– Это целиком ваш выбор, – сухо произнес Камсби, подошел к двери и открыл ее. – Мистер Джонс, пожалуйста, попросите Шарлотту присоединиться к нам.
– Да, сэр!
Через несколько минут, заполненных неловким молчанием, в комнату бесшумно вошла Шарлотта. Она настороженно перевела взгляд с одного на другого. Волосы ее напоминали гнездо летучей мыши, а платье выглядело так, словно она валялась в грязи. Тем не менее в ней было нечто привлекательное – во всяком случае, до того момента, пока она не сморщила нос и не сказала:
– Фи, сигары!
– Дорогая Шарлотта! Наш любезный герцог хотел бы, чтобы ты продолжала считаться его нареченной до окончания сезона.
– Ни в коем случае! Этот человек – зверь, чудовище, порочный мерзавец...
Генерал повернулся к Джеймсу и вопросительно посмотрел на него поверх очков.
– Прекрасно, – прорычал Джеймс. – Я сделаю это.
– Дайте честное слово, – потребовал генерал.
В этот момент в нем не было ничего от доброго дедушки. Это был генерал по званию и манерам.
– Честное слово! – рявкнул герцог.
– И вы сделаете все от вас зависящее, чтобы этого добиться?
– Да, сделаю, – сквозь стиснутые зубы подтвердил Джеймс.
Подойдя к генералу поближе, Джеймс шепнул на ухо:
– Я уже почти чувствую кандалы на своих щиколотках.
– Когда-нибудь вы поблагодарите за это. Иначе вы просто жить не сможете.
Джеймс оглянулся на растрепанную, с красным лицом девушку, жениться на которой он только что дал согласие.
– Возможно, вы правы. – Сделав шаг назад, он поклонился генералу – своему достойному противнику и еще более достойному союзнику. – Однако я в этом сомневаюсь.
Генерал повернулся к Шарлотте и улыбнулся победной улыбкой.
– Шарлотта, дорогая, могу я переговорить с тобой?
Глава 11
Когда они отъехали в карете герцога, Шарлотта почувствовала себя больной, усталой, голодной и сильно раздраженной. Джеймс выглядел по-прежнему невозмутимым и спокойным. По-прежнему не было видно ни единой морщинки на его белоснежной рубашке, ни малейшей складки на его плотно облегающих лосинах. Мужчина не имеет права быть столь возмутительно красивым.
– Все-таки я так и не понимаю, почему мы должны притворяться, что мы... влюблены? – раздраженно проговорила Шарлотта. – К чему разыгрывать это фарс?
– Как генерал и я уже несколько раз указывали, – с подчеркнутым терпением сказал Джеймс, – это делает историю о нашем тайном романе во время вашей работы в госпитале более правдоподобной и дает нам возможность для маневра, когда вы переедете в Пеннингтон-Хаус.
Она открыла рот, чтобы оспорить это утверждение, но Жирар остановил ее, подняв руку:
– Это делается для вашей безопасности, Шарлотта. Это вовсе не игра – мы имеем дело с отъявленными и хладнокровными негодяями.
Она скрестила руки и лишь саркастически улыбнулась.
– Право же, Шарлотта, я снова приношу извинения за нелюбезное обращение с вами.
Шарлотта вынуждена была признать, что это извинение прозвучало искренне. Она вздохнула и посмотрела в окно на улицу. Ей было трудно определиться, что представляет собой герцог Жирар. Генерал Камсби возносил его до небес.
Она посмотрела на него краем глаза. Возможно, что он не был законченным невежей. Однако не все сходилось в этой весьма любопытной головоломке. Какой джентльмен позволит втянуть леди в свое довольно скверное дело? Она не может принять его неуклюжие объяснения по поводу того, зачем он ее втянул в эту историю. Что-то он здесь недоговаривал, и она была полна решимости докопаться до истины.
– Я до сих пор не понимаю, почему я не могу рассказать моему брату или тете Сильвии правду об этом фарсе. Полагая, что мы на самом деле помолвлены, они затем неизбежно испытают страшное разочарование.
– Мы подробно обсуждали это с генералом Камсби и пришли к выводу, что было бы несправедливо просить их притворяться. Более того, это может нарушить наш план. Люди, к сожалению, плохо хранят секреты. Вы согласились, и я надеюсь, что вы сдержите обещание.
– Да, что касается меня, то я выполню условия сделки.
Сделки с дьяволом, добавила бы она. Карета замедлила ход и остановилась. Шарлотта выглянула из окна.
– Что мы делаем на Пиккадилли?
– Я вернусь через минуту, – сказал Джеймс, соскакивая на землю. – Или вы хотите присоединиться ко мне?
Шарлотта бросила взгляд на свое помятое зеленое платье и подняла руки без перчаток к растрепанным волосам. Сверкнув глазами, она резко сказала:
– Я не в таком виде, чтобы появляться на публике.
– Я вернусь очень быстро, – повторил Джеймс.
Ее мир сходит с ума, а он занимается покупками! Почти четверть часа Шарлотта клокотала от злости в душной карете. Наконец дверца открылась. Джеймс непринужденно занял свое место, а лакей передал ему множество пакетов с покупками.
– Надеюсь, ваша экскурсия была успешной, – съязвила Шарлотта.
– Вполне.
Раньше чем она успела сказать что-то еще, он извлек из коробки симпатичную голубую шляпку с зелеными перьями и протянул ее Шарлотте.
– Я не могу принимать от вас подарки.
– О, это совсем не подарки, Шарлотта. Поймите, вы не можете отправиться домой в таком виде, – резонно возразил он.
С этим трудно было не согласиться – выглядела она действительно так, словно валялась под каретой. Это вызвало бы слишком много вопросов, а ведь уже одно сообщение об их помолвке способно вызвать шок. К тому же шляпка и в самом деле великолепна. Шарлотта отвернулась.
– Я не думаю, что это слишком поможет.
Он подвинулся к ней поближе, и ей вдруг стало жарко; она с трудом сдержала себя, чтобы не пересесть на противоположное сиденье.
– Что вы делаете? – спросила она, чувствуя, что у нее внезапно пересохло во рту.
– Ну что вы, Шарлотта, я ведь не кусаюсь.
Почему у нее вдруг словно закружилась голова? Впрочем, его близость всегда повергала ее чувства в некий хаос. Она здоровая женщина почти двадцати трех лет, но это не значит, что она должна быть до такой степени чувствительна к его чарам. Шарлотта выпрямилась, решив вести себя по-деловому и помнить о том, как он обращался с ней сегодня утром.
Джеймс извлек пару симпатичных коричневых лайковых перчаток и протянул их ей. Она, поколебавшись, взяла. Перчатки были удивительно мягкие, от них приятно пахло свежей кожей.
– Вероятно, это неплохая идея с вашей стороны приодеть меня, – признала она. – Но разумеется, я возмещу вам расходы.
