Читаем без скачивания Слепой стрелок - Екатерина Витальевна Белецкая

— Предложение сделать подарок, если согласится поговорить, попытка совестить, и всё в том же духе, — Эри развела руками. — Ничего. Никакой реакции. Правда, мне в какой-то момент показалось, что я слышу музыку, но выяснилось, что именно показалось — Альтея сказала, что никакой музыки она не фиксировала, и что звуков не было. Так что эта музыка существовала только в моей голове, и не более того. Не хочет девушка Варя с нами общаться. Ни в какую не хочет.

— Значит, что-то вы делаете неправильно, — пожал плечами Скрипач.

— Видимо, да, но как найти нужное «правильно»? — резонно спросила Эри. — Должна быть какая-то точка соприкосновения, но её нет.

— Или её пока не видно. Ладно, давай по делу, — Скрипач посерьезнел. — У нас тут две кандидатки в «принцессы», и хорошо бы, чтобы вы завтра вернулись, и поработали здесь.

— Будем, — кивнула Эри. — А с порталами что?

— Всё штатно, как по нотам. Местные заинтересовались, один раз с нами съездила та самая дама, которая вела переговоры, и какой-то местный ученый. Интересно получилось, кстати, — улыбнулся Скрипач. — Мы в результате проговорили почти три часа, поделились с ними исследованиями таких же порталов по Сонму. Потом плавно съехали с порталов на культурный код, и Ит в результате хорошо задурил им головы своими работами. Начиная от самых ранних, по сказкам, заканчивая религиозными праздниками. Этот ученый выпросил у Ита десяток его работ, тот, конечно, охотно поделился. В общем, контакт с местными получается неплохой, передай Берте. Кроме куска «Сансета» нам есть им чего подарить, и они явно не будут против.

— Это хорошо, наверное, — с легким сомнением в голосе произнесла Эри. — Главное, чтобы они нам не мешали.

— Пока не собираются, — заверил Скрипач. — Фэб с Рэдом держат ухо в остро, и отслеживают всё подряд. Нормально, не переживай. Нам обещали проезд в Штаты по транспортной полосе, для ускорения процесса, и содействие на той территории, по максимуму.

— Рыжий, а что там за «принцесса» такая? — с интересом спросила Эри.

— Ой… — Скрипач поморщился. — Там какая-то очень мутная история с этой девушкой. Они принципиально не хотят копать, видимо, придется самим.

— Повторяется случай с Варварой, от которой якобы ничего не осталось?

— Да нет, не совсем. Там осталось, немногое, правда, но осталось, и даже могила есть. Но вот история самой девушки почему-то не озвучивается.

— Хорошо, что разрешат по полосе проехать, — покивала Эри. — Но сперва вы в Питер, да?

— Да. То есть дождемся вас, а потом в Питер. Там тоже интересно. В некотором смысле, — из голоса Скрипача пропала веселость, и Эри поняла, что он чем-то расстроен или раздосадован.

— Так что там, в Питере? — спросила она.

— Та девица… в общем, судя по всему, она была проституткой, — Скрипач поморщился. — Можешь себе представить себе Джессику в подобной роли?

— С трудом, — призналась Эри. — Вот даже как? И с ней что-то случилось?

— Угу. Что-то. Её убили, и это тоже скрывается, но кое-какую информацию мы вытрясли. Поедем узнавать подробности и брать материал для модели. Там он точно будет, потому что могила есть. В общем, одна история краше другой, — Скрипач вздохнул. — Я уже боюсь даже думать о том, что мы найдем следующее.

— Может быть, мы ничего и не найдем больше, — пожала плечами Эри. — Знаешь, почему?

— Ну-ка? — прищурился Скрипач.

— Я же говорила. Они забывают, понимаешь? Могу на своём примере, если хочешь. Да, я помнила о вас постоянно…

— Не нас, а Пятого и Лина, — поправил Скрипач.

— Хорошо, помнила о них постоянно. И встречала тех, кто тоже вроде бы помнил. Я вам говорила про это, еще на Соде, когда мы встретились впервые, — Эри улыбнулась. — Про осколки голограммы, и про всё прочее. Так вот, про осколки мы говорили, но почему-то упустили этот момент, а он важный. Помнишь, я сказала о том, что они — забывали?

Скрипач кивнул.

— Продолжай, — потребовал он.

