class="p1">— Мне и здесь хорошо, — и он демонстративно опустился на кровать и улегся голышом поверх покрывала.
— Сволочь ты, Харт, — процедила я.
— Обязательно. Как же по-другому…
Я вышла, хлопнув дверью его спальни, и сразу съежилась. Градусов пятнадцать, не больше. Оставив полотенце в ванной, я пробежалась по лестнице и бросилась в гостиную искать свою толстовку. Пиджак, который он так и не забрал, стал приятным бонусом, и я закуталась в него поверх толстовки, поджав под себя ноги на диване. Вроде, ничего. Вряд ли засну, конечно, но хотя бы не умру от холода…
Только стоило сомкнуть глаза, будто увязла в чем-то теплом… и уже не смогла выбраться…
* * *
Мне казалось, я весь сделан из завязанных узлов… За то время, что Донна возилась внизу, я мысленно перевязал в узлы все мышцы и сухожилия, лишь бы не сорваться и не дернуться к ней. Потому что если дернусь — натворю совсем непоправимого. По-хорошему, надо было убегать от нее, но я не смогу пробежать мимо и не поменять траекторию. Выпрыгнуть из окна тоже не вариант — под окнами пропасть. Это уж на совсем крайний вариант, если пойму, что пришел конец остаткам силы воли…
Зверь внутри ворочался и пробовал меня на прочность с каждым ударом сердца. Он требовал уложить самку лицом в подушку и пометить ее вдоль позвоночника до самой задницы, чтобы не встала завтра с кровати вообще… Потому что его выбор непререкаем. Сам факт, что его самка не стала спать рядом, означал едва ли не смертный ей приговор.
Все это ставило на колени мордой в землю — я уже не понимал, что чувствую. Об этом можно сколько угодно читать, а пережить — только раз. Донна, вне сомнений, моя, и неважно — истинная или выбранная зверем. Потому что хищник внутри не сомневался — он собирался брать от самки все и отдать всего себя. Впервые в жизни мне нужно было отдавать… Только избраннице это оказалось не нужно.
Когда по виску скатилась капля пота от напряжения, я тяжело сглотнул и открыл глаза. Донна ерзала, судя по звуку, на диване, пытаясь согреться, а я пытался задушить зверя и позволить мне просто забрать ее к себе, не придушив. Мне нельзя ее там бросить — слишком холодно… Постель взмокла от пота, а я едва ли не метался в горячке, когда снизу вдруг послышалось приглушенное рычание.
Глава 13
Все внутри стихло разом, и мы со зверем слились в одно — я настороженно приподнялся на локте. Показалось? А вот это цоканье когтей… совсем рядом? Но стоило сесть рывком, узкая полоска слабого света из окна обрисовала любопытную пятнистую морду, замершую в тени за порогом.
Меня парализовало. Мысли увязли в галлюцинации, завораживающей взгляд. А незнакомый зверь заметил мой интерес — вопросительно проурчал и вошел в комнату.
Самка. Леопард. Такая, что дух захватило.
— Донна… — хрипло выдохнул я. И как только в мозги продралась эта мысль?
А она навострила уши и замерла в нескольких шагах, азартно дергая хвостом. Только что-то было не так. Я медленно склонил голову и позвал снова:
— Донна.
Она повернула заинтересованно голову на бок и шагнула к кровати. Донны тут не было. Она бы ко мне не пришла… И тут меня осенило — не у одного меня проблемы со зверем. Просто Донна думала, что у нее его нет. Что там говорил Карлайл? Что даже обернуться может. Черт. И что мне с ней делать? Ведь эта кошка — только часть той личности, с которой я имею дело. Часть, которая пришла ко мне…
— И чего хочешь? — тихо спросил я, когда она склонилась носом к простыне и настороженно принюхалась. — Спать со мной?..
Она подняла морду, выпрямляясь. Красивая. Как и человеческая ипостась.
— … Я не буду для тебя оборачиваться, — хмуро возразил я. — Залазь так…
Еще полдня назад такой расклад был бы самым идиотским на свете — затащить в постель настоящую хищницу. Она же почти как животное. Наверное. Хотя мне все больше казалось, я узнаю ее взгляд.
— Ты прикидываешься, что не соображаешь, как обернулась зверем, чтобы бессовестно погреться у меня под боком?
Донна запрыгнула ко мне на кровать и снова замерла, глядя мне в глаза — пущу или нет. Не прикидывается.
— Ложись. Я ей не скажу, — кивнул на подушку и медленно опустился обратно на постель.
Она не спешила — принялась оглядывать комнату, принюхиваться, все больше убеждая меня, что она с прежней Донной имеет пока что очень мало общего. Наконец, сочла обстановку вполне сносной и улеглась на живот.
— Никуда не уходи только, — прошептал я и протянул ей ладонь.
Она потянулась носом к пальцам, а я подумал, что надо бы позвонить Карлайлу. Вдруг мне нужно что-то знать об этой ситуации или действовать быстро? Вдруг Донна может себе навредить?
— Сиди здесь, — посмотрел ей в глаза и осторожно поднялся.
Донна проводила меня настороженным взглядом и, как положено обычному животному, вышла следом из комнаты, но осталась у лестницы. Нападать на меня не собиралась, к счастью — значит звериная ипостась совершенно другого мнения о происходящем.
В гостиной я понял, что та возня, что не давала мне дышать в спальне — попытки большого зверя выбраться из толстовки. Мой пиджак валялся тут же на полу.
Время было около полуночи, когда Майк прислал мне номер ученого, и я надавил на панель вызова. Ответил он не сразу, и даже не с первого звонка, но на второй в трубку злобно прорычали:
— Слушаю.
— Это Харт. Моя женщина, которая не может оборачиваться…
— … Обернулась, — закончил он и тяжело вздохнул.
— Что делать? — Я глянул на лестницу.
— А она что делает?
— Пришла ко мне в спальню сначала, сейчас вышла следом в коридор. Будто ждет…
Карлайл вздохнул. Слышал — поднялся, потом тихо стукнула дверь.
— А где она была до спальни? — прозвучало громче.
— Ушла спать в гостиную. Человеком. Мы… не ладим.
— Мистер Харт, у меня слишком маленькая выборка, чтобы раздавать авторитетные советы…
— У других вообще нет, — жестко парировал я.
— Ничего не надо делать. Я ничего не делаю.
— Что?
— У меня такая же.
Я медленно моргнул на Донну в звериной ипостаси. Даже не знаю, легче
