Командиры и солдаты гоминьдановской армии не имеют никакого желания продолжать безнадежную (лично для них) борьбу. Они не могут выстоять против японских войск… Если они недавние рекруты, то взяты в армию насильно. Если они добровольцы, то вступили в армию потому, что не могли зарабатывать себе на жизнь иным способом, или же они бандиты по натуре. Во всяком случае им недостает национального чувства и желания добросовестно воевать. А в глубине души и офицеры, и солдаты испытывают недоверие к гоминьдану и опасаются, что центральное правительство приносит их в жертву ради собственных выгод…
По этим причинам и потому, что они по сути своей наемники, они согласны стать марионетками и работать, если нужно, на японцев… Почему армия не капитулирует? Прежде всего капитуляция неприемлема для японцев. Им не нужна масса праздных военнопленных, если можно заставить их работать на себя… В Китае если командир считает, что проигрывает, он переходит на сторону противника вместе со своей армией… Для этих командиров обычное дело иметь контакт с японцами. Когда достигается приемлемая договоренность, происходит смена тех, кому обязуются служить».
Китайцы разочаровались в гоминьдане, который так неумело сражался с японцами. Видели в Чан Кайши прислужника США — а они смертельно устали от владычества иностранцев, которые поставили их на колени. К тому же коммунисты обещали покончить с социальным неравенством, раздать крестьянам землю, создать подлинно народную власть. Мао Цзэдун видел себя народным вождем, которому предстояло смести очередную династию, чья эпоха закончилась. Или, точнее, красным императором, который открывает новую эру в истории Китая.
Чан Кайши попытался использовать свои новые отношения со Сталиным, чтобы с его помощью поставить коммунистов на место и установить контроль над всей страной. Сталину это не понравилось. Он позволил коммунистам захватить запасы трофейного японского оружия, брошенного Квантунской армией, чтобы они могли успешно сопротивляться разбросанным по всей стране войскам гоминьдана. Обращаться с ним коммунистов учили десятки тысяч японских военнопленных. Кроме того, коммунистам сдались двести тысяч солдат марионеточного государства Маньчжоу-го: их мобилизовали в Китайскую красную армию.
«Во время советской оккупации Маньчжурии, — докладывало 7 февраля 1947 года в Вашингтон американское посольство в Китае, — войска китайских коммунистов пользовались благосклонностью советских войск и могли довольно свободно передвигаться и действовать в подконтрольной советской стороне зоне. Китайское же правительство до ухода русских было лишено возможности активно восстанавливать китайский суверенитет. Вывод советских войск был спланирован таким образом, чтобы дать возможность прочно утвердиться в северо-восточных провинциях войскам китайских коммунистов, которые в изобилии снабжались японским оружием и снаряжением, оставляемым советскими войсками».
Деятельная помощь Советского Союза позволила Мао Цзэдуну сформировать мощную армию, способную противостоять правительственным войскам. С японским оружием и ограниченной поддержкой Москвы войска Мао начали брать верх.
7-й американский флот получил приказ вывести из Китая морских пехотинцев. 29 января 1947 года Джордж Маршалл, теперь уже государственный секретарь США, заявил, что отзывает из Китая американских представителей.
«Наша подлодка провела два месяца, патрулируя вдоль берегов Китая от Гонконга до Циндао, — вспоминал будущий президент Джимми Картер, в ту пору молодой флотский офицер. — Это было необыкновенно интересное время. Войска китайских коммунистов окружали города, и в горах были видны костры их лагерей. Витрины магазинов были заколочены. Люди нервничали. Войска националистов под угрозой штыка мобилизовали всех молодых и старых "добровольцев"».
Все меньше китайцев желало воевать за проигранное дело. Как бы их ни уговаривали. Об этом свидетельствуют записки американских дипломатов:
«Сам китайский язык дает возможность строить афористические фразы, подходящие для лозунгов. Китайцы обладают величайшей терпимостью к расхожим фразам, и это широко используется в системе начального образования, когда изложение упрощают и сводят к кратким сентенциям, повторяемым хором до тех пор, пока ученики не запомнят их. Эти приемы используются даже при обучении взрослых, например при воспитании партийных работников и государственных служащих При этом существует еще и пристрастие китайцев к пословицам и поговоркам…
В результате Китай буквально напичкан лозунгами… Они нарисованы на городских стенах, на скалах вдоль магистралей, на стенах домов. На северо-западе они иногда написаны на красных бумажных полосках, приклеенных над и по бокам парадных дверей. Во многих случаях при возведении новых стен или домов от строителей требуют, чтобы они подготовили места, где можно рисовать лозунги…
К универсальным лозунгам относятся:
— Следуйте за вождем, поддерживайте правительство!
