– Прощай, – грустно сказала я.
– Нет, малышка, до свидания, – мягко поправил меня мужчина, глядя своими цвета летнего неба глазами, в которых светилась неподдельная нежность.
А потом просто исчез. Растворился в воздухе, как будто сам им был».
– Эй, Софи, – позвал меня Мефистор. – Ты часом не уснула?
– А? – очнулась я от воспоминаний. – Нет… просто задумалась.
– Уже пора, – напомнил демон. – Пятнадцать минут истекли. Пока ты тут изображала памятник самой себе.
– Да, конечно, – все еще немного заторможено ответила я, проигнорировав язвительную подначку.
Я проверила землю в центре эллипса, куда вылила Мертвую воду. Жидкость уже впиталась, земля была чуть влажной.
Пора.
– Встань рядом со мной, – проинструктировала я Повелителя и, дождавшись, пока он не выполнит то, что я сказала, продолжила, – Дай руку. Левую.
Меф послушно, правда, с ноткой обреченности в глазах, протянул мне нужную конечность.
– Будет сильно мутить, – честно предупредила я. – Процесс выкачки силы – штука неприятная.
– Давай уже, кровопийца, – махнул свободной рукой мужчина, чуть не попав мне в нос.
– Кто это еще среди нас кровопийца, – буркнула я себе под нос и, крепко сжав ладонь демона, начала ритуал.
Закрыв глаза, вызвала энергетическое зрение. Темнота моментально заполнилась разноцветными лентами силы, слабо вспыхивающими серебристыми искорками.
Мне нужны были только фиолетовые ленты, пролегающие внизу. Мертвые.
Осторожно, стараясь не переборщить, потянула силу из Мефистора, который ощущался мною как вытканный из многоцветных лоскутов света (в основном золотых и синих) силуэт.
Направив получаемую энергию к одной из фиолетовых лент, представила, как наполняет ее жизнь. Лента действительно стала извиваться. Сначала очень медленно, еле–еле двигаясь, а затем все быстрее и быстрее так, что, в конце концов, стал различим только слабо уловимый контур.
– Ermishta dar,
Esconta rio,
Faria mundi,
S avita asht[3], – зашептала я слова призыва на древнем как мир языке, мертвом, но не забытом.
Повелитель до боли сжал мою руку – слишком резко я взяла из него силу на завершающий этап. Но все уже окончено, и я открыла глаза.
Рядом со мной раздалось сдавленное проклятие. Я повернула голову и увидела шокированное лицо демона, смотрящего куда–то вперед себя. Проследив за его взглядом, я смогла полюбоваться на результат ритуала:
Из недалеко расположенной от нас могилки одиноко торчала по локоть грязная рука и судорожно ощупывала поверхность вокруг.
Я умилилась – какой, однако, предприимчивый трупик мне достался. Решив облегчить ему нелегкий путь на поверхность (а то вдруг, пока отрываться будет, потеряет чего–нибудь), силой мысли заставила землю в том месте столбом подняться и опуститься же в метре от могилки, так что вылезал мертвячок уже из ямы. Когда он уже наполовину оказался на поверхности, я уловила боковым зрением какое–то движение рядом со мной, но было поздно – мимо меня стрелой пролетел огромный огненный шар, со всего размаху угодив прямо в призванного мною трупика. Мертвяк с пронзительным воем повалился обратно в могилу, точнее, яму от нее. Я пару секунд просто ошалевши моргала, но когда до меня дошло, что именно произошло, то с разъяренным рычанием повернулась к идиоту, которого все почему–то называют Повелителем демонов.
– ТЫ ЧТО, ЗА ХВОСТ ТЕБЯ ДЕРИ, СДЕЛАЛ?!
Оставив Мефистора отходить от моего вокала, я побежала проверять, что там с моим трупиком. Несчастный лежал на дне своей ямы, неуклюже барахтаясь на спине, пытаясь подняться, издавая при этом хныкающие звуки. Все его лицо, и так после воскрешения не блиставшее красотой, теперь вдобавок все было в ужасных ожогах. У меня даже сердце от жалости сжалось.
