у вас есть опыт. Так что приезжайте ко мне как можно скорее и приступайте к съемкам первой серии Джорджа Флиба. Хотя ладно. Если это вам не по душе, тогда что вы можете предложить?
– А как насчет брачного консультанта, который выдает себя за агента ЦРУ, чтобы получить информацию для лечения его пациентов? – спокойно осведомился Чак.
– Вы меня разыгрываете? – не поверил Хентман.
– Нет, ну правда, как вам… Симулякр ЦРУ…
– Вы все-таки шутите. – Хентман покраснел, на экране видеофона его лицо потемнело.
– Я никогда в жизни еще не был так серьезен, – уверил его Риттерсдорф.
– Ладно, что у вас там с этим симулякром? – сдался Хентман.
– Симулякр ЦРУ, – пустился в объяснения Чак, – выдает себя за брачного консультанта. Но время от времени он ломается.
– А они, симулякры эти, правда так могут? – изумился Хентман. – Ломаться.
– Постоянно, – холодно подтвердил Чак.
– Что ж, продолжайте, – нахмурившись, сказал Хентман.
– Представьте, – интригующе улыбнулся Чак, – суть в том, что симулякр, черт возьми, ничегошеньки не знает о супружеских проблемах. И при этом раздает советы людям. Дав один совет, он уже не может остановиться. Даже ремонтирующие его же механики «Дженерал Дайнемикс» получат парочку наставлений. Понимаете?
Потирая подбородок, Хентман медленно кивнул:
– Хм…
– Должна же быть некая причина, – продолжил Чак, – почему этот сим себя так ведет. Мы расскажем о его сборке. Первый эпизод начнется с того, как инженеры «Дженерал Дайнемикс», которые…
– Я понял! – перебил его Хентман. – У одного из инженеров, назовем его Фрэнк Фрапп, проблемы в браке. Он встречается с семейным консультантом. Та проанализирует его проблемы и даст рекомендации – запишет все в специальный бланк. И Фрэнк возьмет эти бумаги с собой в лабораторию «Джен Ди». А там уже будет стоять новенький симулякр, ожидающий начала программирования.
– Отлично! – воскликнул Чак.
– И… Фрапп прочтет другому инженеру, назовем его Филом Круком, эти рекомендации. Вслух. Симулякр случайно запрограммируется и будет думать, что он брачный консультант. Но на самом деле это заказ ЦРУ, и тайна раскроется… – Хентман задумался. – Где это может случиться, мистер Риттерсдорф?
– За железным занавесом. Пусть будет в Коммунистической Канаде, – предложил Чак.
– Точно! – обрадовался Хентман. – В Канаде, в Онтарио. Скажем, он выдаст себя за продавца искусственной кожи. Разве они не этим занимаются?
– Вроде бы, я точно не помню, – отмахнулся Чак.
– Но вместо этого, – пылко продолжал Хентман, – он снимет небольшой офис, развесит там всякую всячину – Джордж Флиб, психолог, доктор философских наук, семейный консультант. И эти высокопоставленные партийные коммунисты с кучей семейных проблем валом повалят!
Хентман задыхался от возбуждения.
– Риттерсдорф, черт побери, это лучшая идея, которую я слышал на своем веку! – признал он. – И эта парочка инженеров из «Дженерал Дайнемикс»! Они постоянно будут в кадре – появляться, пытаясь починить сима, заставить его работать корректно… Слушайте, прямо сейчас берите аэротакси до Флориды и по пути набросайте все эти мысли, может, по приезде вы уже сочините какой-нибудь диалог. Я думаю, мы и правда наткнулись на что-то стоящее, вы знаете… ваш мозг и мой… они и впрямь синхронизируются, не находите?
– Думаю, так и есть, – подыграл ему Чак. – Я скоро буду.
Он уточнил адрес, отключился и с усталым видом вышел из будки видеофона. Он чувствовал себя опустошенным и ни за что на свете не мог сказать, хорошая получилась придумка или плохая. Но Хентман в сказанное поверил, и это было главным.
