Читаем без скачивания Пятнадцать часов - Митчел Сканлон

Наконец, примерно на половине пути через ничейную землю, он добрался до края узкой воронки от снаряда. Секунду он просто смотрел на нее. Потом, повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, который он не мог назвать, он заполз в нее. Скрывшись в воронке, он двигался более быстро, дополз до противоположного ее края и начал рассматривать позиции противника в прицел бласта-винтовки в поисках цели. Сначала не попалось ничего.  Потом он заметил голову в шлеме с меховым чехлом, выглянувшую из окопа немного дальше, и понял, что инстинкт его не подвел. Он нашел свою жертву.

Едва дыша и не делая движений, которые могли бы спугнуть его жертву, он прицелился, его палец замер на спусковом крючке. Сделав это, он почувствовал странное теплое ощущение, и в голов появилась ясная мысль.

Если он попадет в цель, босс будет доволен…

- Не принимай слишком близко к сердцу то, что сказал Давир, салага, - сказал Булавен. – Он не имел в виду ничего такого. Просто он всегда такой.

Булавен стоял на стрелковой ступени, наблюдая за ничейной землей, Ларн был рядом с ним.  Другие солдаты в траншее молчали. Завернувшись во вторую шинель вместо одеяла, и натянув шарф на лицо, Давир дремал, опираясь на запасную канистру с огнесмесью. Рядом с ним Учитель молча читал какую-то потрепанную и, наверное, очень старую книгу с рваными страницами. Только Зиберс производил шум. Сидя на дне траншеи, он точил шанцевый инструмент точильным камнем, низкий скрежет камня по металлу добавлял зловещий контрапункт к враждебным взглядам, которые Зиберс периодически бросал в сторону Ларна.

- Да, это хорошая привычка, салага, - сказал Булавен, заметив, что Ларн смотрит на Зиберса. – Если ты заточишь лопату, она может стать хорошим оружием, если придется драться врукопашную с орком. В любом случае, лучше чем штык. Конечно, надо соблюдать осторожность и не заточить ее слишком остро. Иначе она сломается, если тебе придется копать ей землю.

- Это часто случается? – спросил Ларн и невольно вздрогнул, вспомнив схватку с гретчином. – Драться врукопашную с орками, я имею в виду?

- Нечасто, если нам удается избежать этого, - сказал Булавен, похлопав по стволу тяжелого огнемета. – Лично я предпочитаю убивать орков с помощью вот этого друга. Но иногда они подходят слишком близко, и тогда приходится убивать их из лазпистолетов, ножами, лопатами, всем, что подвернется под руку. Но тебе не стоит слишком волноваться об этом, салага. Просто держись ближе ко мне и Давиру, и все будет в порядке.

- Прости меня, Булавен, - сказал Ларн здоровяку, - но это звучит не очень похоже на то, что ты говорил раньше.

-   Говорю, не волнуйся об этом, салага, - сказал Булавен. – Как я уже сказал, Давир не имел в виду ничего такого. Просто у него манера такая, иногда слишком все преувеличивать, а тебе не повезло подвернуться ему под руку. Я думаю, это потому, что он такого маленького роста. Он любит много говорить, чтобы казаться более важным. Поверь мне, ты можешь просто выбросить все это из головы, как будто ничего и не было.

- А пятнадцать часов? – тихо спросил Ларн. – Что с этим?

В ответ Булавен замолчал на секунду, его широкое доброе лицо стало печально-задумчивым. Наконец он снова заговорил.

- Иногда лучше не думать слишком много о таких вещах, салага, - вздохнул он. – Иногда лучше просто верить.

- Верить? – спросил Ларн. – В Императора?

- Да. Нет. Возможно, - сказал Булавен. Он говорил все медленнее, а выражение его лица становилось все задумчивее. – Я не знаю, салага. Когда я только был призван в Гвардию, я верил во многое. Я верил в генералов. Я верил в комиссаров. И более всего я верил в Императора. Сейчас я точно не верю ни в генералов, ни в комиссаров. А Император? Иногда так трудно увидеть Его милость среди всей этой бойни. Но человек должен верить во что-то. И да, я все еще верю в Императора. Я верю в Него. И я верю в сержанта Челкара. Да, только в них двоих я еще верю. Но есть кое-что еще, салага, - продолжал он. – Что-то, не менее важное, чем вера. Надежда. Давир не прав насчет этого. Человек должен надеяться, иначе он все равно что мертвец. Это так же важно, как воздух, которым мы дышим. Так что не важно, насколько все плохо, салага. Не важно, насколько страшным все кажется. Ты должен не оставлять надежду. Поверь мне, если ты сохранишь надежду, все будет хорошо.

