пароходик. Мол, смотрите, тут у нас дремучий лес, а там... упс, тоже дремучий лес.
М-да... С добром, как Иван, и вправду работает. Как он там говорил? «Будь мне отцом, братом, нареченным». Улыбаться и кивать, а то вдруг голову с плеч снимут.
Хихикнула Яга. И пестом тихонько махнула. По воздуху. Ступа зашаталась.
— Ой, я... не серчай. Я так, для сугреву. Значит, что я с тобой как бы. Спасибо тебе, ступа. Тоже имя себе хочешь?
Ступа угукнула.
Вот здорово. Теперь еще и ступа тут с ней разговаривать станет. Учитывая ее склонности к превышению разрешенной скорости...
— Как насчет Вихря?
Ступа угукнула два раза. Радостно. Ага, разговаривать не станет. Только угукать. Но зачатки разума проявляет, и это... даже как-то здорово. Яга любовно погладила бок ступы.
— Ну, вот и договорились. Давай, Вихря, ты знаешь, где Кики живет? Я так сверху не соображу сразу...
А посмотреть было на что... Вон там река Смородина лентой вьется, темные пятна лесов прерывая, болотца то тут, то там, а вон — ого! — и великий город Переславль а башенками дворца, откуда царевичи неразумные за жар-птицей лезут. И солнышко вот-вот к закату поклонится. Пролетел день как мякина, а она и пирожков даренных попробовать не успела. Живот заворчал расстроенно.
Ступа резко пошла на снижение.
— Вихря! Не так резко! Я... первый раз летаю!
Закружилось в голове, когда леса, поля, долы сбоку оказались вместо как снизу...
Вихря с наиболее возможной осторожностью — то, что она лихач, Яга уже поняла — снизилась к тропке. Сдерживая рвотные позывы, Яга постаралась по-доброму ахнуть:
— Ну, молодчина! Прямо к оврагу кикиморьему и принесла. Умница!
Ступа довольно заурчала. Вот бы и Мег была такой. А не «нагажу на коврик!». Нет, поймать, доставить тете Иоланте и никаких больше Тридевятых для Кошки Мег!
О пестик Яга оперлась, головой помотала, чтоб туман в голове сморгнуть, да на тропинку прыгнула здоровой ногой.
— Кики! — побежала было к соседке Яга, да проклятая пятка заставила сбавить ход.
Костяная нога — в самом деле. Охнула, потянула ее за собою, пошатываясь. Что-то быстро чересчур она старухой становится.
— Кики, ты дома?..
— Кто пожаловал? — высунулась лохматая голова зеленой Кики из оврага. — Ягуся? Что стряслось?
И потихоньку яблочко на блюдечке припрятала под стол.
— Кики, — тяжело переводя дыхание, оперлась Яга о колени. — Ты можешь сегодняшних утопленников проверить? Ивана-царевича там нет? И... кошки?
— Царевича? — удивилась Кики. — Я думала, тебе дурак нравится.
— Он не дурак! — воскликнула Яга горячо. — А... откуда ты знаешь?
— Ну, — расплылась в улыбке до ушей Кикимора, — я же лесное божество. Думаешь, не ведаю?
— Я как бы тоже, — проворчала Яга. — Божество.
— Липовое, — подмигнула Кики. — Так зачем тебе царевич?
— Пошел он жар-птицу искать. Без коня. Но с моей кошкой. Не знаю, чем ее соблазнил. Хотя она и сама сбежать вечно рада... А это не совсем моя кошка, понимаешь... Моей хозяйки. Там, где я живу, в мире перевернутом. Мне нельзя вернуться без кошки Мег.
— Так не возвращайся, — пожала плечами Кикимора. — Давно тебе говорю. А дурной кот пусть себе пропадает. Зачем на болота было лезть!
— Тетя Иоланта плакать будет. Переживать. Нехорошо это, не по-людски.
— Ага! — вытянула зеленый длинный указательный палец Кики с упреком. — Вот тебе и ответ. Человек ты, а не божество.
— Ай-ли ты не знаешь, — скривилась Яга.
— Так и быть... нырну, проверю. Тут погодь, — сжалилась Кики. — Но с тебя — фрукты заморские!
— Куда я денусь. Все принесу. Пять килограммов, хочешь? Только найди мне Мег... — нервно затрясла коленками Яга.
И, пока Кикиморы не было, тихонько слезу пустила. Вот что она за человек такой? Приключения есть — устала, нет — устала, есть парень хороший — костерит его, нет парня ни хорошего, ни плохого, костерит весь белый свет. И ведь знает, что ей надо — тишина, покой, уют. А поди ж.
С Иваном легко и уютно. Но она уйдет в перевернутый мир. Сюда — так, на каникулы, ягод поесть... Кто ж думал, что Мег сбежит и потеряется. А она в реке Смородине станет купаться. Утерла щеки осмотрелась по сторонам. Налила себе похлебки — Кики снова что-то сварила. Хоть желудок задобрить, и то легче.
А так... жизнь ведь однажды всегда устаканивается. С ней — как с речкой Смородиной. Плыви себе, на небо смотри. На «солнышко», на «траву зеленую». Авось и выловишь что по дороге... Или тебя кто выловит.
Схватилась Яся за сердце. Да как же он так туда пробрался всего в один день? Или в котелке у Кики зелье приворотное вместо супа? Задумалась, в миску глядя.
Вынырнула Кики из своего болота, фыркая.
— Нет ни царевича, ни кота.
Яга перевела дух.
— Постой, давай в блюдечке еще посмотрим, — сказала мокрая Кикимора.
Достала из-под столы, потерла яблочко наливное и блюдечко
