трудности: провести лечебную или дыхательную гимнастику женщинам на следующий день после операций. ЛФК в гинекологии обычно шла в нагрузку к более тяжелым (по сложности) отделениям: травматологическом, нейрохирургическом, в ожоговом центре, в отделениях трансплантации, кардиохирургии, постинфарктной кардиологии, реанимации. Получив такую «нагрузку», я оказалась в своей стихии и с энтузиазмом взялась за дело.
В стационаре, особенно в «Склифе», пациентки задерживаются максимум 7–10 дней. Первые трое суток в плане профилактики осложнений самые показательные. Изучая истории болезни, применяя свою методику, я находила индивидуальный подход к каждой женщине. Помимо дыхательных упражнений необходимо научить правильно вставать и ходить, обучить лечебной гимнастике для дистальных отделов, показать биологически активные точки для самостоятельного пользования на постгоспитальном этапе. Нужно провести психофизическую реабилитацию с женщинами, подбодрить, успокоить, выяснить потребность в консультации психолога.
Попадая в «Склиф», женщина испытывает стресс, боль, горечь потери или желание стать матерью даже вопреки прогнозам врачей. В такие моменты необходимы поддержка и психологическое сопровождение. Иногда, чтобы помочь пациентке принять ситуацию и свой диагноз, не вводя ее в заблуждение, а иногда помочь женщине обрести надежду и не сдаваться. Заглядывая в палаты, я отвечала на вопросы, проводила мини-лекции, поднимала настроение, рассказывала анекдоты, и, как правило, равнодушных не было. Иногда мы всей палатой пели песни не только для настроения, а еще для профилактики застойных явлений в легких. Я рассказывала свою историю, женщины воодушевлялись.
Когда коллеги направляли мне пациенток перед выпиской для занятий в зале ЛФК, я показывала гимнастику для укрепления мышц тазового дна с целью профилактики опущения и выпадения органов малого таза. Я организовала обучение гинекологов в зале ЛФК, чтобы снабдить их рекомендациями по лечебной физкультуре. Занятия проходили весело, шумно, под музыку, а главное – с пользой. Для многих это оказался новый опыт.
Я рада, что моя первая специальность пригодилась пациенткам, коллегам и мне самой как тренеру и как женщине.
А эту тему я хочу завершить практическими рекомендациями для женщин (см. прил. 5).
Работа в нейрохирургическом отделении
НАВЕРНЯКА
вы слышали фразу «все болезни от нервов». Верно, недооценивать координирующую функцию центральной нервной системы не стоит, ведь именно мозг управляет деятельностью внутренних органов, физиологическими и биохимическими процессами, двигательными реакциями.
В глубоких отделах головного мозга формируются эмоции, которые, в свою очередь, активизируют физиологические и психические процессы. Отрицательные эмоции, такие как гнев и возмущение, усиливают деятельность системы кровообращения, страх и тревога – работу сердца, повышая кровяное давление, и одновременно тормозят функции желудочно-кишечного тракта. Это приводит к изменению в химическом составе крови и повышению ее вязкости, что, в свою очередь, ведет к тромбообразованию и является угрозой для сердечно-сосудистой системы.
В отделение нейрохирургии поступают больные с межпозвоночными грыжами, опухолями мозга, позвоночными и черепно-мозговыми травмами, аневризмами сосудов головного мозга и другими заболеваниями нервной системы, требующими хирургического лечения. После операции пациентов переводят в реанимацию, и мое первое знакомство с ними начинается здесь. Процесс реабилитации в реанимации отличается от такового в нейрохирургическом отделении. Здесь мои инструменты – профессионализм и доброжелательность. Людям без сознания и на аппарате ИВЛ нужны в основном только пассивная гимнастика, в сознании – активно-пассивные и дыхательные упражнения. Это может сделать любой инструктор.
Поэтому в отделении как специалист я наиболее эффективна, ведь у меня есть непосредственный контакт и обратная связь с пациентом и возможность применить мою методику. Измерять параметры тела, чтобы выписать корсет или воротник, заниматься гимнастикой, вертикализацией и дозированной ходьбой – это нужная, но несколько рутинная работа. Я подключала творчество, энтузиазм и свою методику. Тем более что ограничение движения, временное отсутствие чувствительности в конечностях больные воспринимали как ограничение свободы. Пессимизм, страх за будущее, чувство вины перед родными за хлопоты по уходу и за денежные траты. И в этих ситуациях как никогда срабатывал мой подход. Я беседовала с больными, вовлекала в разговор, рекомендовала и читала им настрои Г. Сытина: «Мысли, творящие здоровую нервную систему», «Мысли, укрепляющие позвоночник и весь опорно-двигательный аппарат», «Всегда здоровая нервная система. Том I», «Всегда здоровая нервная система. Том II», «Продление трудоспособной жизни».
Были случаи, когда пациент не приходил в сознание или находился в вегетативном состоянии, и у родных опускались руки. Во-первых, важно поддержать родственников, объяснить, что их низкий эмоциональный тон может ухудшить состояние больного. Поэтому я давала им такие советы:
1) нужно самим держаться на высоких тонах, повышать ОЭПС (см. главу 7);
2) занять себя, отвлечься от негативных мыслей;
3) разговаривать со своим родственником, читать ему настрои. Знакомые вибрации голоса, звуки голоса близкого человека будут
