и некоторые особенности народной одежды, и водская топонимика (Моора А.Х., 1956, с. 263, 264; Моора Х.А., Моора А.Х., 1960, с. 30, 31; 1965, с. 65, 66; Moora A., 1964, lk. 20–35).
Очевидно, о водских переселенцах свидетельствуют и единичные находки многобусинных височных колец и в других пунктах. Такие украшения найдены в упомянутых курганах при д. Лезги под Изборском (Гроздилов Г.П., 1965, с. 86), в одном из жальничных захоронений при д. Страшницы в Порховском районе Псковской области (АО 1974 г., с. 20), в земле корелы в Путсинлахти близ Сортавалы (Nordman С.А., 1924, s. 174, fig. 137; Kivikoski Е., 1973, s. 135, abb. 1078), в одном из каменных могильников Черной Руси (Спицын А.А., 1899б, с. 303–310).
Кроме того, 10 многобусинных височных колец обнаружено при раскопках в Новгороде в слоях конца XIII — начала XV в., что дает основание предполагать присутствие водского населения в этом городе (Седова М.В., 1981, с. 14, 16).
Важным индикатором для вычленения финно-угорских погребений в массе древнерусских являются шумящие привески. Разнообразные типы этих привесок, составляющих поясные и нагрудные украшения (табл. X, 7, 11, 13–21), являются характерной и самобытной категорией женского наряда финно-угорских племен Восточной Европы (Седов В.В., 1966б, с. 248, 249; Голубева Л.А., 1979б).
К числу наиболее распространенных шумящих привесок принадлежат полые зооморфные (табл. X, 11, 13, 17–19). Это литые изображения уточек или коньков с рельефным зигзаговым узором по бокам — символом воды. Обычно к этим привескам на коротких цепочках привешивались «утиные лапки», бутылкообразные подвески или бубенчики. Носили их на кожаных шнурках, спускавшихся ниже пояса. Финно-угорское происхождение этих украшений вне всякого сомнения.
На Ижорском плато и в Восточном Причудье шумящие и зооморфные полые привески найдены более чем в 30 могильниках. Это преимущественно полые подвески-уточки, а также привески в виде полого конуса, украшенного зигзагообразным орнаментом, с тремя ушками, к которым на цепочках привешены бубенчики; подвески из трех выпуклых спиральных спаянных бляшек с тремя привешенными колокольчиками и др.
К водским украшениям нужно отнести и найденные в небольшом количестве нагрудные цепочки ливского типа, и фигурные цепедержатели (табл. X, 9, 12), тождественные ливским. Водскими можно считать и ожерелья, составленные из раковин каури или с включением таковых.
Таким образом, на основе многобусинных височных колец и украшений финно-угорских типов на северо-западной окраине Новгородской земли выделяется группа курганно-жальничных погребений, которая должна быть определена как водская. Славянские захоронения северо-запада отличаются от них набором украшений, тождественным распространенным в коренных районах Новгородской земли.
В настоящее время выявляется и специфический погребальный ритуал води (Седов В.В., 1984, с. 155–161). На основе дневниковых записей Л.К. Ивановского (Спицын А.А., 1896, с. 7–9) и свидетельств Н.К. Рериха устанавливается, что на Ижорском плато в первой половине II тысячелетия н. э. широко бытовал обычай хоронить умерших в сидячем положении (карта 4).
Для захоронения выбиралась площадка диаметром 3–7 м, которая несколько уплотнялась и по окружности обставлялась валунами. На ней разжигался ритуальный костер, от которого в курганах оставался тонкий слой золы и угольков. Затем умерший помещался в сидячем положении в центре площадки. Удержать его позволяла небольшая груда камней, к которой умершего прислоняли спиной (табл. I, 5, 6). Кучи камней имели самую различную форму и высоту, иногда они складывались из булыжников в два-четыре яруса и накрывались плитой. Эти каменные груды, кроме практического значения, имели и ритуальный смысл — промежутки между камнями были заполнены золой и углями, и здесь же встречались следы жертвоприношений в виде костей животных. Поэтому Л.К. Ивановский называл эти сооружения из камней «жертвенниками».
При раскопках курганов при д. Даймище зафиксировано, что покойника усаживали на сиденье, сложенное из кусков дерна, затем засыпали землей (Лебедев Г.С., 1977, с. 140).
Наиболее ранние курганы с сидячими захоронениями подобной конструкции на Ижорском плато относятся к XI в. В них зафиксирован обряд трупосожжения. В отдельных случаях наблюдалось полное трупосожжение, а в курганах Будино (28), Большое Кикерино (8) и Смольково (29) — частичное сожжение.
В XIII–XIV вв. в Водской земле умерших погребали под курганами в грунтовых ямах. И среди них имеются захоронения в сидячем положении. Для последних вырывались овальные ямы глубиной до 0,7 м и таких размеров, чтобы умершего можно было уместить в них сидя. Если яма совсем неглубокая, то у спины умершего помещались валуны. Известны и сравнительно немногочисленные захоронения в сидячем положении в жальниках.
Раскопками курганов у д. Теглицы (Волосовский р-н Ленинградской обл.) выявлены конструктивные особенности могильных ям, связанные с погребениями в сидячем положении. Могилы отличались большими размерами, достигая в длину 2,6–3 м. «Дно ям в ногах захоронений углублено, а восточная стенка могилы расширяется, образуя Т-образный выступ. При погребении умершего в сидячем положении его ноги опускали в это углубление и с помощью деревянных конструкций, установленных в Т-образном выступе, закрепляли тело в неподвижном положении» (АО 1980, с. 28).
Обычно умершего хоронили в сидячем положении ногами к востоку. Вместе с тем имеются сидячие погребения меридиональной ориентировки, т. е. ногами к югу. Таковы, в частности, захоронения в курганах при деревнях Рябболово, Таровицы, Плещевицы.
Для славянского населения, расселившегося как на Восточно-Европейской равнине, так и в других землях Европы, был характерен обряд захоронения умерших в лежачем положении. В Водской земле наряду с погребениями в сидячем положении широко были распространены и характерные для славян курганные и жальничные трупоположения. Захоронения в сидячем положении иногда образуют отдельные могильники, но чаще встречаются на общих кладбищах вместе с курганами с обычными славянскими трупоположениями.
Из-за отсутствия дневниковых записей по каждому из раскопанных Л.К. Ивановским курганов нельзя сказать, какой набор женских украшений, славянский или водский, свойственен тому или иному конкретному погребению в сидячем положении. Корреляцию обрядности и украшений можно произвести лишь по могильникам. В одной из таблиц (табл. 1) сведены данные по всем могильникам, где имеются погребения в сидячем положении. Вторая таблица (табл. 2) включает могильники, содержащие исключительно захоронения в вытянутом положении.
Таблица 1. Могильники Ижорского плато с захоронениями в сидячем положении.
Таблица 2. Могильники Ижорского плато с захоронениями в вытянутом положении.
