– Значит, остается только спросить кого-нибудь, так? Эй! – завопил он, стараясь привлечь внимание садовника, подстригающего живую изгородь. – Гаррет, как зовут парня, которого мы ищем?
Садовник прекратил работу и посмотрел на нас рыбьими глазами. У него была располагающая улыбка.
– Кляус Кронк.
Имя произносилось мягко: «кляус», но Морли решил, что это всего лишь прозвище. Спустившись с повозки, он приблизился к садовнику.
– Скажи мне, добрый человек, где мы можем найти Синдика Клауса Кронка?
Добрый человек обратил к нему изумленное лицо. Изумление сменилось издевкой:
– Покажи-ка мне вначале, какого цвета твои монеты, черномазый.
Морли спокойно приподнял шутника и перебросил через живую изгородь, перепрыгнув через кусты, перебросил обратно, легонько наступил на него, слегка вывернул руку и произнес:
– Скажи мне, добрый человек, где мы можем найти Синдика Клауса Кронка?
И он даже не запыхался.
Садовник решил, что по крайней мере один из нас – псих, и поспешил объяснить направление.
– Благодарю тебя, – сказал Морли, – ты был чрезвычайно вежлив и очень нам помог.
Он вложил в ладонь несчастного пару монет, сжал его пальцы в кулак и занял место в экипаже рядом со мной.
– Первый поворот налево и затем прямо до самой вершины холма, – пояснил он.
Я оглянулся на садовника, который все еще сидел у обочины дороги. В его припухших глазах мелькнул огонек злорадства.
– Ты считаешь, Морли, разумно наживать себе здесь врагов?
– От него нам не будет никаких неприятностей. Парень считает, что я буйнопомешанный.
– Не понимаю, как можно так о тебе подумать, Морли.
Мы свернули налево. С обеих сторон тянулось кладбище.
– Теперь ты наверняка знаешь, где мы, – заметил Морли. – Ориентир вроде этого забыть невозможно.
– Я помню его лучше, чем ты думаешь. Но мне кажется, наш приятель садовник здорово посмеялся над нами. Увидим через минуту.
Я проехал между двумя колоннами из красного гранита, обозначавшими границу семейного участка Кронков.
– Так он умер?
– Сейчас выясним.
Папа Кронк действительно ушел в мир иной. Его имя было выбито последним на каменном обелиске в центре участка.
– Судя по дате, помер во время последнего вторжения венагетов, – заметил я. – Очень на него похоже, насколько я помню его характер. Папаша был готов биться за Каренту до конца.
– Что будем делать?
– Стоит поискать остальных членов семьи. Он один нашел здесь приют.
Морли удивленно поднял брови.
– Отсюда я могу найти дорогу. Мы с Кейен пробирались сюда ночами, чтобы…
– На кладбище?!
– Ничто лучше надгробий не напоминает о бренности всего земного и о том, сколь мало времени отпущено нам для радостей.
– Вы, люди, – загадочные существа, Гаррет. Если тебе понадобится возбуждающее средство, имей в виду: племя сидхов в бассейне реки Бенесель производит отличную вещь из клубней похожего на картофель растения. Твой солдат много часов будет стоять по стойке «смирно». И это не все. Оно гарантирует, что ты не станешь папой.
Вегетарианское возбуждающее? По любому пути можно зайти слишком далеко.
22
От кладбища я добрался до жилища Кронков довольно легко, ошибившись всего лишь раз. С улицы соседнее здание показалось мне более похожим на то, что мы ищем, чем настоящий дом моей бывшей возлюбленной. Мы уже почти миновали въездные тумбы, когда я заметил вольеры для павлинов.
– Кругом и налево! – заявил я. – Недолет на один дом.
Я вспомнил, какой адский вопль в шесть глоток учиняли эти многоцветные дьяволы, если Кейен не удавалось бесшумно выскользнуть из дома. Правда, это не срывало наших тайных встреч. Старик, хоть и понимал, что к чему, не мог угнаться за дочерью. У моей Кейен были быстрые ноги.
Я все объяснил Морли, и мы вернулись на улицу.
– Как случилось, что такой недотепа, как ты, сумел подцепить цыпленка из столь роскошного курятника?
– Мы встретились на вечеринке, которую устроил адмирал для холостых офицеров. Там собрались все более менее заметные юные леди на выданье.
Он одарил меня полным недоверия взглядом.
Пришлось признаться:
– Я обслуживал столы.
– Наверное, это проявление животного магнетизма, чувства опасности и вкуса запретного плода, таящихся в связи с представителем низшего класса, – заявил он невозмутимо.
Я не мог решить, обижаться или нет.
– Чем бы оно ни было, это – величайшее событие моей юности. Ничего подобного со мной больше не происходило.
– Я же говорил, что ты романтик.
И он оставил эту тему.
– С тех пор здесь многое изменилось, – сказал я. – Дом полностью перестроен.
– Ты уверен, что это именно тот?
– Да.
Память твердила – здесь. По этой земле мы ходили под бдительным взглядом любящей мамаши, которая считала наши чувства мимолетным эпизодом в жизни дочери и не поверила бы своим глазам, если бы догадалась пробраться за нами на кладбище.
Морли поверил мне на слово.
Мы были еще в пятидесяти футах от дома, когда вышел человек в ливрее и двинулся к нам навстречу.
– Похоже, он не очень рад, что мы решили заглянуть на огонек. Он не похож на обычного швейцара, – пробурчал Морли.
И точно. Он смахивал на Плоскомордого Тарпа, оставившего позади свои лучшие годы, но по-прежнему весьма опасного.
– Чем могу служить, джентльмены?
Надеясь на лучшее, я решил идти напрямую, не сильно удаляясь от правды.
– Не знаю. Мы прибыли сюда из Танфера в поисках Кляуса Кронка.
Похоже, с этой стороны он удара не ожидал.
– А я-то думал, что уже слыхал все идиотские шутки.
– Мы только сейчас узнали, что он умер.
– Ну и отправляйтесь туда, откуда явились, раз парень, которого вы ищете, откинул копыта.
– Я желал побеседовать с ним лишь с целью выяснить, где я могу найти его старшую дочь. Я знаю, что она вышла замуж, но не знаю, за кого. Я рассчитывал, что ее мать или кто-то из родственников еще живут здесь и смогут подсказать мне нужное направление поисков. Остался ли кто-нибудь из них в этом доме?
Он выглядел так, будто все это для него слишком сложно.
– Вы, наверное, толкуете о людях, которые здесь жили раньше? Так они съехали пару лет назад.
Изменения в доме казались свежими, что подтверждало слова ливрейного Тарпа.
– Вам не известно, где она может находиться?
– Откуда? Я даже не знал ее имени, пока вы мне не сказали.
– Благодарю вас за ваше внимание и потраченное на нас время. Попытаемся отыскать ее как-нибудь еще.
– Для чего вам потребовалась эта мачушка?
Пока я обдумывал ответ, Морли выпалил:
– Чтобы бросить ее в болото и посмотреть, как запрыгают лягушки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
