— Что за чёрт? — выругался парень и протянул Маше оба телефона.
— Вот видишь, я не настолько глупа, чтобы не уметь пользоваться телефоном!
Программист почесал в затылке и повернулся к ноутбуку. Подарок Локи оказался тут же выдернутым, а вместо издевательства богов запущена настроенная Ваней система. Он предполагал спросить в локальной сети у соседей о неполадках со связью или хотя бы прочитать на сайте оператора. Около минуты программист усердно ждал ответа сервера, но потом его нервная система явно начала шалить:
— Ай-яй-яй-яй, жил был маленький мальчик Билл, он ручную мышку любиллл, шарик на ночь ей мыл и троянцами кормил!..
За год жизни в Москве и постоянного общения с братом и его друзьями Маша понимала, что если братик или кто-нибудь из его знакомых начинает поминать главу Майкрософта, то дела идут не плохо, а просто ужасно.
— А интернета-то тю-тю! — истерично рассмеялся Иван. — И компьютер от батареек пашет, как я раньше-то не заметил? Никаких благ цивилизации не осталось, кроме лампочки Ильича…
Он нажал кнопку выключателя. Но люстра на потолке не зажглась.
— Завтра студенты убьют Чубайса, — вздохнул программист, — и правильно сделают.
— Вань, может, от жары катаклизм какой случился? — спросила Маша, выпив остатки сока из кружки.
— Грома не слышал. Молний не видел. За окном — солнышко светит, — пожал плечами брат. — Только программа малолетнего божка обрадовала моим переселением в…
Теоретически компьютерная программа не в состоянии воздействовать на окружающую среду, но чем антропоморфы не шутят. А что, если флешка-таки осуществила вполне реальный переход в Древний Египет!? Бредовая идея, но о ней с такой серьезностью на лицах говорили Баст и Локи, что не поверить в происходящее было бы трудно. Хотя разум подсказывал, что, скорее всего, кто-то в коридоре выключил рубильник.
— Так, пойдем отсюда скорее! — Ваня взял сестру за руку и повел к двери.
Но когда молодые люди вышли на порог, они открыли рты от удивления и попятились назад в комнату. Теоретически за ее пределами должен был быть длинный коридор, а не…
Парень огляделся. Яркое солнце освещало кривую очередь из светлых однотипных домов с коричневыми окнами, занавешенными белыми тряпками. Почти на всех крышах росли в горшках не очень крупные пальмы. Так, откуда могли взяться в коридоре жаркое палящее солнце, странная улица? Жилище Ивана снаружи выглядело таким же точно строением из известняка, только с крыши свисали давно засохшие стебли вьюна.
— Что за чертовщина?
— Ваня, где мы? — схватилась за голову сестра, в ужасе понимая, что если вместо коридора общежития она вышла в какой-то другой мир, то на экзамен ей уже не попасть. Второй хвост за сессию — это весьма серьезно.
— Сенеб! — раздался где-то рядом звонкий мужской голос.
Парень повернулся в сторону говорящего. Из дома, что справа, вышел высокий худощавый мужчина с метлой. Из одежды на нем было лишь льняное полотенце, замотанное вокруг чресл и желтая косынка на голове. 'Из бани, вестимо', - подумал программист.
— О! Превед, кросафчег! Это куда я попал-то? — до ушей улыбнувшись, спросил он.
Лицо мужчины вытянулось от удивления. Вопрошающий ждал ответа, хотя, подозревал, напрасно.
— Кро…саф…чег… — пытался повторить сказанное Иваном собеседник. — Тьфу, блин, забыл кодировку поменять.
— Говорили б сразу, что сами не знаете, что происходит в моих глюках! — вздохнул программист и скрылся за дверью.
Мысли этого странного человека, парня уже перестали интересовать.
— Что это значит? — недоуменно спросила Маша, не спуская обеспокоенного взгляда с брата, который запер дверь на все имеющиеся замки.
— Нас двоих глючит! Синхронно! — Простонал он, подходя к окну и раздергивая шторы. — Маша, помнишь, что там за пейзаж?
— Естественно! Парк, там зимой можно на лыжах кататься, рельсы метро, потом кусты, а напротив общаги — стоянка автомобилей и трущобы строителей.
— Так, — остановил ее Иван, — а теперь найди десять отличий!
И он за руку подвел сестру к окну. Маша не понимающе рассматривала рощицу пальм метрах в ста от окна, лазурно-голубую речку, рядом с которой возвышалось несколько больших домов. На пустыре паслись ослы. А к домам у реки вело несколько кривых улиц однотипных строений, очень похожих на железные конуры гастарбайтеров. Правда, дома почему-то были каменными.
Девушка открыла окно и свесилась из него. Сомнений не было: шестой этаж стал первым, а если посмотреть наверх, то над ним не имелось ни седьмого, ни, тем более, восьмого. На земле, прямо под окном стоял горшок с двумя ручками, заполненный чёрной жидкостью, своим видом очень напоминающий ночную вазу производства Бобруйского посудного завода, только глиняную.
Иван высунулся в окно следом.
— Вот тебе и Хургада на халяву! Одна радость, за дверью стоит не Юлька с чайником, а какой-то банный дух. Он говорит нам 'Превед! или… что-то похожее! Нравится?
— Он сказал 'Сенеб'! Это по сути тот же 'Превед', только… — холодно заметила девушка, оглядываясь на стоящего за спиной брата, а потом вдруг вскрикнула: — Он знает древнеегипетский!
Ваня осел на кровать, хватаясь за голову. Это в нелюдей поверить несложно, но когда третьеклассник подсовывает флешку и приглашает в путешествие по Древнему Египту, ожидается максимум экскурсия по сайту, но никак не превращение реальности вне дома в то, что существовало на земле несколько тысяч лет назад.
Парень снова вышел во двор и осмотрелся. В принципе все то, что окружало его, вполне походило под описания и реконструкции из красочных книг. У реки величаво стоял и царский дворец, украшенный яркими флагами. То, что там и жил правитель — сомневаться не приходилось: а кому еще мог принадлежать дом, огороженный высоким забором, вдоль которого ютились крошечные крестьянские домики. Скорее всего, жилища слуг.
Мимо Маши пробежала стайка серых гусей. За птицами гнался маленький голый мальчик с палкой в руке. Он с удивлением оглянулся на стоявшую посреди улицы незагорелую девушку в непривычном для этого города голубом шелковом платье и в шлепанцах на каблуках. Остальные прохожие тоже останавливались или оборачивались, чтобы пристальнее рассмотреть если не блондинку с двумя короткими косичками, то ее спутника — молодого человека в черной футболке со странным зверем на груди и узких юбках для каждой ноги.
— Слушай, а ты культурологию помнишь? — спросила Маша брата, поняв, что эта странная египетская иллюзия не собирается исчезать в ближайшее время.
— Э… Ы… — замялся программист, — было что-то на первом курсе. Прогуливал часто.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
