7
Спустя два дня Каприсия приняла приглашение поужинать и потанцевать с Тони Морсби. Он позвонил ей утром, а днем она поехала в город и приобрела одну-две вещицы, которых у нее еще не было и без которых, как она считала, нельзя обойтись, отправляясь ужинать с мужчиной. Мисс Воган успела также заглянуть в парикмахерскую, где ее причесали, сделали маникюр. К восьми часам, когда Тони заехал за ней, она была совершенно готова.
Очевидно, Морсби впервые переступал порог Ферринфилда, и вне всякого сомнения, увиденное произвело на него сильное впечатление. Но еще большее впечатление произвела на Тони сама Каприсия, ее восхитительная прическа, макияж, удачно подчеркивающий ее естественную красоту. Пожалуй, теперь она поколебалась в своей уверенности, что мистер Морсби питает тайную привязанность к Салли Кэрфакс. Когда миссис Билль отворила дверь и впустила гостя и он увидел мисс Воган, спускающуюся по лестнице в холл, чтобы встретить посетителя, у того глаза так и загорелись.
Он сказал, что она выглядит просто волшебно, а после двух бокалов шерри в Желтой гостиной добавил, бегло, но зорким оком осмотрев достопримечательности, что мисс Воган — именно такая хозяйка, какая и нужна поместью Ферринфилд.
— Вы уже стали частью этого дома, — одобрительно улыбнулся он, глядя, как она сидит в кресле по другую сторону белого мраморного камина, попивая маленькими глотками шерри. — Для австралийской девушки просто удивительно вписываетесь в обстановку. Просто поразительно!
— Спасибо.
Каприсия не стала напоминать ему, что по происхождению она все-таки из Англии, как и он сам. А Тони продолжал развивать мысль о том, что до сих пор многие считают австралийцев неотесанными дикарями. К ней-то, конечно, это суждение никак не относится, вежливо добавил он. Она-то просто очаровательна.
Каприсия еще раз сказала «спасибо», затем, к счастью, Тони отказался от третьего бокала шерри, и они отправились в Хазерли, населенный пункт недалеко от Ферринфилда, в гостиницу «Герб».
Там им подали отлично приготовленный ужин. «Герб» не уступал в гостеприимстве «Короне», кое в чем он был даже еще более утонченным. Многие приезжали сюда издалека, чтобы как следует провести время. Публика в «Гербе» состояла главным образом из хорошо одетых, приятных парочек и групп молодых людей, постоянных поклонников здешних кухни и винного погреба.
Каприсия настроилась мило провести вечер, хотя нельзя было сказать, что ей так уж нравился Тони. Когда она спрашивала себя, почему приняла его приглашение, то не могла найти удовлетворительного ответа. Разве потому, что Ричард Винтертон не одобрял это знакомство…
После ужина они потанцевали под оркестр из трех музыкантов. Тони обнаружил склонность слишком крепко обнимать ее в танце, как только представлялась такая возможность. Он часто обращался к бутылке бренди, стоявшей на их столике, и пытался уговорить ее делать то же самое. Однако, несмотря на юность, проведенную в «дикой» Австралии, Каприсия была очень умеренна при употреблении напитков, и никакие уговоры кавалера не могли заставить ее «кутить напропалую», как выражался Тони.
Наконец он отвез ее домой на своей мощной спортивной машине. Если бы ее попросили засвидетельствовать его способности управлять автомобилем после хорошо проведенного вечера, она могла бы утверждать однозначно — его возможности отнюдь не отвечают требованиям. Временами в зыбком свете луны он закладывал столь крутые виражи в столь узких переулках, что ей становилось по-настоящему страшно, и она с облегчением перевела дух, когда впереди показались очертания темного массивного Ферринфилда.
Машина Тони вихрем промчалась по заросшей аллее и резко остановилась недалеко от подъезда в тени ветвистых деревьев. Конечно, теперь листья уже почти облетели, но тень от кроны была достаточно густой. Тони выключил мотор, фары, и внутри машины стало абсолютно темно.
Мистер Морсби, шумно дыша, благоухая парами бренди, приблизил свое лицо к Каприсии и одновременно потянулся, чтобы обнять ее. Ей удалось избежать этого, отодвинувшись в самый дальний уголок сиденья.
— Ну, не прячьтесь от меня, — протестующе забормотал он, шаря вокруг руками и пытаясь достать ее. — Я думал, мы с вами уже хорошие друзья…
— Сейчас очень поздно, — торопливо проговорила Каприсия, отыскивая дверную ручку. — Гораздо позднее, чем я думала. Мне пора идти.
— Глупости. — Тихо засмеявшись, он поймал ее за руку и потянул к себе. — Еще нет и одиннадцати, а вам завтра вовсе не надо рано вставать, чтобы бежать на работу. Вы праздная леди… владелица поместья.
Она почувствовала, как горячие руки скользнули по ее плечам.
— Каково это — быть главной наследницей Джошуа? Я думаю, неплохо. Знать, что всегда тебе хватит денег и на мелкие расходы, и на крупные, и на всякие…
— Прошу вас! — Она решительно увернулась, едва удерживаясь от желания наградить его полновесной пощечиной. — Мы приятно провели вечер, и я благодарна вам за приглашение, но мне вовсе не хочется сидеть тут и обсуждать с вами мое наследство. Я хочу спать! Спокойной ночи, мистер Морсби.
— Тони! — уточнил он с горьким упреком, словно она обидела его до глубины души. — Почему вы заговорили так официально? Это для меня неожиданность. И что за спешка?
— Вы очень привлекательны, и я не могу покинуть вас вот так сразу. Я хочу узнать вас получше…
— Вы и так знаете меня, мистер Морсби, — резко возразила она. — И вряд ли вам удастся узнать обо мне что-нибудь новое. Мне было приятно провести с вами вечер, но думаю, нет необходимости одаривать меня вашей особой благосклонностью. Я уже предполагала сама заплатить за свой ужин и с готовностью оплачу ваш бензин, если вы того желаете.
— О, какие жестокие слова, — воскликнул он. — Чем же я вас обидел? Неужели я бы мог позволить вам заплатить за ужин…
— Я рада сделать это, если так будет спокойнее.
Он нахмурился, пытаясь разглядеть в темноте выражение ее лица.
— Разве в Австралии, когда мужчина приглашает девушку в ресторан, девушка платит сама?
— Она делает это, если хочет сохранить с ним дружеские отношения.
— Что это значит?
— То, что я сказала. Дружеские отношения.
Она наконец сумела открыть дверцу и быстро выбралась из машины.
— Спокойной ночи, мистер Морсби… и еще раз спасибо.
Позволив ей выйти из автомобиля, он и сам открыл дверцу, быстро обежал вокруг машины и очутился прямо перед Каприсией, преграждая ей путь. Она скорее почувствовала, чем увидела обращенный на нее взгляд, полный укоризны.
— Я вам не нравлюсь, вот в чем дело, — упрекнул он свою спутницу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