– Бедный ты мой! – воскликнула я и, напрягшись (левитация всегда давалась мне с трудом), отлеветировала его из могилы к себе. Как только мертвяк оказался на поверхности, я осторожно помогла ему встать, но у него подкосились ноги и он остался на коленях. Жалобно посмотрев на меня пустыми глазницами, трупик тихонько всхлипнул, всем своим видом как бы спрашивая, за что его так.
– Ну–ну, все закончилось, – стала я утешать его, гладя по голове, на которой остались еще редкие волосы. – Плохой дядя тебя больше не тронет.
И так при этом посмотрела на «плохого дядю», что я бы на его месте в следующий раз ой как подумала, прежде чем импровизировать. Но тому было хоть бы хны. Наоборот, он воззрился на меня в искреннем возмущении!
– Софи, ты что, с ума сошла? – горячился Меф. – Это же мертвец!
– Да, и он нужен мне для призыва Смерти, если помнишь! – рявкнула я, впервые позволяя себе так ярко проявить эмоции. Но мертвые для всех некромантов – тема особенная и деликатная. Слишком ранимы мы, когда о них заходит речь. – И что вообще значит «мертвец»?! Он теперь не разумное существо, что ли?! Ему, между прочим, больно было!
– Софи, – пробормотал мужчина, растерянно глядя на меня, прижимающую голову мертвяка к своей груди и успокаивающе гладящую его по затылку.
– Ну что «Софи»? – огрызнулась я. – Меня так уже двадцать лет зовут, так что открытия ты не сделал. И ты не извинился!
– Перед кем? – выпал в осадок Мефистор.
– Перед ним, конечно! – кивнула я на мертвеца.
С обидой покосившись на меня и с сомнением – на трупика, уже начавшего издавать звуки, подозрительно похожие на мурлыканье, демон все же через силу выдавил «Извини…мертвяк». Хотя с таким выражением лица только у зубодера лечиться (в смысле, что разницы не будет), я удовлетворенно кивнула, отстав от Повелителя и обратив свое внимание непосредственно на пострадавшего.
– Внимательно меня послушай, – мертвячок тут же послушно вскинул голову, всем своим видом выражая внимание. – Мне нужно, чтобы ты позвал своего хозяина. Ты понимаешь, о чем я?
Трупик согласно закивал головой, из–за чего одно его ухо опасно накренилось вперед, угрожая вовсе оторваться. Мимолетно вправив выпирающую часть как и куда надо, я продолжила, мысленно посетовав на то, что мертвые не умеют говорить:
– Тогда приведи его сюда, ясно? – мертвяк снова кивнул, но на этот раз осторожнее. – Тогда приготовься.
Я вновь закрыла глаза и вызвала энергетическое зрение. Но теперь, найдя ленту передо мной насыщенного фиолетового цвета, я, наоборот, стала перекачивать силу из нее в себя, чувствуя, как с каждой новой «затяжкой» мое тело наполняется бодростью и бьющей через край энергией. Да, это нечестно по отношению к Мефу, но он заслужил, тем более с него не убудет.
А забрать силу нужно было для того, чтобы мертвец вновь вернулся в обитель ушедших, где он сможет найти Смерть и передать ему мой зов. Наконец я забрала всю данную энергию и, открыв глаза, смогла увидеть, как падает безжизненно тело мертвяка. Грустно вздохнув (невесело лишать мимолетной жизни тех, у кого ее уже отобрали), я отлеветировала трупик обратно в его могилку и заставила землю вернуться на прежнее место. Затем отошла к стоящему неподалеку Мефистору и уселась рядом с ним прямо на холодную землю, уже мало волнуясь за сохранность чистоты моей одежды. Зачем, когда на сердце печаль, приходящая после каждого такого раза?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
