в блиндаж вновь прибежал связист, сержант Жуков.
Он прошел к отсеку, отодвинул полы.
– Разрешите, товарищ майор?
– Сержант? Шифрограмма?
– Так точно, только что принял.
– Давай.
– Мне подождать?
– Будь в штабном отсеке. Я подойду.
– Понял. – Жуков исчез.
Шелестов присел за стол, увеличил свет в керосиновой лампе, достал специальный блокнот, взял лист бумаги и через пару минут прочитал:
«Центр Максу. Адрес Вальзера: Второй Речной переулок, дом 5. Когда отправишь Сосновского?»
Шелестов уничтожил шифрограмму и перешел в штабной блиндаж.
Там на нарах лежал Рябинин. За столом, отчаянно зевая, сидел Жуков, который поднялся при виде майора.
Шелестов занял его место и тут же отбил шифрограмму:
«Макс Центру. Адрес принял. Сосновского планирую отправить на машине завтра, ориентировочно в 10.00». Отправив сообщение, майор прикурил папиросу и сказал.
– Подождем. Может, еще что придет.
В ответ пришло всего одно слово:
«Утверждаю».
12 мая в полдень инженер бюро Адерса Бернард Вальзер въехал в поселок Копино со стороны Харькова. Оказавшись на улице Железнодорожной, он остановил «Опель», посмотрел на карту, двинулся дальше, свернул в Сидоров переулок, пересек площадь и въехал во двор управы. Здесь же размещалось отделение полиции и жили руководители оккупационной администрации.
Унтерштурмфюрер Зигель был предупрежден о выезде инженера из Харькова, рассчитал время прибытия, но встречать не вышел, сделал вид, что появление человека из рейха для него такая же неожиданность, как и для всех прочих.
Между тем «Опель» привлек внимание полицейских, которые осуществляли охрану административной зоны. К нему сразу подошли два пособника оккупантов.
Инженер вышел из машины.
Полицейские сняли с плеч винтовки.
– Осторожней, господа! – заявил Вальзер по-немецки.
– Аусвайс! – потребовал старший наряда.
– Вам нужны мои документы? – уже по-русски спросил Вальзер.
Полицейские переглянулись.
– А ну-ка, Степа, позови начальника, он у себя в кабинете, – сказал старший из них своему помощнику.
Вскоре к машине подошел лейтенант Георг Ленц.
– Что у вас здесь, почему посторонние?.. – начал было он, взглянул на номера и запнулся.
Они принадлежали управлению СС.
– Извините. Я начальник районной полиции лейтенант Георг Ленц.
– Бернард Вальзер. Вот мои документы. – Гость передал начальнику полиции удостоверение и командировочное предписание.
В нем указывалось, что предъявитель сего выполняет на Украине секретную миссию. Никто не имеет права вмешиваться в его работу. Более того, всем сотрудникам администраций рейхскомиссариата «Украина» вменялось в обязанность всячески содействовать господину Вальзеру.
Больше всего впечатлили Ленца подпись рейхскомиссара Эриха Коха и его печать.
Он козырнул и сказал:
– Еще раз извините, герр Вальзер. – Ленц взглянул на полицейских: – Чего встали, олухи? Марш на место!
Полицейские побежали ко входу в отделение.
– Вы к нам надолго, герр Вальзер? – осведомился Ленц.
– Вас, лейтенант, это не касается. Где комендант?
– У себя. Позвольте мне проводить вас.
Вальзер кивнул на багажник:
– Там мои личные вещи.
– Прикажете занести в комендатуру?
– Если с ними там ничего не случится.
– Об этом не беспокойтесь, – сказал начальник полиции и крикнул своим подчиненным: – Смотреть за «Опелем», никого не подпускать к нему!
– Яволь, герр лейтенант, – воскликнул старший полицай.
Вальзер усмехнулся:
– Хоть пару наших слов запомнили. Разве полиция не должна знать немецкий язык?
