обращению со стороны своего господина, либо ей очень хотелось уйти. Она бесшумно, будто змея, каковой и была на самом деле, ускользнула через дверь для слуг, что вела вниз, на кухню.
Мистер Пембертон бросил взгляд на мое платье.
– Когда спуститесь к ужину, познакомитесь с доктором Барнаби. Он, как и все остальные в поместье, полагает, будто вы приехали, чтобы связаться с Одрой и облегчить мои страдания.
– Не извольте сомневаться, милорд, облегчить ваши страдания – моя первостепенная задача.
Хозяин Сомерсета окинул меня снисходительным взглядом, едва не возведя очи горе, а затем ответил, понизив голос:
– Имейте в виду: каждое ваше действие, каждое слово внимательно изучаются обитателями этого дома и прежде всего слугами. Я знаю, что вы сегодня спускались в кухню. От персонала подобает держаться на расстоянии. Подозреваю, что вы и не догадываетесь, сколь важны подобные правила поведения.
Я сжала ключ в ладони, острый край впился в плоть. Прежде мне не доводилось встречать человека, чей характер настолько неприятен, что затмевает всю его внешнюю привлекательность.
– Вы верно сказали, – отозвалась я. – Мне не знакомы правила этикета, гласящие, что следует с меньшим уважением относиться к тем, кто, в общественном понимании, стоит ниже по статусу.
Мистер Пембертон лишь уставился на меня, слегка приоткрыв губы.
Я не стала дожидаться его ответа и направилась к парадной лестнице, молча проклиная каждую скрипящую ступеньку. И только когда затворила за собой дверь и прижалась к ней спиной, поняла, как рисковала всякий раз, открывая при нем рот.
Вероятно, я предоставила ему множество поводов бросить свою затею и выполнить первоначальную угрозу – вызвать приходского констебля. По спине пробежала дрожь. Возможно, я не продержусь тут и до конца первого дня. Мне следовало бы помалкивать и как можно более тщательно готовиться к спиритическому сеансу.
Положив ключ на трюмо, я открыла верхний ящик. Как и обещала миссис Донован, там оказались чулки, несколько нижних юбок и ночных сорочек. Я коснулась идеально сложенного белья.
В зеркале гардероба отражалось угрюмое создание. Одна из шпилек выбилась, а три оставшихся с трудом удерживали локоны, подаренные мне природой. Я вспомнила о Флоре и подумала: не сможет ли она помочь мне с прической? Надеюсь, я не слишком испугала служанку. Вдруг она больше не пожелает заходить в мою комнату… Не все так привычны к смерти, как я.
Я принялась разглядывать прекрасные платья, которые оказались в моем распоряжении. Выбор ошеломлял. Ни разу мне не доводилось видеть столько чудесных нарядов в одном месте. Вдруг кое-что показалось мне странным. Я отодвинула платья в сторону и внимательно осмотрела дно шкафа. И не увидела ни следов, ни каких-либо иных признаков, что здесь бывала мышь. Не нашлось даже маленькой дырочки. Царапающие звуки, видимо, исходили от стены за гардеробом. Что, пожалуй, было разумнее, и я этому только порадовалась. Не хотелось бы, чтобы одежду испортили.
Мой взгляд остановился на черно-красном платье. Я взяла его, приложила к себе и подошла к зеркалу, с удовлетворением отметив, что длина мне подходит. Я сбросила собственный наряд и натянула подаренный через голову. Ткань заструилась по телу, словно водопад. Я надела черные туфли и пошатнулась, потеряв равновесие.
Повернувшись к зеркалу, я увидела истину столь жестокую, что она казалась почти комичной. Платье было велико в талии и подчеркивало, насколько я исхудала, а волосы, которые с трудом удерживали шпильки, растрепались, словно у помешанной.
– Я и сама могла бы быть призраком, – сообщила я своему отражению.
Я осторожно вернула платье в гардероб и на сей раз выбрала то, что попроще. Серое кружево и высокий гофрированный воротник облегали шею, наряд был скромным, и в нем я уже не казалась себе фальшивкой. К счастью, все пуговицы были спереди, а длинный подол прикрыл потертые носки моих ботинок.
На меня вдруг обрушилось необычное ощущение несправедливости. Я вспомнила всю свою жизнь, полную страданий, все происшествия и решения, что привели меня сюда, в ветшающий замок на берегу моря.
В памяти всплыл голос maman.
Мы с тобой владеем умением выживать, ты и я. Когда покажется, будто дела совсем плохи, помни: выход найдется всегда. Полагаться ты можешь только на себя, ma petite chérie.
– Доверяй своим умениям, – прошептала я. – Полагайся на себя.
Я начала, загибая пальцы, перечислять факты, известные мне наверняка. Мистер Локхарт и Уильям скрывают какую-то тайну насчет той ночи, когда пропала Одра. Призраки не настоящие. Кто-то пробрался в мою комнату и порылся в моих вещах.
Но откуда взломщик узнал о Книге духов? Может быть, он пытался запугать меня и заставить сбежать? Попытка, по моим меркам, довольно жалкая.
Все слуги знали: мне предстоит провести сеанс, чтобы вызвать дух Одры. Тот, кто хотел нагнать на меня страху, должно быть, опасался результатов сеанса. Возможно, в теории мистера Пембертона все же имелось некое зерно истины?
Мне необходимо пробраться в комнату Одры и найти то, что так и не смог отыскать Уильям. Вполне вероятно, это поможет решить, кого же выбрать своей мишенью.
Стоило мне привести мысли в порядок, и послание из Книги духов перестало казаться таким угрожающим. Я стерла ладонью все эти «помоги мне» и убрала книгу в саквояж.
Я как раз пыталась усмирить последний выбившийся из прически локон, когда меня прервал стук в дверь.
– Мисс Тиммонс, я пришел сопроводить вас вниз.
Я застонала от негодования: любые слова мистера Пембертона звучали как приказ.
Когда я открыла дверь, он отшатнулся в удивлении. Единственным источником света в коридоре служила масляная лампа в руке хозяина Сомерсета. Он пригляделся ко мне, оценивая мою неудачную попытку нарядиться к трапезе. В отличие от меня лорд был хорош собою: свет лампы играл на начищенных пуговицах и белокурых волосах. Мужественный подбородок и голубые глаза – поразительное сочетание. Приодевшись к ужину, он стал элегантным, будто королевская особа. Не знай я его отвратительного характера, сказала бы, что он весьма привлекателен. Представляю, какую перебранку из-за него устроили бы девочки мисс Крейн.
– Следуйте за мной, – велел мистер Пембертон и, не дожидаясь меня, повернулся и зашагал прочь.
Я заперла дверь и спрятала ключ в карман. Тайком бросила тоскливый взгляд в сторону комнаты Одры. Придется дождаться, пока весь дом уснет.
В особняке было на удивление темно, потому что рожки зажгли на приличном расстоянии друг от друга. Я осторожно спустилась по лестнице, держась за перила, поскольку мистер Пембертон нес между нами лампу.
Когда мы шли через картинную галерею, я обратила внимание, что вечером полотна будто становятся выше. Я замедлила шаг у портрета
