Читаем без скачивания Формула ЧЧ - Эмиль Офин

— А можно поехать и мне? — спросила Клавдия Степановна.

— Милости просим, — ответил майор. — Следуйте за нами.

Взревел мотор, заскрежетали металлические гусеницы, и Лесная Республика осталась позади.

Навстречу неслись кусты, деревья, ветер бил в лицо; автомобиль шел, покачиваясь, как танк. Клим ухватил Володю за руку, придвинулся, зашептал в ухо:

— А меня не отправят в город, Вова?

— Наверно, нет. Ты же сам видишь, сколько у тебя друзей… Только не пойму, откуда они узнали про совет отряда?

Клим оглянулся. Сзади за клубами пыли виднелся мотоцикл Щепкина, а ещё дальше подпрыгивал на ухабах колхозный газик.

— Вова, а куда мы едем?

— Не знаю…

Действительно, дорога была незнакомой. С одной стороны тянулись болота, с другой — заросли березняка, огороженные колючей проволокой; на ней висели деревянные щиты с надписью: «Полигон. Не ходить, опасно для жизни» — и нарисован череп со скрещенными костями.

Но вот автомобиль остановился у шлагбаума. Из будки вышел солдат с автоматом на груди и отдал честь.

— Все готово, товарищ инженер-майор. Только вас и ждут.

Шлагбаум поднялся, машины прошли сквозь заросли и въехали на холм, где на большом, ящике сидел ещё один солдат. Он встал и тоже отдал честь.

Майор посмотрел на часы.

— Внимание, товарищи пионеры. Слушай мою команду: из машины не вылезать, так будет лучше видно. Старшина, давайте бинокли.

Солдат открыл ящик и принялся раздавать бинокли. Поднялась суматоха; Левка, конечно, схватил самый первый. Клим было заволновался, но зря — биноклей хватило всем, даже Клавдии Степановне и Щепкину.

— Приступаем к настройке биноклей. Всем смотреть левее вон того красного флажка, — видите?

Сначала Клим ничего не увидел — все сливалось в сине-зеленую муть. Он начал вращать колесики настройки, и постепенно небо, трава, кусты отделились друг от друга, заняли свои места, а далеко в стороне от купы деревьев одиноко заалел флажок. Ага! Вон возле флага движутся какие-то точки. Да ведь это люди!

— Что они делают, Вова?

— Тс-с-с… Смотри, они бегут.

И правда, человечки спешат к маленькой, словно игрушечной, автомашине, вскакивают на неё, машина трогается…

— Одиннадцать пятьдесят семь.

Клим оторвался на мгновенье от бинокля. Майор держал перед собой руку с часами.

— Одиннадцать пятьдесят восемь… Машина несется прочь от красного флажка…

— Одиннадцать пятьдесят девять.

… Вот она уже скрылась за купой деревьев. Над пустынным полем нависли зной и тишина. У Клима вдруг побежал по спине холодок…

— Двенадцать ноль-ноль.

Перед стеклами бинокля поднялся столб огня и дыма. Он вырос в гигантский земляной гриб и рассыпался черным фонтаном. Ударил раскат грома. Секунда — и все кончилось. Опять тишина и зной сковали полигон; лишь над тем местом, где раньше был флажок, курилась белесая дымка. Майор опустил руку с часами.

— Эту бомбу, товарищи пионеры, нашел и охранял рядовой Лесной Республики Клим Горелов. А мы перевезли её и взорвали в безопасном месте, чтобы не пострадали не только люди, но и деревья. Я знаю, что Клим Горелов нарушил Пятое правило. От имени нашей войсковой части прошу не применять к нему строгого наказания.

Так сказал майор. И это было настолько удивительно, что Володя Ковальчук не утерпел и задал вопрос, который вертелся у всех на языке:

— Но как же вы узнали про Пятое правило и про то, что Климу может попасть?

Майор сделал таинственное лицо.

— Ваш разведчик донес мне об этом.

— Разведчик?

— Наш?

— Кто же он?..

Все посмотрели на Щепкина и Клавдию Степановну.

— Значит, и у вас побывал разведчик? — спросила старшая вожатая.

Щепкин молча кивнул, а Клавдия Степановна сказала:

— Ну да. Он так мчался по птицеферме, что всех гусей распугал своим велосипедом.

Тут все повернули головы к Левке Ситникову.

Но Левка промолчал. Да он и не мог ничего сказать, потому что рот у него, как всегда, был набит едой. На этот раз он уплетал морковку.

Глава десятая

ЗАПАСНОЙ ИГРОК

Володя Ковальчук поспевает всюду. Недавно его широкополая соломенная шляпа мелькнула в звене Корчевальщиков, потом он вместе с горнистом Валькой Спицыным скреплял доски, по которым возят тачки с песком, а вот он уже помог Климу и Левке откопать обросший мхом валун, воткнул в землю лопату и вытер пот со лба рукавом футболки.