Ленц вздохнул и ответил:
– Учим, герр Вальзер, но пока, признаюсь, получается не очень. Они знают только «хайль», «хенде хох», «шнель», «аусвайс» и еще что-то в этом роде. Но до разговорного немецкого языка им так же далеко, как до солнца.
Ленц проводил инженера в управу.
Навстречу визитеру вышел бургомистр, но Ленц отодвинул его и заявил:
– Это не к вам.
Они поднялись на второй этаж, прошли в кабинет коменданта. Его секретаршу еще в прошлом месяце забрал с собой подполковник из штаба дивизии, стоявшей в Харькове, другой он так и не подобрал. Поэтому в приемной сидел солдат охранной роты.
При виде офицера он встал, выкинул вперед руку.
– Хайль Гитлер, герр Ленц!
– Хайль! Капитан Баур у себя?
– Так точно! Мне доложить?
– Не надо.
Ленц вошел в кабинет. За ним следовал инженер.
– Что-то случилось, Георг? А это кто с тобой? – спросил комендант.
Инженер вышел вперед.
– Бернард Вальзер. Вот мои документы.
Физиономия коменданта расплылась в улыбке.
– Герр Вальзер, мы ждали вас. Но почему вы без предупреждения? Я выслал бы людей на дорогу Харьков – Полтава, обеспечил бы вас охраной.
– В этом не было никакой необходимости.
– У нас здесь не так спокойно, как может показаться.
– Я проинформирован о действиях в данном районе русской диверсионной группы и не менее руководства в Харькове удивлен тем обстоятельством, что она еще не уничтожена.
– Сделать это не так просто. Возможно, этой группы уже нет в нашем районе. Но что мы стоим? Проходите, герр Вальзер, присаживайтесь. Коньяку с дороги?
– Я не пью.
– Сигарету?
– Не курю.
– Понятно. Тогда, может, кофе?
Вальзер опустился на стул.
– Не беспокойтесь, гауптман. Мне ничего не надо. Если только выспаться как следует. А почему вы не проверяете мои документы?
– Их наверняка проверил лейтенант Ленц.
Начальник полиции вступил в разговор:
– У господина Вальзера имеется предписание, подписанное обергруппенфюрером Эрихом Кохом.
– Да? На это я, пожалуй, взгляну.
Вальзер передал коменданту предписание.
Тот посмотрел на него и заявил:
– Понятно. Мы к вашим услугам, герр Вальзер.
Тот сунул предписание в карман безупречного гражданского костюма и проговорил:
– Повторяю, сейчас я хочу хорошенько выспаться. Перелеты, переезды, приемы. Все это, знаете ли, изрядно утомляет. Наконец я в поселке, где нет той суеты, как в Харькове, Киеве и даже Полтаве.
Комендант кивнул и сказал:
– Понятно, но несколько минут вы нам выделите, не так ли? Я должен представить вас офицерам управления, дабы потом не вышло недоразумений.
– Успеете.
– Хорошо. У нас в конце коридора есть два гостиничных номера. Они вполне приличные, со всеми удобствами.
Вальзер вздохнул:
– Знаете, гауптман, я родился в небольшой деревушке, в крохотном доме с небольшим, но цветущим садом. До сих пор помню этот деревенский запах.
Офицеры администрации переглянулись. К чему это клонит важный гость?
– Поэтому я хотел бы остановиться в частном доме, – пояснил Вальзер. – Естественно, в котором никто не проживает, поблизости от административной зоны и не совсем ветхом. Кажется, я видел такой в Сидоровом переулке, который ведет от Железнодорожной улицы до площади.
– Но это небезопасно. Там придется выставлять отдельный полицейский пост, – сказал комендант.
– Не беспокойтесь. И выставлять никого не надо. О своей безопасности я позабочусь сам.
– Уж извините, но тогда вам придется подать рапорт на мое имя.
– Конечно, я не хочу, чтобы из-за меня у вас возникли неприятности.
Баур подошел к столу, посмотрел на подробную схему поселка и заявил:
– Вы ошиблись, герр Вальзер, в Сидоровом переулке свободных домов нет. Мы,
