— Правильно. Из чего я делаю вывод: мы имеем дело не со «Стелсом», но с чем-то аналогичным. С каким-то новым изобретением, применимым лишь к тихоходным самолетом — и потому не заинтересовавшим руководство ВВС. Заинтересовавшим кое-кого другого. И в самом деле, к чему прятать от радаров тихоходные транспортники? Они вступают в дело все равно после того, как ПВО противника уничтожена сверхзвуковой авиацией. Я не знаю, что это за новинка. Возможно, это новый тип покрытия. Возможно — электронная аппаратура, какой-то хитрой интерференцией поглощающая импульсы радара. Неважно. Важно другое — нашелся человек, придумавший, как можно использовать это отвергнутое ВВС изобретение. Полковник Сондерс.
Кеннеди сделал паузу и продолжил, загнув второй палец:
— Второе. Бедолага Твистер, судя по всему, мог все это вычислить еще легче, чем мы. Поскольку устранили его, а не нас. Предполагаю, он просто проглядел кончик следа в Дулуте и в других аэропортах. Вернее — видел и не понял, с чем столкнулся. Скорее всего, «Нью-Стелс» — назовем его для простоты так — обеспечивает не совсем идеальную маскировку. Какое-то эхо остается, очень слабое. Расшифровывающий сигнал радара компьютер принимает ее за помеху — и отфильтровывает. Твистер, несмотря на имидж придурка, был парнем головастым. И — имел пленки с записями непосредственно сигналов радара . Необработанных. Если бы он с ликованием неофита не вцепился в уфологическую версию происходившего — наверняка сразу мог бы обратить внимание на характерную помеху. Возникающую именно тогда, когда исчезает сигнал от объекта. Но поскольку своим бредом о Бермудском треугольнике он ни с кем, кроме нас, не поделился — его устранили. Пока он еще раз вдумчиво не изучил пленки.
Кеннеди загнул третий палец:
— Далее. Выбор объектов (по крайней мере, до минувшей ночи) вполне укладывается в мою версию. Маленькие, ничем не примечательные городки. Сондерсу не нужно уничтожать Америку. Ему надо лишь пробиться наверх на мутной волне истерии. Гениальный ход — оказаться самому под бомбежкой в Гамильтонвилле. Снимает все подозрения. Заметь — в отель, из которого полковник не вышел, ни одна бомба не попала.
— А Миннеаполис? — тут же спросила Элис.
Цифру потерь от последней бомбардировки они не знали. Но, судя по всему, была она на порядок выше, чем предыдущие.
— К тому же, — добавила Элис, — один факт в твою версию никак не укладывается. Почему полковник не распустил «Дельту», когда имел полную к тому возможность?
— Все это идеально укладывается в пункт четвертый, — Кеннеди загнул еще один палец и продолжил: — Есть сильное подозрение, что события вышли из под контроля Сондерса. В дело вступила какая-то новая сила. Либо — исполнители затеяли какую-то свою игру. И на атаку Миннеаполиса полковник приказ не отдавал. Зачем? Все его цели уже были достигнуты, Эмнуэльсону осталось жить считанные часы… А может, события пошли по непредвиденному сценарию еще раньше.
Кеннеди загнул пятый палец, задумчиво посмотрел на получившийся кулак.
— Пятое. История с псевдоиндейцами-либерейторами и их «дугласом». Ты помнишь слова Сондерса-старшего перед последним совещание «Дельты»? Услышанные нами случайно, когда он не знал о нашем приближении? Дословно он сказал следующее: «Ты представляешь, что будет, если это действительно „либерейторы»?» Голова у старикана еще варит, и наверняка он о многом информирован. Возможно — обо всех планах сына. И старик предположил, что назначенные на роль козлов отпущения люди хитрым маневром перехватили вожжи. Что Перес — личность, по словам твоего друга, «с тараканами в голове», — всерьез начнет бомбить бледнолицых собак. Крупные города, важные объекты, ядерные электростанции… Вот, собственно, и всё. По-моему, темных мест не осталось.
— Логичная версия. Но есть один неучтенный факт, который ее подтвердит либо опровергнет в самое ближайшее время. Во время налета на Миннеаполис сбиты четыре бомбардировщика. Обломки ищут. Возможно, уже нашли. Какие-то следы твоего «Нью-Стелса» должны обнаружится, будь то новое покрытие или неизвестная аппаратура…
— Это смотря кто первым найдет место падения, — усомнился Кеннеди. — Если люди Сондерса… В любом случае, мы хотя бы узнаем тип самолета. Кстати: я, при помощи одной твоей ярой поклонницы (Элис взглянула на него удивленно) попробовал проследить судьбу самолетов Второй мировой. Тех, которые после войны передавались в частные руки в связи с сокращением ВВС. В частности — все, что касается больших четырехмоторных бомбардировщиков, которые могли после переделки использоваться как транспортные или пассажирские…
— И что?