И только после этого, взглянув на ручные часы, он кивнул Вальке:

— Давай «пятиминутку».

Валька бросил на тачку кирку, снял с березовой ветки горн, поднес его к губам и нацелил в самое солнце, будто собирался сдуть его с неба.

Голос трубы врезался в стук топоров, перемешался с пением птиц и полетел над полями и оврагами, над асфальтовой лентой шоссе и над оловянной поверхностью озера — прямо к прозрачному розовому облаку.

Пионеры прервали работу и собрались вокруг бугра, на который уже влез Володя Ковальчук.

— Ребята! Меньше двух недель остается до Большого Спортивного воскресенья. Приедут наши преподаватели, родители, знакомые. И вдруг футбольное поле не готово. Красиво, да? Неужели мы допустим, чтобы эта встреча состоялась на поле райзаготскотовцев?

— Не допустим! — крикнул Витька Атаманов и потряс топором.

Все ребята его поддержали. Клим поднял свою саперную лопатку и тоже крикнул:

— Ни за что!

Больше всех игр Клим любит футбол. Но все-таки не очень веселое это дело — стоять позади ворот в то время, когда другие бьют по мячу. Правда, нападающие Лесной Республики частенько мажут, особенно левый полусредний, Витька Атаманов, — тот все лупит выше ворот, и мяч уходит на свободный.

Тогда судья свистит, а Клим срывается с места и бежит за мячом.

Это не так-то просто: футбольное поле ещё не полностью расчищено; пока удалось выровнять небольшую площадку и поставить только одни ворота, чтобы можно было тренироваться. Позади ворот — гнилые пни, канавы и ямы. Ну-ка, мяч залетит в яму, заросшую колючками и крапивой? Попробуй-ка достань!.. Но Клим справляется — подает мяч быстро, не задерживает тренировки. Ведь до встречи с райзаготскотовцами остается мало времени.

Володя Ковальчук хвалит Клима за ловкость, называет запасным игроком. А Левка Ситников, как всегда, насмехается, дразнит «загольным подавалой». Фасонит, что он — вратарь. Напялил кепку, перчатки и свитер, хотя все время стоят жаркие дни.

Пусть Левка старше классом и выше ростом, но Клим не хуже его сумел бы справиться в воротах. Ведь он доказал уже это, когда однажды Левка зашиб колено и сел на траву пореветь. Как раз в этот момент Витька Атаманов впервые точно ударил по воротам, наверняка была бы «штука», но Клим бросился ласточкой на мяч, поймал его в нижнем углу ворот, зажал между коленками и подбородком; и хотя вокруг яростно прыгали нападающие, Клим не выпустил мяча, пока не подоспел центр защиты — Володя Ковальчук.

Тогда судья свистнул и объявил: «Сейчас Клим Горелов свободным ударом введет мяч в игру!» А Володя похвалил: «Молодец, капитан», — и снова пообещал взять Клима вратарем, когда доделают футбольное поле и поставят вторые ворота.

Но когда же это будет? На месте центрального круга ещё возвышается огромный каменистый бугор — сколько затупили об него топоров и поломали лопат! — а рядом — глубокая воронка; в неё, наверно, тачек двести земли уйдет, не меньше. Медленно подвигается дело, несмотря на то, что работает вся дружина. Даже «противники» — райзаготскотовцы — и те вчера приезжали из своего лагеря. Очень здорово помогли: засыпали целую траншею и выкопали два пня.

Все-таки хорошие они ребята, только жаль, что у них такое длинное и скучное название: «Пионерский лагерь объединенных контор Райзаготскот». Это ещё туда-сюда, а на той стороне озера есть, например, «Лагерь Дорреммежстроймонтаж», язык поломаешь. То ли дело — «Лесная Республика»!

Да и разве дело только в названии? Здесь свои законы, свой распорядок дня, не как во многих лагерях: во столько-то часов обязательно игры, или купанье, или читка вслух. Нет, в Лесной Республике все зависит от плана Полезных Дел на неделю. Вот настоящая игра — отличить и выдернуть с корнем сорняки, найти в диких зарослях железо, оставленное войной, вступить в борьбу с упрямым, зловредным пнем и разделать его на дрова, — звенят топоры, визжат пилы, шуршит под ногами трава в поисковых походах, горят костры; это не просто костры — натаскал валежника и жги, — это засохшие сорняки и мусор с колхозной земли. А чтобы не было пожаров от этих костров, созданы звенья Следящих-за-Огнем. Лес надо охранять. В Правилах Лесной Республики записано, Клим знает наизусть:

„Кто ты, вошедший в наш лес, — друг или враг? Чего ждать от тебя лесу и всем его обитателям — верной защиты или беды?