— И я сейчас стала понимать, на что это было похоже. Камень на дне реки, и на камне растут ракушки. Ну или водоросли, это даже точнее, наверное. Река… у неё сильное течение, и удержаться на камне довольно сложно. И некоторые водоросли, которых меньшинство, остаются. А остальные — отрываются, и уплывают вместе с этим течением, — Эри вздохнула. — Они добираются до какой-нибудь тихой заводи, попадают в стоячую воду, начинают размножаться, и… и через какое-то время уже ничего не помнят про камень, который был их пристанищем. Для них он уже неважен. Ну или помнят, смутно, как случайный эпизод из юности — плыла я такая, молодая и красивая, а тут камень, сверкающий, яркий, и потоки воды кругом. Круто было там зависать, но жизнь — это жизнь, надо остепеняться, семья, детишки, а что там было в молодости… — Эри развела руками. — Собственно, я к чему это всё. К тому, что тех, помнящих, оставшихся на камне, меньшинство. Они тоже в некотором смысле являются интеграциями Слепого стрелка, но они затронуты в минимальной степени, и для нас не представляют интереса. Да и найти их будет очень сложно.

— Определенный резон в твоих словах есть, — Скрипач задумался. — Да, есть, несомненно. Но если найдем, изучить их всё-таки придется, видимо. Может быть, они нам тоже пригодятся.

— Пригодятся — для чего? — Эри прищурилась. — Если я правильно понимаю Берту и Фэба, эти интеграции Стрелка нужны, чтобы выстроить следующую итерацию, уже отсюда, верно?

— Ох, — Скрипач поморщился. — Слушай, спроси Берту, — попросил он. — Или, лучше, спроси мужей. В плане у нас действительно было нечто подобное, но…

— Рыжий, про планы я знаю ровно то же, что знаешь о них ты, — отрезала Эри. — О расчетах тоже. То есть о теории этих расчетов. Я бы хотела знать твоё мнение. Личное. Или не мнение, ощущение, в большей степени.

— За ощущениями — это к Иту. Он у нас мастак транслировать вселенскую скорбь, и всякие другие высокие чувства, — ехидно ответил Скрипач.

— То есть отвечать ты не хочешь, — резюмировала Эри.

— А я не знаю, что ответить, — Скрипач вздохнул. И посмотрел на Эри, но уже без ехидства, едва ли не печально. — Что-то я чувствую, но что, понять не могу. Хотя… кажется, мы подходим слишком близко к чему-то… к чему-то такому, что было скрыто от нас особенно тщательно. И не просто так.

* * *

Пятый и Лин на «Сансет» возвращаться совершенно не хотели, но Саб и Рэд настояли — для следующих попыток работы с системой нужны вы, именно вы, потому что вы носители не искаженного генома Архэ, и на вас модель может среагировать как-то иначе, не так, как на Берту или Эри. Пятый справедливо возразил, что Берта и Эри для модели как раз ближе, понятнее, потому что они тоже, в некотором роде, интеграции, но тут возразил уже Фэб, сказавший, что подобным интеграциям другие интересны разве что как собеседники, и поиск интеграций направлен на Архэ, а не на себе подобных. Ладно, сдался тогда Лин, на двое суток, как девчонки до нас, но, простите-извините, на успех особо не рассчитывайте. Почему? удивилась тогда Берта. Да потому что мы отработанный материал, мы не те, кого искала эта самая Варвара, и на фиг мы модели не сдались, ответил Лин. Мы не её объекты. Тут вообще, если вдуматься, её объектов нет, и быть не может. Потому что то, что осталось от объектов, упокоено на Тингле, или не упокоено, хрен знает, что с телами сделали сперва зивы, а потом чёртов проклятый гений Ри. Может, где-то валяются. Может, уничтожены. В любом случае, нам нечего предложить модели, пробовать будем, конечно, но шансов на то, что будут подвижки, минимум.

Лин оказался прав. Двое суток они честно ходили в локацию, двое суток просидели на «Сансете», и результат оказался нулевой. Локация не реагировала. Всё тот же белый туман, всё та же земля под ногами, ватная тишина, и бесплодные попытки вывести модель на контакт. На третьи сутки Рэд, а затем и Саб, были вынуждены сдаться, и позволили Лину и Пятому вернуться обратно, на планету, чтобы работать по программе.

— Теперь пойдете вы, — сообщил утром, за завтраком, Фэб. — И не делай такое лицо, рыжий. После вас пойдем мы с Киром. За нами — Саб и Рэд. Пробовать должны все.

— А не проще оставить эту затею? — резонно спросил Скрипач. — Ну не хочет тётя общаться, что же её неволить?

— То, что пообщаться с ней нужно обязательно, — начал Фэб, но Скрипач его перебил:

— Так, — сказал он решительно. — Берта, Фэб, и… ммм… Рэд, кажется. Выкладывайте, что вы новое придумали. А то эта