Мужчина смотрел ей вслед. Он не мог понять, почему ее слова так взволновали его. Его рука дрогнула, он порезался острым лезвием бритвы.
Ника не было в каюте, когда Кезия вернулась туда несколько часов спустя. Наверное, он еще разговаривает с капитаном Паносом, заключила Кезия. Она взяла бутылку воды из холодильника и вышла на балкон.
Стук в дверь отвлек ее от созерцания горизонта. Девушка поспешила в гостиную, чтобы ответить.
— Чарли! Я думала, ты сегодня улетаешь домой, — пробормотала она светловолосому англичанину, стоявшему в дверях. — Не хочешь войти? — вежливо предложила она.
— Мой самолет улетает вечером, я подумал провести день в Риме. Но я не хотел уезжать, не попрощавшись с тобой, Кезия. Ты в порядке? Кажется, ты расстроена. — Мужчина помолчал. — Дело в этом Ниарчу? Я не мог не заметить, что он больше чем твой босс, но, боюсь, он человек не твоего круга, Кез.
— Да что ты знаешь, Чарли? Мы расстались два года назад. С тех пор многое изменилось. Я умнее, чем ты думаешь. И я могу ладить с Ником.
— Надеюсь, потому что, по-моему, ты все та же наивная девушка. И я не могу видеть, как ты страдаешь.
— Во второй раз, хочешь сказать?
— Прости. Мне не следовало приходить…
— Это я должна извиняться. — Кезия взяла Чарли за руку. — Я рада, что ты зашел, я ведь купила подарок твоему малышу. — Она подошла к шкафу и достала оттуда детский матросский костюмчик. — Кажется, он великоват, но твой сынишка дорастет до него.
— Кез! Я не знаю, что сказать. — Чарли тепло улыбнулся. — Он потрясающий, спасибо. И мне правда жаль… Мне бы хотелось, чтобы у тебя все сложилось по-другому.
— Но все так. Я не могу иметь детей. Но многим людям еще тяжелее, чем мне.
— Ты прекрасный человек, Кезия. И душой, и телом. Береги себя. — Он поцеловал ее в щеку.
Шум в дверях привлек внимание Кезии, и она встретилась с разъяренным взглядом Никоса.
— Чарли зашел попрощаться. Он уезжает сегодня, — затараторила Кезия, оправдываясь. — Я купила подарок его маленькому сынишке.
— А теперь вам пора идти, мистер Пембертон. — Ник произнес это таким тоном, что Чарлз попятился к двери. — Вы же не хотите опоздать на самолет.
— Кажется, у тебя вошло в привычку грубить моим друзьям, — разозлилась Кезия, оставшись с Ником наедине.
— Только одному другу. И тогда, когда я застал тебя в его объятиях. Кажется, это извиняет мою грубость, не думаешь?
— Нет. — Кезия наблюдала, как Ник подошел к холодильнику и достал пиво. — Я могла бы кататься с ним голой по ковру, ты все равно не имел права говорить с Чарли в таком тоне. Ты же хотел ни к чему не обязывающих отношений, помнишь? И я уже тысячу раз говорила, что мы с Чарлзом только друзья. Да, я была расстроена, когда мы расстались, но понимала, по каким причинам. И я пережила разрыв. Давно.
— И какими же были причины? Может, у тебя есть страшная тайна, о которой я еще не знаю?
— Нет! — девушка замолчала. Вот идеальный момент, чтобы открыть все карты. — Я же сказала, его родители не одобряли наши отношения, — не решилась она, глядя, как Ник снял рубашку.
Она отчаянно искала что-то, чтобы сменить тему. Ник тем временем снял брюки.
— Мы же не можем решать все споры сексом, — нашлась девушка.
— Я и не собирался. Я просто переодеваюсь.
Слишком поздно Кезия заметила шорты на краю кровати.
— Конечно. Я ошиблась, — пробормотала она, готовая провалиться сквозь землю от стыда.
— Хотя… — промурлыкал Ник, — мне понравилась идея с катанием обнаженными по ковру.
— О, я делаю это только в особых случаях.
— Тогда, может, обойдемся кроватью? — Ник взял Кезию за руку и, привлекая ее к себе на постель, накрыл ее тело своим.
Так не может больше продолжаться, заключила девушка. Я не могу провести свою жизнь как глупая сексуальная рабыня, не способная устоять перед мужчиной. Но альтернатива — жить без него — была невыносима.
До возвращения в Англию осталась еще неделя. Кезия могла только молиться, чтобы ей хватило времени выпутаться из шелковых пут, в которых она оказалась.
Глава девятая
От вида бухты Неаполя с его голубыми водами и Везувием, возвышающимся вдали, захватывало дыхание. Сам город пестрел яркими красками. Его среди прочего называли «родиной пиццы».
Кезия пришла в восторг от этого места и решила осмотреть как можно больше достопримечательностей. Однако солнце припекало так сильно, что жара становилась невыносимой, и девушка была рада, когда Ник предложил пойти в сторону порта.
— Хочешь вернуться на лайнер? Или поедим в городе? — поинтересовался он, ласково коснувшись ее волос, ниспадающих на плечи из-под широкополой шляпы, которую она надела по его настоянию. — Кажется, тебе жарко, милая.
— Скажи честно — я выгляжу как вареный краб.
Лицо Кезии горело, ноги болели, и она умудрилась уронить мороженое на юбку. Ник же, наоборот, выглядел свежим и очень сексуальным в кремовых шортах и голубой майке, которая оттеняла его великолепный загар. Всем своим видом он излучал уверенность в себе. Кезия постоянно ловила восхищенные взгляды женщин всех возрастов, направленные в его сторону. Ей хотелось прилепить ему на лоб табличку «Руки прочь!». Нелегко быть рядом с красивым мужчиной, хотя Ник и был очень внимателен к ней.
— Мы могли бы зайти в тот ресторанчик у моря, — предложила Кезия. — Там так мило и прохладнее, чем в городе.
Легкий ветерок подхватил юбку девушки, играя с ней, привлекая внимание к стройным ногам, что тут же навело Ника на определенные мысли.
— А может, вернемся на «Атланту» и расслабимся немного? — промурлыкал он соблазнительным тоном, не оставляя Кезии сомнений о его намерениях.
— Позже, — отозвалась девушка, поборов желание кратчайшим путем добраться до корабля.
Не могу же я каждый раз уступать ему только потому, что не могу насытиться им, напомнила себе Кезия.
Ник был внимательным, заботливым любовником. Девушка купалась во внимании, наслаждаясь легкостью их отношений. Он замедлил шаг одновременно с ней, идя так близко, что их бедра почти касались друг друга. Ник был таким высоким и статным, что другие мужчины старались держаться от него подальше. Кезии очень нравилось чувство защищенности, которое она испытывала рядом с ним.
Я люблю его, призналась себе девушка, и сердце ее сжалось от безнадежности всего, что происходит.
У них не было будущего. Для Ника она всего лишь очередная любовница. И хотя он заботился о ней, Ник никогда не любил ее. Глупо надеяться на это.
Мопед, рассекающий песок в гавани, ничем не отличался от других таких же, ездящих по улицам Неаполя. Кезия даже не заметила бы его, если бы он не подъехал почти вплотную к ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
