— Ты, конечно, не должна была принимать такое решение без моего ведома, — строго сказал Маркус, — Но в свете последних событий… Ладно, я бы тоже так поступил.
— Что за события? — поинтересовалась я, разглядывая его комнату. То, что принц приложил свою руку в ее оформлении — это точно. Покои выполнены в темно синих и коричневых тонах. Никакой особой шикарности и блеска не было, но то, что выглядело это все очень стильно — бесспорно. Этакий королевский минимализм.
— Узнаешь на балу! — хитро ответил он. А потом зашел мастер Пю выпроводил меня, сообщив, что ему нужно подготовить принца. Ага, косички ему нужно заплести и губы подкрасить.
Следующим пунктом моей развлекательной программы была комната Кенара. Но перед этим я черкнула Корнелии записку: «С человеком, по чьей халатности у тебя началась аллергия, разобрались. Потом расскажу» и отправила со слугами. Эта записка бы успокоила принцессу.
В покои Кенара я зашла без стука, за что и поплатилась. За чайным столиком сидели три высокопоставленных персоны: Сицилия, Патрисия и, собственно говоря, сам Кенар. Женщины семейства Босн уже были облачены в бальные одеяния, что значило, что они прибыли на бал пораньше и решили пообщаться с внуком-сыном.
— Добрый день леди Патрисия, леди Сицилия — сказала я, сопровождая слова реверансом. Да, в узких брюках реверанс делать совсем не сподручно.
— Добрый день — кивнула Сицилия — Ланари, а вы знали, что заходить в покои одинокого холостяка без стука чревато последствиями?
Где-то я точно слышала подобную фразу.
— Ну что вы, мама, — елейным голосом произнесла Патрисия. Очень странно, она первая должна была рассердиться на мой «аморальный» поступок, — В ее скорообретенном статусе она вольна делать все что ей угодно.
Так тааак, что это за статус такой?! Я удивленно глянула на Кенара, он не менее удивленно на меня, а потом на мать. Сицилия молча посмеивалась в кулачек.
— Мама, о каком статусе ты говоришь?
— На балу узнаете — загадочно ответила она.
Эту фразу я тоже где-то слышала. Ладно, на балу так на балу. Будем решать проблемы по мере их поступления… Главное, чтоб меня не попытались выдать замуж, а с остальным точно справлюсь…
— Вы же пойдете на праздник вместе?… Думаю, что вы прелестно смотритесь рядом друг с другом. Кстати, Ланари, ты удивительно выглядишь, — сказала Патрисия. Тот добродушный тон мне определенно не понравился. Происходит что-то очень странное.
— Я иду с леди Вон — поморщившись сказал Кенар — Утром я выслал ей приглашение и она его приняла.
Удивление в глазах двух герцогинь — бесценно.
— Кенар, у тебя очень изменился вкус в девушках — строго произнесла Сицилия, — При чем в худшую сторону.
— Это вынужденная мера. В данный момент я не хотел бы это обсуждать — не менее строго ответил Кенар — Ланари, что ты хотела?
— Мне нужна была твоя помощь. Но мне бы не хотелось отвлекать тебя от семьи — улыбнулась я.
— Что вы, Ланари. — тем же елейным голосом произнесла Патрисия — Мы уже уходим. Нам еще нужно выразить свое почтение Ее величеству.
После чего они поднялись и ушли. Все странней и странней…
— Кенар, что это сейчас было?…
— У меня тот же вопрос.
— Ладно, потом все равно выясним. Но, на всякий случай, знай, что замуж за тебя я выходить не намеренна — весело произнесла я. Хотя была на 100 % уверена, что и не придется. Герцоги не женятся на «не леди».
— Веришь, нет, но я тоже не готов по прощаться со статусом холостяка, — так же весело проговорил он, тоже не веря в такой расклад, — Какая помощь тебе необходима?
— Нужно поговорить с одним садовником… — с сомнением протянула я.
Ночью я выяснила у Корнелии, какие чувства она к нему испытывает. Из всего того, что наговорила принцесса, я сделала вывод, что от скуки. Что этот Лан ей стихи посылает, крутится под ее окнами «подрезая розы», которые потом оказываются у нее на подоконнике. «А еще, у него такое тело…» — говорила она. Конечно, принцесса не очень — то будет рада, если я вмешаюсь в ее личную жизнь, но хотелось бы поговорить с этим Ланом и узнать, какие цели он преследует, а так же объяснить этому герою-любовнику, чем для него могут кончиться такие вот ухаживания. Долгой ссылкой… Но это, если он не последовал за своей невестой…
— Ты уверена? — спросил Кенар, — И что же ты хочешь у него узнать? И зачем тебе для этого я.
— Уверена. А ты поможешь мне держать себя в руках, если он сообщит мне что-то такое, что меня очень сильно разозлит…
— Так он и станет тебе говорить что-то такое…Хоть он и садовник, но… Не думаю, что он круглый дурак.
— Ты явно недооцениваешь садовников… Во всех романах, они всегда являются убийцами, к тому же…
Я достала из кармана небольшой мешочек и продемонстрировала содержимое Кенару.
— Порошок правды? — определил Кенар, — А твои методы все не меняются… Помню- помню, когда эта гадость оказалась у меня в вине… У меня, по твоей милости, были крупные проблемы, когда я сообщил профессору Присцилле, что ее предмет мне абсолютно не интересен.
— Кто старое помянет… К тому же, дисциплина этой Присциллы действительно весьма бесполезная…
— Ага, ага, горе ты мое луковое, пойдем уже.
Лана бы обнаружили в красивом саду, он сажал какие-то удивительной красоты цветы. Что ж, принцессу понять можно. Парень действительно очень красив: широкая, видно, что накаченная фигура, жесткие волнистые волосы, постриженные ежиком, ярко синие раскосые глаза, широкие брови и четко очерченные губы. С такой внешностью ему надо быть актером, музыкантом… Но никак не садовником.
— Мое почтение, — произнес он поклонившись.
Я же, чувствуя себя последней сволочью, извлекла мешочек и, взяв немного порошка в руку, дунула в него. Такой дозы хватит на полчаса. Хватит, для того, чтоб узнать все, что мне необходимо. Кенару, в свое время я подсыпала слоновью долю этой гадости.
— Лан, что ты испытываешь к принцессе? — начала опрос я, заметив, что его глаза наполнились характерным для данного препарата блеском.
— Она удивительная… — проговорил он, будто бы находясь в эйфории, — Добрая, умная, красивая…
— Какие твои дальнейшие планы на нее, — спросил Кенар.
— Я… Я же простой садовник, мне ничего не остается кроме как преклоняться перед ее идеальностью… — ну вот, а я ожидала услышать, что он хочет подняться по социальной лестнице. А тут еще один по уши влюбленный болван.
— А как же твоя невеста?
— Мелли? Она хорошая… Но я ее не люблю. Я хочу быть с Корнелией, но не могу. Иногда мы встречаемся с ней тайно, но я бы не позволил себе сделать что-то порочащее ее честь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
