парень с усмешкой на лице принимает мою помощь, поднимается и благодарит. Телепатически ловлю его мысли: тот разбит и подавлен. Способность сработала как нельзя вовремя и я утешительно говорю парню, что ещё бы чуть-чуть и выбился из сил, после чего боец спокойно мог бы уложить меня на лопатки. Ведь именно этой стратегией в конечном итоге он и пытался меня победить. По растянувшейся улыбке и таким же хвалебным одам в мою сторону понимаю: миссия по поддержанию боевого духа одногруппника выполнена успешно.
Следом за завершившимся учебным днём вместе с подошедшими сияющими от счастья Хлоей и Ванессой двинулся к главному учебному корпусу. Как и я, девчонки сегодня крайне продуктивно отработали на арене. Невидимка спокойно вырубила парня, ориентировавшегося на нюх и реакцию. Припомнив оборотню и конфликт с блондинкой в первый день, и всё другое, за что не любит мужиков, невидимка отвесила тому таких люлей, что даже наставник был вынужден вмешаться. Ванесса же сработала чутка грязнее и, впервые дорвавшись до соперника, не знавшего о её истинной силе, специально подставилась под мощный и сокрушительный удар, выпустивший той кишки наружу. Использовавшая грунт для создания оружия смуглая девушка при виде располовиненного тела с криками кинулась к Ванессе на помощь, после чего Бессмертная, не упустив момента поиграть в умирающую, прокляла ту и прикинулась мёртвой. Слёзы, сопли, некое траурное настроение повисло на арене. Многие из местных слышали, что в академии с периодичностью умирали студенты, и многие восприняли разорванное на две части тело как один из таких случаев.
Но, как всегда, внезапно обхватившая руками плакавшую над собой беднягу Ванесса, состроив демоническую гримасу и облизнув щёку песчаной девочки, зловеще прошептала: «Я заберу тебя с собой».
После данного происшествия Бессмертная до конца занятия сражалась только с наставником, который, не жалея сил и средств, пытался нанести той хоть какой-то урон, но, регенерируя с бешеной скоростью, теряя ноги, руки, органы и даже голову, она постоянно восстанавливалась и опять кидалась в бой. Но до победы над наставником ей ещё было ой как далеко, а вот до завоевания его уважения чутка ближе.
Отказав девушкам, звавшим меня опять посетить заведение с прекрасным названием «Разбитое табло», двинулся в учительскую. Как бы мне ни хотелось составить им компанию и немного отвлечься, требовалось договориться насчёт работы. Мне нужны были деньги, а рассчитывать на помощь отца и его подачки я не мог. Всё же взрослые ребята должны сами обеспечивать свои "взрослые" нужды.
Учительская оказалась практически пустой, один из наставников соседней группы отправил меня в комнату отдыха, из которой уже другой преподаватель перенаправил меня в наш ученический класс, где наконец-то и удалось настигнуть Сирену.
Последние лучи алого заката, пробиваясь сквозь окна, падали на прекрасную голубоволосую женщину, присевшую на краешек последней парты центрального ряда. Её лазурная кожа, играя в лучах солнечного света, переливалась, из-под слегка приподнимавшихся из-за ушей жабр доносилась некая приятная и крайне мягкая мелодия.
— Наставница Сирена… — проговорил я, чутка приблизившись, и та, словно вынырнув из воды, встрепенулась и, поморгав своими большими зелёными глазами, с каким-то любопытством поглядела на меня.
Сейчас под пятой точкой этой «русалки» находилась именно моя парта. Стоило ей лишь подняться и поправить своё строгое платье, как на деревянной поверхности, отпечатавшись, отразился чёткий контур её упругой попы. Выгнав из головы дурные мысли и вспомнив, зачем я здесь, перевёл взгляд со стола вновь на Сирену. По деловитому и гордому виду, а так же её резко переместившемуся со стола вновь на меня взгляду понял, она знала, куда я смотрел и о чём думал. Лёгкая улыбка всплыла на этом вечно деловом лице.
— Слушаю вас, уважаемый Александр, — сделав шаг мне навстречу, отчего расстояние между нами сократилось до неприличного минимума, произнесла та.
— Я бы хотел обсудить с вами возможность совмещение учёбы и подработки.
Любопытный взгляд сменился неким властным и хозяйственным. Сделав шаг в сторону и оценив меня в профиль, наставница негромко поинтересовалась:
— А не рановато ли, уважаемый Тэн. Обычно студентам требуется месяц на принятие себя, ещё месяц на принятие своей силы и на осознание того, можно ли её использовать среди обычных граждан или нет. — Взяв мою руку с блокиратором и проверив его мощность, Сирена изящным пальцем перевела его в полную силу действия. Её тонкие полоски жабр вновь завибрировали, на лице проступили капельки пота, а кисти рук, осторожно опустившись на мой пиджак, устремились к воротнику рубашки. — Я понимаю, у вас сложности, многим прибывшим из дальних регионов приходится тяжело, вопрос лишь в том, готовы ли вы к ним, — застыв всего в сантиметре от моей спины, проговорила она. — Готовы ли вы стать не только героем, но и самым обычным мужчиной, обязанным выполнять самые обычные задания и действия…
Голос наставницы, словно приятнейшая мелодия, зазвучал в моей голове. Некая прострация, потерянность, вместе с ней расслабленность и неконтролируемая похоть перемешались, не давая мне возможности использовать собственное тело.
— Готов! — Восприняв данные слова Сирены как проверку, лишь чудом сумев взять над разумом и поселившимся в нём чужим голосом контроль, вернулся в текущую реальность. Стоя уже напротив меня, удивлённо хлопая глазами, застыла женщина, чья грудь находилась в нескольких сантиметрах от меня, а руки держались за мой ремень.
— Извините… — растерянно взглянув на её пальцы, а после на упругую грудь, произнёс я.
— Ничего, у вас ширинка расстегнулась… — так же растерянно хлопая глазами и отстраняясь, проговорила та.
Глава 16 — Номер два.
Одним движением застегнув молнию, при этом опустив голову, мельком пробежался глазами по высоким туфлям, стройным ногам, юбке и, опять подняв взгляд, упёрся в эту подтянутую лифчиком или топиком грудь, находившуюся для меня на уровне глаз. Открыв рот, дабы повторить цель своего визита, запнулся: отчего-то к этой женщине тянуло настолько сильно, что все мысли из головы вылетали напрочь и я попросту забыл, зачем пришёл!
— Александр, вы что-то хотели мне сказать? — Руки наставницы сложились под грудью, отчего та, слегка подпрыгнув, стала больше. Обычно Сирена всегда застёгивалась до последней пуговицы, держала учеников на расстоянии, а тут её глубокое декольте так близко к моему лицу, а сама наставница, понимая, что я в тупую, словно похотливое животное, пялюсь на её холмы, даже и не пытается мне возразить. Что со мной происходит?!
— Извините, быть может, в другой раз, я, пожалуй…
— Постойте, — не дав мне повернуться к ней спиной и прихватив за плечо, обратилась зеленоглазая, причём я вновь ощутил тот самый странный звук, исходивший из её жабр, прятавшихся за ушками и длинными