Воспользовавшись аэротакси, Риттерсдорф добрался до космопорта Сан-Франциско, там пересел в экспресс-ракету, которая должна была доставить его во Флориду.
Конапт Банни Хентмана выглядел роскошно, все его уровни находились под землей, а входы и коридоры охранялись полицией. Чак назвал свое имя первому подошедшему к нему полицейскому и через пару минут уже спускался на этаж Банни.
В огромной комнате его встретил Банни Хентман, облаченный в халат из марсианского шелка ручной работы. Вальяжно развалившись в кресле, он покуривал здоровенную зеленую сигару «Тампа Флорида». Хентман нетерпеливо кивнул, приветствуя Чака, а после представил других мужчин в гостиной.
– Риттерсдорф, знакомьтесь, это ваши коллеги, сценаристы. Этот высокий, – он указал сигарой на одного из мужчин, – Дарк Кэльв.
Дарк неспеша подошел к Чаку и пожал ему руку.
– А низкорослый лысый толстяк, – продолжал хозяин дома, – мой главный сценарист Джонс Сездей.
Темнокожий энергичный мужчина с резкими чертами лица сделал шаг вперед и тоже обменялся с прибывшим коллегой рукопожатием. Оба новых знакомых казались дружелюбными, Чак не ощутил с их стороны никакой враждебности. Видимо, его присутствие их не задело.
– Присаживайтесь, Риттерсдорф, – обратился к нему Дарк. – Перелет был долгим. Выпьете чего-нибудь?
– Нет, – отказался Чак. Он хотел сохранить ясное мышление для предстоящей работы.
– Ты ужинал? – спросил Хентман.
– Да.
– Я рассказал парням о твоей идее, – сказал Хентман. – Думаю, мы можем перейти на «ты»? – добавил он. – Ребятам, кстати, все понравилось.
– Отлично, – ответил Чак.
– Однако, – продолжил Хентман, – они тут покрутили эту идею и придумали свое продолжение… Понимаешь, о чем я?
– Я был бы рад услышать, что их идея основана на моей, – без обиняков заявил Чак.
Кашлянув, Джонс задал вопрос:
– Мистер Риттерсдорф, может ли симулякр убить человека?
Его слова привели Чака в ступор. Некоторое мгновение он молчал, уставившись на коллегу, потом честно ответил:
– Я не знаю, – и вздрогнул, будто ему внезапно стало холодно. – Вы имеете в виду, сам по себе? В автономном режиме?
– Я имею в виду, может ли человек, который им дистанционно управляет, использовать симулякра как орудие для убийства? – пояснил Джонс.
– Я не вижу в этом ничего смешного, – обращаясь к Банни Хентману, сказал Чак. – Так вся соль этой истории просто-напросто растворится.
– Постой! – воскликнул тот. – Ты забываешь о старых добрых черных комедиях. О сочетании юмора и ужаса. Взять, к примеру, «Кота и канарейку» [5], тот фильм с Полетт Годдард и Бобом Хоупом или знаменитый «Мышьяк и старые кружева» [6], не говоря уже о ставших классикой британских комедиях, в которых кого-то убивали… Раньше их были десятки.
– А еще чудесный фильм «Добрые сердца и короны» [7], – подсказал Джонс.
– Ясно, – отозвался Чак и замолчал. Он держал рот на замке, в то время как внутри все закипало от шока и невозможности поверить в происходящее. Было ли это просто дурацким совпадением? Или эта история развивалась параллельно его собственной жизни? Или – это казалось более вероятным – слизевик что-то сообщил Банни. Но если так и есть, то зачем сценаристы Хентмана взялись за это? Какой интерес у них был к жизни и смерти Мэри Риттерсдорф?
– Я думаю, – сказал Хентман, – у ребят есть хорошая идея. Самое страшное в том, что… Чак,