— Следуйте за верховным правителем, председателем Чаном!
— Раса превыше всего, нация превыше всего!
— Будьте верны партии, любите свою страну!
— Хорошие китайцы идут в солдаты!
— У кого есть деньги — дайте деньги, у кого есть сила — дайте силу!»
Пропаганда гоминьдану не помогла. Два года гражданской войны принесли коммунистам победу. Мао Цзэдун торжествующе телеграфировал Сталину: «Гоминьдан потерял доверие китайского народа, широкие массы поддерживают нашу партию. Сейчас обстановка сложилась так, что в течение ближайших четырех лет режим Чан Кайши будет уничтожен. Китай вступил на путь нового революционного подъема».
А ведь еще в январе 1949 года Сталин сообщил Мао, что стоит за переговоры с Чан Кайши. Мао же считал, что врага нужно добивать как можно скорее. Уверенность Мао в себе произвела впечатление на Сталина.
Вашингтон предоставил Чан Кайши экономическую и военную помощь на два миллиарда долларов, но он проиграл войну. 24 января 1949 года Чан оставил пост главы государства. Новое правительство перебралось в Гуанцин (Кантон). Из всех послов за правительством последовал только советский — к изумлению коллег-дипломатов. Вот уж от советского представителя они этого не ожидали! Все остальные посольства, в том числе США и Великобритании, остались в Пекине.
Послом с лета 1947 года был Николай Васильевич Рощин, который до этого десять лет пробыл в Китае военным атташе. Его предшественника Аполлона Петрова отозвали в Москву, потому что в работе на американскую разведку обвинили его жену Юлию Павловну, доктора исторических наук, занимавшуюся американскими индейцами…
История с переводом посольства, видимо, означала, что Сталин не верил в окончательную победу коммунистов и не хотел рвать с Чан Кайши. Китайские коммунисты победили в гражданской войне, чего от них не ожидали в Москве. Войска Мао Цзэдуна взяли Пекин. Советское представительство получило личное сталинское указание «на время прекратить выполнение официальных функций». Общаться с чиновниками коммунистической власти Сталин позволил только консулам.
Чан Кайши бежал на остров Формоза (ныне Тайвань). В Соединенных Штатах это восприняли как собственное поражение. И это ощущение многие годы определяло американскую политику в китайских делах 25 апреля. 1950 года закрылось последнее дипломатическое представительство Соединенных Штатов в континентальном Китае — генеральное консульство в Шанхае. Правительство США опубликовало документы, связанные с политикой в Китае. Но президент Гарри Трумэн напрасно пытался прекратить истерию, охватившую страну. Особую роль играло «китайское лобби» — влиятельные группы, особенно среди республиканцев, которые утверждали, что Америка потеряла Китай и виной тому неправильная политика Вашингтона. Среди тех, кто атаковал Трумэна за Китай, был молодой конгрессмен Джон Кеннеди…
Мао Цзэдун 1 октября 1949 года провозгласил создание Китайской Народной Республики. Советский генеральный консул Сергей Леонидович Тихвинский (будущий академик) получил приглашение на торжественную церемонию и запросил Москву, как ему быть. Заместитель министра иностранных дел Андрей Андреевич Громыко ответил, что генконсул может присутствовать на церемонии, «но не должен выдвигаться на передний план». Точно исполняя указание центра, Сергей Тихвинский попросил китайцев выделить ему место во втором ряду.
Мао Цзэдун вновь сделал столицей Пекин. Асам разместился в огромном императорском комплексе Чжуннаньхай, как когда-то вожди большевиков обосновались в Кремле. Всех выселили, и в стенах Запретного города обитали сам вождь китайской революции, обслуживающий персонал и охрана.
Таланты фокусника
Через месяц после образования КНР Мао телеграфировал в Москву, что намерен посетить Советский Союз. Он хотел приехать на три месяца. У него были большие планы: первый месяц — переговоры со Сталиным и заключение нового договора, второй месяц — поездка по Восточной Европе, третий — отдых и лечение на юге СССР.
