На экранах, находящихся над машиной, непрерывной чередой сменяли друг друга изображения, в то время как лучи устройств просвечивали многочисленные плоскости многомерной Вселенной. На экранах возникали странные причудливые сцены и пейзажи, большинство из которых мало чем напоминали ту Землю, которую знал герцог.
Спустя несколько часов блужданий по мирам Хоукмун внезапно воскликнул:
- Там! Звериная маска! Я видел ее!
Оператор коснулся нескольких кристаллов, пытаясь вернуть картинку, которая мелькнула на экране, но тщетно.
Поиск продолжался. Еще дважды Хоукмуну померещилось, что он видит изображение тех мест, где мог скрываться Калан, и дважды они их упускали.
Но вот наконец, совершенно случайно, на экране возникло изображение сверкающей белой пирамиды. Зонды уловили особенно мощный сигнал, ибо устройство, судя по всему, возвращалось из очередного путешествия. - И Хоукмун надеялся, что пирамида как раз возвращается в свое секретное убежище.
- Теперь мы сможем последовать за ней. Смотрите!
Трое путешественников тесно обступили экран. Лучи аппарата неотступно следовали за молочно-белой светящейся пирамидой. Та наконец приземлилась. Ее грани медленно поблекли и стали прозрачными, открыв взорам наблюдателей фигуру и ненавистные черты барона Калана Витальского. Барон, разумеется, не подозревал, что за ним следят три пары глаз, горящих мщением. Он вышел из машины и оказался в просторном сумрачном помещении, где находилось множество незнакомых приборов и аппаратов. Все вместе это напоминало картину секретной лаборатории Калана в Лондре, какой ее запомнил Хоукмун. Взяв в руки лежащие на одном из столов бумаги, барон принялся читать, при этом недовольно хмурясь. Еще один человек возник в зале и обратился к Калану, однако смысл разговора остался неизвестен, ибо зонды не улавливали звуков. Вновь пришедший был одет по старой моде сановников Империи Мрака, все лицо его скрывалось под огромной неудобной маской. Металлическая личина, украшенная разноцветной эмалью, была выполнена в виде морды шипящей рептилии.
Хоукмун понял, что человек этот принадлежит к Ордену Змеи, подобно большинству колдунов и ученых Гранбретании. У них на глазах человек в змеиной маске протянул другую личину Калану, который поспешно надел ее, ибо ни один гранбретанец его ранга не должен был появляться на людях с открытым лицом.
Маска Калана также изображала змеиную голову, но была украшена богаче, нежели личина его слуги.
Хоукмун потер подбородок, гадая, что же показалось ему удивительным в этой сцене. Жаль, что не было рядом д'Аверка, ибо тот куда лучше разбирался в обычаях Империи Мрака. Тот сразу бы понял, что встревожило его друга.
Но внезапно он догадался: маски эти были куда более грубыми, чем те, которые ему доводилось видеть в Лондре, даже у слуг. Отделка не выдерживала никакой критики. Но в чем же дело?
Аппарат следил за Каланом, когда тот вышел из лаборатории в лабиринт узких крытых переходов, очень похожих на те, что когда-то соединяли друг с другом здания Лондры. С первого взгляда это место очень напоминало столицу Гранбретании, но при, более тщательном рассмотрении коридоры в каких-то мелочах отличались от тех, которые запомнились Хоукмуну, фрески и барельефы, украшающие стены, были куда худшего качества. В прежней Лондре никто не потерпел бы подобной примитивности и безвкусицы в формах и красках. Несмотря на всю свою развращенность, владыки Империи Мрака требовали от своих подданных истинного мастерства даже в мельчайших деталях.
Здесь же ничего этого не было и в помине. Все производило впечатление незавершенности, словно грубая декорация.
Изображение сменилось, показав Калана входящим в другой зал, где собралось довольно много людей. Все они, естественно, тоже были в масках. И этот зал также показался Хоукмуну знакомым, однако и он выглядел гораздо более грубым и уродливым.
Графу Брассу не сиделось на месте.
- Но когда же мы сможем проникнуть туда? Теперь нам под силу немедленно расправиться с нашим врагом.
- Странствовать сквозь измерения не так-то просто, - мягко возразил Ринал. - Кроме того, мы еще не сумели с точностью определить, где находится этот мир.
Хоукмун улыбнулся графу Брассу:
- Терпение, друг мой.
Этот граф Брасс был куда более непоседливым, чем тот друг, которого он знал прежде. Возможно, сказывалась разница в двадцать лет, или, как и предположил Ринал, это все же был не тот человек, а лишь двойник, очень на него похожий, родом из иного измерения. Как бы то ни было, сказал себе Хоукмун, этот граф Брасс нравился ему, откуда бы он ни был родом.
Этот граф Брасс был куда более дерзок и нетерпелив, нежели тот, кого знал когда-то Хоукмун. Возможно, потому, что он был на два десятка лет моложе.
- Наш зонд слабеет, - объявила Тень, управлявшая экраном. - Должно быть, это измерение во многих слоях от нас.
Ринал кивнул.
- Да, это верно. В эти места не отваживались забираться даже самые смелые наши исследователи. Непросто будет отыскать туда проход.
- Однако Калану это удалось, - возразил Хоукмун. Ринал слабо улыбнулся.
- Случайно или намеренно, друг Хоукмун?
- Скорее всего, намеренно. Где еще мог бы он найти другую Лондру?
- Построить новый город вполне возможно, - заметил на это Ринал.
- Да, - вздохнул Ноблио. - Равно как и новую реальность.
Глава 6
НОВАЯ ЖЕРТВА
Троим друзьям не оставалось ничего другого, кроме как терпеливо ожидать, покуда Ринал со своими товарищами пытался отыскать возможность проникнуть сквозь измерения в убежище барона Калана де Виталя.
- Принимая во внимание этот новый культ, что появился в подлинной Лондре, я не удивлюсь, если узнаю, что Калан тайком навещает своих сторонников. Это объясняет те слухи, что якобы некоторые сановники Империи Мрака до сих пор живут и здравствуют в гранбретанской столице, - задумчиво заметил Хоукмун. Так что у нас есть еще одна возможность: отправиться туда и поджидать Калана на месте. Но успеем ли мы проделать такой путь?
Граф Брасс покачал головой.
- Этот Калан... С каким отчаянием он стремится к цели! Но я никак не могу понять, зачем ему все это нужно, когда в его распоряжении бесконечные измерения пространства и времени. Несомненно, он мог бы управлять нами, словно марионетками, но все же не делает этого. Хотел бы я знать, чем мы настолько важны для его замыслов?
Хоукмун пожал плечами.
- Может, и ничем особенным. Он не первый из сановников Империи Мрака, кому мстительность затмевает здравый рассудок.
И он поведал им историю барона Мелиадуса.
Ноблио тем временем переходил от одного хрустального устройства к другому, пытаясь разобраться в принципе их работы, однако механизмы крепко хранили свои секреты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
