отодвинул остальное в сторону освобождая место для высоких столов и буфета. Красивые цветочные композиции в бледно-розовых и ярко-розовых тонах, соответствующие моему платью, украшали столы.
В тот момент, когда мы с папой вошли в комнату, в толпе воцарилась тишина, и их глаза сосредоточились на мне. Мама одарила меня гордой улыбкой с другого конца комнаты, что заставило меня поднять голову немного выше. Она научила меня демонстрировать силу и элегантность на публике, и я хотела именно этого.
Тем не менее, часть моего самообладания поколебалась, когда мой взгляд упал на Данило. Он стоял рядом со своим кузеном Марко, матерью и Эммой. Последняя одарила меня ободряющей улыбкой, в которой я нуждалась, прежде чем снова встретиться взглядом с Данило. Выражение его лица было непроницаемым, несмотря на вежливую улыбку. Это была стандартная маска джентльмена, которую он демонстрировал на публике, но в глубине его глаз я уловила намек на неодобрение, возможно, даже гнев и шок. Он не ожидал, что я брошу ему вызов.
Папа сжал мою руку и повел меня к Данило. Единственным, кто выглядел менее чем довольным происходящим, был Сэмюэль. Он был ярким кинжалом «скоро стану женихом». Что бы ни происходило между этими двумя, это не мое дело.
Когда мы с папой остановились перед Данило, мое сердце бешено заколотилось. Я надеялась, что мои нервы не отразятся на лице. Данило достал из кармана маленькую коробочку и встретился с папой взглядом.
— Я прошу руки вашей дочери. Доверите ли вы ее мне?
Это была официальная формулировка. Рука вашей дочери. Наверное, то же самое он сказал, когда обручился с моей сестрой. Ему даже не пришлось менять слова.
— Да, — ответил папа.
Они с Данило посмотрели на меня, потом папа отпустил меня.
Данило протянул руку ладонью вверх. Я вложила свою руку в его и встретилась с ним взглядом, жалея, что не могу прочитать его мысли. Данило поразил меня, когда слегка погладил большим пальцем тыльную сторону моей руки, прежде чем надеть обручальное кольцо на мой палец. Он даже не попытался поцеловать меня, хотя мне этого очень хотелось. Было бы крайне неуместно. Однако он притянул меня к себе и очень легко положил ладонь мне на спину, показывая, что я его и скоро мы будем принадлежать друг другу. Находиться так близко к нему было приятно, несмотря на то, как я была зла на него. Я ждала, что Данило скажет что-нибудь о моей стрижке, но он оставался невозмутимым джентльменом соблюдая приличия.
После того, как мы приняли поздравления других гостей и они столпились вокруг буфета, Данило повернулся ко мне.
— Ты оставила светлый цвет волос.
— Да, — сказала я. — Мне нравится, но я решила сделать новую стрижку, чтобы не выглядеть плохой копией кого бы то ни было.
В моем голосе прозвучала нотка ехидства, удивившая меня и, очевидно, Данило.
Его брови дернулись, но он просто кивнул.
— Это, конечно, твое решение. Но я предпочитаю тебя с длинными каштановыми волосами.
Как он мог продолжать вести себя так вежливо, когда был явно зол?
— Ты плохо относишься к переменам, я понимаю. Но не волнуйся, мне тоже больше нравятся мои каштановые волосы. Я поменяю цвет волос, когда захочу.
Его глаза сузились.
— Ты молода. Возможно, вчера я и напугал тебя, поэтому сейчас сделаю вид, что ты не вела себя как капризный, грубый ребенок, но ожидаю от тебя большего.
Я моргнула, уставившись на него в изумлении. Возможно, я вела себя немного по-детски, но его снисходительность определенно не заставляла меня соответствовать его ожиданиям.
Как будто вопрос был решен для него, его взгляд переместился на Сэмюэля, который коротко кивнул. Я почувствовала, как Данило напрягся.
Папа прочистил горло, а затем постучал ножом по бокалу с вином.
— Мы должны сделать еще одно объявление. Данило, ты не против?
Данило убрал руку с моей спины и сделал шаг вперед. Сбитая с толку, я подняла брови на Анну, которая только пожала плечами. Обычно она узнавала горячие новости одной из первых и передавала их мне, но на этот раз даже она казалась несведущей.
— С большой честью я хотел бы объявить, что наши семьи, Мионе и Манчини, продолжат нашу связь. Сэмюэль женится на моей сестре Эмме тем же летом, когда состоится моя свадьба с Софией.
Меня пронзило удивление. Сэмюэль натянуто улыбнулся и направился к Эмме. Сэмюэль одарил их еще одной своей натянутой улыбкой, прежде чем положить руку на плечо Эммы. Она широко улыбалась, но это было не искренне. Я знала это, потому что с раннего возраста научилась искусству фальшивой улыбки. Я не понимала, почему она не была счастлива выйти замуж за моего брата. Сэмюэль мог быть немного идиотом, особенно когда дело касалось эмоций, но он был хорошим парнем.
— Умная сделка, — злобно пробормотал низкий женский голос, но я не смогла определить его источник.
Нахмурившись, я повернулась к Данило. У него горел убийственный блеск в глазах.
Теперь, когда я присмотрелась внимательнее, я заметила, что довольно много гостей заговорщически перешептывались, думая, что никто этого не заметит, потому что многие поздравляли Эмму и Сэмюэля.
— Бедняжке так повезло.
— Что насчет него? Ему нужен наследник.
Данило прижал свою руку к моей спине, крепче, чем раньше, его глаза стреляли молнии, ведя меня к своей сестре и Сэмюэлю. Я понимала его гнев. Судя по перешептываниям, все считали, что Эмме повезло, что она нашла такую пару, как Сэмюэль, или вообще любого мужчину. Они говорили так, будто она была меньше, потому что прикована к инвалидной коляске.
Я одарила ее ослепительной улыбкой и наклонилась, чтобы обнять.
— Я так рада за вас двоих.
— Спасибо, — вежливо поблагодарила она и, отодвинувшись на несколько сантиметров, заглянула мне в глаза. — Мне жаль, что наше объявление испортило твой особенный день.
Я рассмеялась.
— Я даже не подумала об этом. Не переживай. Я не против.
На самом деле, я была рада, что это заявление прервало спор между Данило и мной.
Я повернулась к Сэмюэлю обняла его и усмехнулась.
— Ты наконец остепенишься. Поздравляю.
Выражение его лица слегка смягчилось.
— Никогда не думал, что женюсь тем же летом, что и ты, божья коровка.
Я покраснела, мои глаза метнулись к Данило, который, должно быть, услышал, как Сэмюэль произнёс мое неловкое прозвище.
Сэмюэль усмехнулся, но тут же стал серьёзным, когда следующий гость поздравил его не совсем честно.
Я отступила назад и позволила другим гостям сделать то же самое. Данило разговаривал с папой и дядей Данте, поэтому я тихонько пробралась к Анне.