Булавен снова замолчал, и Ларн вспомнил тот разговор с отцом на ферме в его последнюю ночь дома. «Верь в Императора», сказал ему отец тогда. А сейчас Булавен говорил ему, что он должен надеяться. Хотя в душе он знал, что и то и другое – хорошие советы, но когда он смотрел на опустошенный зловещий пейзаж Брушерока, это было слабым утешением.

Вдруг раздался одиночный выстрел, прозвучавший необычно громко среди тишины. Рефлекторно Ларн спрыгнул со стрелковой ступени в поисках укрытия, но упал в траншею прямо на Давира, разбудив коренастого коротышку, который изверг шквал богохульных ругательств.

- Проклятая задница гранд-маршала Керчана! – выругался Давир, оттолкнув Ларна. – Стоит только человеку заснуть, как какой-то идиот прыгает на него грязными сапогами! Ты что, принял меня за свою мамочку, салага? Иди к черту!

- Был выстрел, Давир, - сказал Булавен, все еще стоя на стрелковой ступени, пригнув голову и осторожно выглядывая из-за бруствера. – С ничейной земли. Думаю, снайпер. Вот на что среагировал салага.

- Дьявол, он может реагировать как угодно, только чтобы больше на меня не прыгал, - сказал Давир, схватив лазган и, поднявшись на стрелковую ступень рядом с Булавеном, хищно всматривался в ничейную землю. – Так… Снайпер, а? Учитель, дай мне свой бинокль, и посмотрим, сможем ли мы найти его…

Вскоре Учитель и Зиберс присоединились к Давиру и Булавену на стрелковой ступени. Там, передав бинокль Давиру, Учитель оглянулся через плечо на Ларна, стоявшего на дне траншеи.

- Поднимайся и посмотри, салага, - сказал Учитель. – Учись, как справляться со снайперами.

Заняв место рядом на ступени рядом с Учителем, Ларн наблюдал, как старшие товарищи напряженно смотрят на ничейную землю, выискивая что-то необычное. Наконец Давир указал на воронку от снаряда примерно в трех сотнях метров от их траншеи, его хищная улыбка превратилась в широкую радостную усмешку.

- Там, - сказал он. – Я его вижу. Держите головы ниже – мелкий зеленый ублюдок уже ищет цель для следующего выстрела. Он, однако, не из самых умных. Хоть он и вымазался в серый цвет, чтобы слиться с грязью, но явно никто не учил его, что снайперу лучше не стрелять дважды с одной позиции.

Словно в ответ раздался второй выстрел, брызнули комья земли, когда пуля ударила в землю в трех метрах слева от траншеи.

- Ха! Он еще и плохой стрелок, - сказал Давир, передавая бинокль Булавену. – Правда, думаю, мы можем послать письмо оркам и пожаловаться на качество гретчинов, которых они используют как снайперов. Этот настолько плох, что убивать его – практически напрасная трата боеприпасов.

- Это еще одна опасность здесь, салага, - сказал Учитель Ларну. – Время от времени орки вооружают особо хладнокровного гретчина длинной винтовкой и посылают его на ничейную землю поработать снайпером. Конечно, гретчины отнюдь не славятся своей меткостью, так что чаще всего они просто досадная помеха. Но так или иначе мы должны их убивать. И это, к несчастью означает, что один из нас должен изображать из себя приманку.

- Голосую за салагу, - сказал Зиберс, ухмыляясь. – Его в конце концов все равно убьют, и никогда не знаешь, когда гретчину может повезти.

- Очень любезно с твоей стороны назначить его добровольцем, - сказал Давир, прицеливаясь в воронку. – Особенно потому, что, если мне не изменяет память, сейчас твоя очередь работать приманкой. Так что закрой пасть и вылезай. И убедись, что дал гретчину достаточно возможностей в тебя выстрелить. Я хочу ясно его видеть, и хочу быть уверен, что убил его.

Бормоча ругательства сквозь зубы, Зиберс взял лазган и вцепился руками в вершину стены траншеи. Потом, бросив на Ларна последний ядовитый взгляд, он подтянулся вверх и выпрыгнул из траншеи. В ту же секунду, как его ноги оказались на земле, он вскочил и побежал; он бежал зигзагами, пригнувшись, до ближайшей следующей траншеи, и нырнул в нее, укрылся там.

- Нет, - сказал Давир, глядя в прицел на воронку. – Он все еще в укрытии. Наверное, наш зеленый друг умнее, чем мы думаем. Или, может быть, он просто считает, что Зиберс – слишком костлявая и неинтересная цель. Так или иначе, я не слышал выстрела.

- Еще раз, Зиберс! – крикнул Учитель, махнув рукой в направлении следующей траншеи.

Зиберс, в каждой черте лица недовольство было видно даже на расстоянии, снова выпрыгнул из траншеи и побежал зигзагами к следующей.

- Он двигается, - сказал Булавен, глядя в бинокль на воронку.  – Похоже, он клюнул.

- Тихо, - прошипел Давир. – Ты меня отвлекаешь.