Тонька знала, что вырваться из этой серой, унылой жизни она может только благодаря себе – нужно только поднапрячься, выложиться по полной программе, поступить в московский ВУЗ и забыть напрочь о существовании этой деревни. Здесь ее ничто не держало.
Но той весной случилось нечто, после чего Тоня по-новому взглянула на себя. Первого апреля ей исполнялось шестнадцать лет. Судьба и здесь сыграла с ней шутку, выбрав ее появление на свет в день дурака. По случайному совпадению, в этот день родилась и ее бабушка – мать матери, которую девочка даже не знала. Она умерла, когда Тоня еще не появилась на свет.
В нормальной семье шестнадцатилетие ребенка считалось событием, достойным пышного празднества. Тоню же отец не поздравил даже на словах, а мать сунула ей в руки упаковку телесных колготок и ушла на кухню.
Тонька удивилась, обнаружив ее там с рюмкой водки.
– Поминаю твою бабку, – коротко объяснила женщина.
– Понятно, – ее дочь присела за стол, продолжая держать в руках колготки.
– Мне передали, что она умерла в прошлом месяце.
– Это как в прошлом месяце?! – ошарашено спросила девчонка.
– А вот так!
– Но ты говорила, что она умерла еще до моего рождения.
– Потому что для меня она еще тогда сдохла, а сейчас отправилась на тот свет по-настоящему.
В это время на кухне появился отец. У него как будто сработал нюх на выпивку. Учуял, что рядом кто-то глушит водку, и оказался тут как тут.
– Об этой проклятой цыганке говоришь? Я же просил не вспоминать эту старую ведьму!
– Моя бабушка была цыганкой?! – изумилась Тоня.
– Самая настоящая поганая цыганка! – рявкнул отец. – А ведь она была права, не хотела, чтобы мы с твоей матерью встречались. Все делала, чтобы нас разлучить. А эта быстренько обрюхатилась, чтобы женить меня на себе!
– Да кому ты сдался, пень? Можно подумать, он Принц, который меня осчастливил! Хренов неудачник!
– Заткнись, кобыла!
Слушать перепалку родителей у именинницы Тони не было желания. Она поспешила уйти в комнату и в спокойной обстановке обдумать полученную информацию. Вот откуда у мамы сумасшедшая тяга к украшениям, особенно к золоту!
Тонька подошла к зеркалу, чтобы внимательней разглядеть себя. Цыганки ассоциировались у нее со знойными красавицами с цветком в волосах и разноцветными многоярусными юбками, но, сколько бы Тоня ни разглядывала себя в зеркале, ничего общего с Эсмеральдой из «Нотр-Дама» обнаружить не смогла. Разве что только цвет глаз карий.
Но должно же во мне быть хоть что-то от бабушки-цыганки!
Первое изменение Тоня обнаружила в себе на следующий день, когда отправилась в школу. Возле беседки она заметила банду Потапова, мимо которой пройти спокойно никогда не удавалось. От града их издевок и насмешек ей часто хотелось наглотаться снотворных таблеток и заснуть навечно.
Обойти беседку было невозможно, поэтому Тонька стала мысленно подготавливать себя к тому, что сейчас ей снова придется терпеть унижения. Она подумала о том, что неплохо было бы превратиться в невидимку. Не в том смысле, чтобы раствориться в воздухе, а просто стать незаметной для отдельных конкретных людей. Тоня представила, что ее окутал прозрачный шар, скрывающий от глаз Потапова и его дружков. Все ее видят, а вот для них она как будто испарилась.
Тонька направилась к школьному крыльцу, вошла в вестибюль и выглянула в окно. Ее обидчики продолжали о чем-то оживленно болтать, не обратив на нее никакого внимания! А ведь она прошла прямо у них перед носом!
Неужели получилось?! Разве такое может быть?!
Тоня вышла на улицу и прошлась мимо беседки туда и обратно еще раз. Реакция была такой же. Потапов и компания не реагировали на нее!
Тонька с радостным волнением подумала о том, что, скорее всего, бабка-цыганка обладала магическими способностями, и, наверное, после ее смерти они достались ей в наследство. Другого объяснения происходящему Тоня найти не могла.
Так, после дня своего шестнадцатилетия она по-новому взглянула на свои возможности. Это было началом новой главы ее жизни.
* * *
Белка очнулась в квартире Насти. Она лежала в спальне на кровати, свернувшись калачиком, и первые несколько секунд приходила в себя.
Какой странный сон приснился! Плимутская колония, семнадцатый век, Джейн, выросшая среди индейцев…
Во сне все было до того похоже на реальность, как будто это на самом деле происходило с ней…
Стоп! Или это действительно было наяву?!
Белка присела на кровати, пытаясь понять, что же произошло. Неужели она на самом деле, сумев преодолеть время и пространство, отправилась в это увлекательное путешествие?
Чтобы развеять сомнения, Белка схватила телефон и стала гуглить. Сейчас она проверит, есть ли какая-нибудь информация о Джейн в Плимутской колонии, посодействовавшей укреплению отношений между отцами-пилигримами из Англии и местным племенем.
Что там о ней известно? Муж Бобби, свекровь – миссис Орандж…
Стоп!
То есть получается, что после замужества она стала Джейн Орандж! А ведь именно такое имя было у прихожанки, о которой монахиня Мария писала на той самой странице своего дневника, помеченной невидимыми молочными чернилами. Понятное дело, что речь шла не о той Джейн, с которой во сне или наяву удалось пообщаться Белке. Прихожанка жила за четверть века до этого. Но не может же это совпадение быть случайным! Оно означает, что Белка на правильном пути. И почему они с Настей раньше не обратили внимания на упоминание о прихожанке с таким нетипичным для маленького испанского городка именем, как Джейн Орандж?
И тут ее осенило. Джейн говорила, что ее матери помог некий Марсело Домингес, опекавший ее, словно ангел-хранитель. А разве не так звали жениха монахини Марии? Получается, что он все-таки остался жив, а не умер с другими испанскими конкистадорами, как сообщили по ошибке его верной невесте. По каким-то причинам он остался на новом континенте, и ему было суждено сыграть важную роль в появлении на свет девочки по имени Джейн.
Белка почему-то не удивилась, когда обнаружила в Интернете информацию о том, что в семнадцатом веке в штате Массачусетс жила композитор по имени Джейн Орандж. Видно, ее свекровь оказалась очень хорошим учителем музыки. Спустя несколько лет после свадьбы ее талантливая невестка стала гордостью всего штата и всей страны, подарив народу несколько музыкальных шедевров.
Белка пробежала глазами по статье из Википедии и задержала взгляд на названии произведения «Любовь гейши», написанного Джейн в тридцатилетнем возрасте. Что-то в этом названии ее смутило. Она открыла страницу поисковика и напечатала «Когда появились гейши?»
Google поведал ей, что это явление в японской жизни возникло только в середине семнадцатого века. Откуда