— Результат интересный. Допуска Ресника оказалось недостаточно. Потребовался допуск по форме Эм-Эйч-18. Ты когда-нибудь слышала о таком?
— Нет… Эм-Эйч-13 — такой шифр носили материалы по проекту «Манхеттен», но он давно рассекречен.
— Твоя поклонница — тебе, кстати, интересно будет с ней познакомиться, — обещала залезть-таки в этот самый Эм-Эйч. Надо позвонить, узнать, получилось ли.
— Знаешь, Кеннеди, — задумчиво произнесла Элис, — в век повальной компьютеризации и мы, и наши противники делаем одну и ту же ошибку.
— Какую?
— Часто не принимаем в расчет бумажные носители информации. И — человеческую память. Пару лет назад Истерлинг познакомил меня с одним фанатиком истории военной авиации. Если уж он что-то об этом не знает — то не знает никто.
— Кто такой?
— Его зовут Герцог. Это не прозвище, фамилия такая: Герцог. Тимоти Герцог. Лет тридцать назад ему случилось унаследовать немалое состояние — и он вложил почти все миллионы в создание частного авиамузея под открытым небом. Приглашал меня посетить, да все как-то не складывалось. По-моему, он знает всё об уцелевших после войны боевых самолетах…
— Тебе надо с ним связаться. И побыстрее.
— У меня есть один вопрос. Рональд — он задействован Сондерсом втемную? Или в курсе всего?
Вопрос был серьезный. Рональд — это боевики, это возможность расправиться с вышедшими из-под контроля сотрудниками ФБР не путем аппаратных интриг, а прямыми физическими методами.
Однозначного ответа у Кеннеди не имелось. Особенно после вчерашнего дня, когда они вместе с Рональдом побывали под пулями…
— Не знаю… — протянул спецагент. — Трудно сказать. Помнишь допрос Грега? Ради дела, которое он считает правым, Рональд не остановится ни перед чем. Вопрос в том, может ли он по каким-либо причинам считать таковым бомбежки Америки… Думаю, надо связаться и с ним. По телефону. И проверить его реакцию на наше исчезновение из гостиницы ВВС. А заодно попробовать узнать новости из Миннесоты — нашли ли обломки самолетов. Думаю, так или иначе карты ему приоткрыть придется.
— Значит, план у нас простой, — резюмировала Элис. — Связываемся с Рональдом, с этой самой «поклонницей», с Герцогом, — и, если полученная от них информация подтверждает твою версию, — находим Истерлинга. Нам двоим эта компания не по зубам.
— Истерлинг? — усомнился Кеннеди.
— А кто еще? Предлагаешь обратиться напрямую в Белый Дом?
— Ладно, пусть будет Истерлинг… — согласился Кеннеди.
Но про себя подумал: у Сондерса — если именно он фактический глава заговора — есть свой человек в ФБР. И наверняка — не среди рядового состава. Иначе изоляцию, в которую угодили они со Элис, ничем не объяснить… Внутренний розыск, бесплодные попытки связаться со Истерлингом, странная позиция Каунтера, заблокированный допуск Кеннеди… Есть такой человек. И, вполне возможно, они его знают.
— А теперь — я закрываю совещание, — решительно заявила Элис. — Прохожие стали появляться, хозяин этой таратайки может внести при помощи полиции кое-какие коррективы в наши планы. Если нас упекут за попытку угона — полковник Сондерс будет долго смеяться.
Элис и Кеннеди, Милуоки
9 августа 2002 года, 08:29
План Элис — как и многие другие вполне разумные планы — оказался невыполним. Чисто по техническим причинам.
Сотовая связь не работала. Вообще. Городские телефоны-автоматы тоже мертво молчали, не выдавая даже тональный сигнал. Впрочем, в рано открывшемся магазинчике, куда зашли Кеннеди и Элис, телефон функционировал. Но соединял только с абонентами в пределах Милуоки. Даже с Мэдисоном соединения не было. «Извините, линия временно перегружена» — ласковым девичьим голосом сообщала магнитофонная запись.
— В компьютерные сети не выйти, — пожаловался толстый лысый продавец, он же хозяин магазинчика. — Электронная почта заблокирована — дескать, подождите, у провайдера временные технические трудности. Половина телеканалов не работает, по остальным — фильмы и клипы, ни единого выпуска новостей. В радиоэфире — та же картина. И даже спутниковая связь накрылась…
